Поделиться в социальных сетях

02 Jun 2012


«Канает Колька в кожаном реглане»

 
     Теперь обратимся непосредственно к нашему герою — Кольке-Ширмачу. Вспомним, каким он предстаёт перед нами «зорькою бубновой» (то есть алой, по цвету карточной масти):
 
     Канает Колька в кожаном реглане,
     В лепне военной, яркий блеск сапог...

 
     Прежде чем «пощупать» Колькину одежду, скажем несколько слов по поводу моды первых советских десятилетий. Отношение к одежде в 20–30-е годы прошлого столетия было выражением вкусов и пристрастий не личных, а классовых. Мода стала ареной политической борьбы. Особый размах бои на поле «модной» брани приобрели в конце 1924 — начале 1925 года, в момент стабилизации нэпа. Как знамя в этой битве советские властители подняли лозунг Ленина о том, что самый решительный бой за социализм — это бой «с мелкобуржуазной стихией у себя дома». Появился даже особый термин — «онэпивание». Оно выражалось и в подражании буржуазной моде. Член президиума  Центральной контрольной комис­сии ВКП(б) Арон Сольц, выступая в 1925 году перед слушателями Коммунистичес­кого университета имени Свердлова, говорил: «Если внешний облик члена партии говорит о полном отрыве от трудовой жизни, то это должно быть некрасивым, это должно вызвать такое отно­шение, после которого член партии не захочет так одеваться и иметь такой внешний облик, который осуждается всеми трудящимися».
     И это были не пустые слова. Они активно претворялись в жизнь. Так, в пристрастии к хорошей одежде, то есть в «буржуазных замашках», пытались обвинить Григория Зиновьева его соратники в ходе партийной дискуссии 1925–1926 годов. Ленинградских рабочих раздражало и то, что сын Зиновьева ходил в приличном костюме. Поэтому вполне понятно, что Сергей Миронович Киров, направленный на решительный бой с Зиновьевым и «новой оппозицией» в Ленинград в конце 1925 года, постарался «замаскироваться» и выглядеть как можно скромнее. По воспоминаниям рабочих завода имени Егорова, представитель ЦК ВКП(б) «был в осеннем пальто, в тёп­лой чёрной кепке и выглядел настолько заурядно и просто, что егоровцы даже говорили, что многие рабочие представительнее его по внешности».
     В 1928 году для комсомольцев была введена так называемая «юнгштурмовская форма» — копирование формы немецких пролетарских молодёжных организаций. Слово «юнгштурм» можно перевести примерно как «юные буревестники». Введение юнгштурмовок было попыткой активного наступления на нэпманскую моду — дорогие роскошные наряды новых буржуа. «Комсомольская правда» писала: «Образец формы предлагаем московский (гимнастерка с откладным широким воротником, с двумя карманами по бокам и с двумя карманами на груди, брюки полугалифе, чулки, ремень и портупея)». ЦК ВЛКСМ считал, что форма юнгштурма позволит «воспитать чувство ответственности у комсомольца за свое пребывание в комсомоле, примерность по­ведения у станка, на улице, дома».
     Власть в обстановке повального дефицита пытается возродить моду на аскетизм. Пример подаёт сам «отец народов»: сапоги, «сталинка» — что-то среднее между гим­настеркой и френчем, скромный картуз... Такая полувоенная форма стала отличительной особенностью партийно-советской номенклатуры первой пятилетки.
     То же самое мы видим и в одеянии Ширмача. «Лепня» на уголовном жаргоне означает костюм, «лепень» — пиджак, «лепешок» — жилет. Слово происходит от старославянского «лепый» — красивый, «лепота» — красота (ударение именно на первом слоге, а не на последнем, где ставил его Иван Грозный в исполнении Юрия Яковлева). То есть «военная лепня» — это костюм военного (или полувоенного) образца. Картину дополняет, конечно же, «кожаный реглан». Реглан — платье, пальто, плащ, куртка, скроенные так, что рукава составляют с плечом одно целое. Как описывал одного из персонажей Юрий Герман в повести «Дорогой мой человек»: «На нём был коричневый, великолепной кожи реглан, за плечами — рюкзак, на боку — “вальтер”». Кожаный плащ-реглан считался отличительной чертой военного человека, неким особым шиком. Правда, кожаные пальто и  плащи в сухопутных войсках Страны Советов не выдавались как штатное обмундирование, но их ношение разрешалось — для старших офицеров. Поэтому военные кожаные регланы 30-х годов встречались самого разного покроя. Обязательным было лишь присутствие на них петлиц с соответствующими знаками различия. Штатские начальники, естественно, носили регланы без петлиц.
     Так что Колька экипирован строго по моде тогдашних номенклатурных работников. А это значит, он действительно вырос «героем трассы в пламени труда», то есть стал каким-то начальником (пусть и небольшим).
У куплета про Колькину «амуницию» существует вариант:
 
     Выходит Колька в кожаном реглане,
     В фартовых шкарах, в жёлтых лопарях,
     В руках он держит разные бумаги,
     И вот они с Марусей говорят.

 
     Здесь «шкары» — брюки, «лопари» — сапоги, ботинки. Интересно сравнить этот вариант с другой популярной песней тех лет:
 
     Я Сеньку встретила на клубной вечериночке,
     Картина шла тогда в кино «Багдадский вор»,
     Оксфорд сиреневый и жёлтые ботиночки
     Зажгли в душе моей негаснущий костёр.

 
     Жёлтый цвет обуви был очень моден в конце 20-х — начале 30-х годов. А «оксфорд» (узкие, укороченные по щиколотку «стильные» брюки) — «шкары» вполне «фартовые», т.е. модного покроя и из хорошей ткани. Но на ББК Колька носил, конечно, не «оксфорд», а, скорее всего, брюки-галифе.
 
 

«А на груди — ударника значок»

 
     Разумеется, мы не оставим без внимания и замечательный значок ударника, украшавший грудь «перекованного» уголовника. На самом деле речь идёт не о значке, а о жетоне:
 
     «ПРИКАЗ 54 ГЛАВНОГО УПРАВЛЕНИЯ
     ИСПРАВИТЕЛЬНО-ТРУДОВЫХ ЛАГЕРЕЙ
     ОГПУ гор. Москва 20 ноября 1932 г.
 
     На основании приказа ОГПУ сего года за № 879 об установлении специального “Жетона строителя Беломорстроя” для награждения лучших, особо отличившихся ударников из заключённых — строителей Беломорско-Балтийского Водного Пути и создания для них льготного режима и лучших материально-бытовых и правовых условий за время их пребывания в исправительно-трудовых лагерях ОГПУ — объявляется для руководства и исполнения Положение о “Жетоне строителя Беломорстроя”.
     Начальник Главного управления лагерями ОГПУ
                                                                         (Берман)»
 
     «ПОЛОЖЕНИЕ О “ЖЕТОНЕ СТРОИТЕЛЯ БЕЛОМОРСТРОЯ
 
     1) “Жетон строителя Беломорстроя” является почетной наградой заключённым — передовым участникам строительства Беломорско-Балтийского Водного Пути — активным борцам за его досрочное окончание.
     2) Награждение жетоном производится по постановлению начальника Главного управления лагерями ОГПУ и начальника строительства ББВП.
     3) Жетоном награждаются лишь те лагерники, которые являлись действительными ударниками за досрочное окончание строительства ББВП. Только те, кто своей высокой производительностью труда, наилучшими качественными показателями, примерной лагерной дисциплиной и активным участием в культурно-воспитательной работе доказали, что, осознав свои прежние преступления, перековываются в активных участников социалистического строительства и готовятся стать по освобождении членами социалистического общества.
     4) Награждённому жетоном выдается за подписью начальника БЕЛБАЛТЛАГа ОГПУ грамота на право его ношения.
     5) Награжденный жетоном носит его на левой стороне груди на красном (шелковом или сатиновом) кругу, диаметром в 4 сантиметра. Имеет право носить его на работе и в быту, независимо от того, в каком исправительно-трудовом лагере ОГПУ он находится.
     6) Награждённый жетоном обязан по окончании строительства ББВП и в дальнейшем быть передовым борцом и застрельщиком на производстве и в быту за внедрение трудсоревнования — ударничества, в каком бы лагере он ни находился.
     7) В случае нарушения награжденным п. 6 настоящего положения он может быть лишен права на жетон по представлению начальника исправительно-трудового лагеря и по распоряжению начальника Главного управления лагерями.
     8) Награждение жетоном строителя Беломорстроя отмечается в личном деле заключённого и на обложке дела ставится большой штамп: “Строитель ББВП”.
     9) По освобождении из лагерей жетон и грамота остаются у награждённого.
     10) Награждённый жетоном, в каком бы исправительно-трудовом лагере он в дальнейшем ни содержался, имеет право на следующие льготы:
     а) преимущественное помещение в лучших квартирных условиях;
     б) длительное внеочередное свидание с родственниками;
     в) право посылки писем в неограниченном количестве;
     г) бесплатное фотографирование два раза в год;
     д) льготные условия для перехода на колонизацию.
     Начальник Главного управления лагерями ОГПУ
                                                                        (Берман)»
 
     Помимо грамоты на право ношения значка, отличившиеся каналоармейцы получали «Книжку ударника». Награждения жетоном ударника начались в конце 1932-го и продолжались до конца 1933 года, даже после сдачи канала в эксплуатацию. Точное количество заключённых, которые были признаны ударниками, установить невозможно. Скорее всего, оно исчисляется несколькими десятками тысяч. На страницах книги о Беломорканале мы не раз встречаем упоминание о «значке ударника»:
     «Семён Фирин сказал простую напутственную речь, и коммунары со значками ударников на красных бантах сели в вагон».
«Семёнова — бывшая учительница и обучила свыше ста неграмотных тридцатипятников, за что, хотя и не соцблизкая, имеет значок».
«Много лет тому назад я носил на своей груди академический значок, увенчанный царским гербом. Сейчас видите у меня на груди красный значок ударника строительства Беломорстроя».
     «Осенью 1933 года Роттенберг (бывший вор-рециди-вист. — А.С.) был награжден почётным значком строителя Беломорстроя и свободным гражданином выехал на строительство канала Волга–Москва».
Разумеется, не обошлось без значка ударника и в фильме «Заключённые». В картине присутствует примечательный диалог двух антагонистов — авторитетного ростовского вора Кости-Капитана и Мити — бывшего уголовника, перевоспитанного на Беломорканале:
«Костя: Митя, откуда вы такой марксист? Вы же были знаменитый бандит. А теперь... А теперь вы навеки испорченный человек. Вы серьёзно думаете, что я буду колупать эту землю?
     Митя: Врёшь, Костя, будешь!
     Костя: Митя, вы утратили пару шариков. О, вы носите медаль! Вы паровоз?
     Митя: Это — значок ударника.
     Костя (берёт книжку, раскрывает). А что это значит для жизни?
     Митя: Я имел 10 лет, а теперь имею 6. (Показывает книжку ударника.) Я построю канал и уеду.
     Костя: А я плюну — и убегу!
     Митя: Тебя поймают и приведут обратно. А я уеду свободным гражданином».
     О значке ударника Беломорстроя упоминает и Виктор Астафьев в романе «Последний поклон»: «Папе, как вредителю, “выставили” пять лет в приговоре и отослали проявлять “настоящую трудовую энтузиазму” на Беломорканал... Вернулся папа через два с половиной года со значком “Ударнику строительства Беломорско-Балтийского канала им. Сталина”, ввинченным в красный бант. Значок этот папа выдавал за орден. Держался папа так, словно бы не из заключения, не с тяжелой стройки вернулся, а явился победителем с войны — весёлый, праздничный, гордый, с набором “красивых” городских изречений, среди которых чаще других он употреблял: “В натури”».
     Кстати, Иван Солоневич, повествуя о слёте ударников, тоже называет жетон «орденом»: «На сцене выстраивается десятка три каких-то очень неплохо одетых людей. Это “ударники”, отличники, лучшие из лучших. Гремит музыка и аплодисменты. На грудь этим людям Корзун торжественно цепляет ордена Беломорстроя, что в лагере соответствует примерно ордену Ленина».
     Точно так же «орденом» называет жетон ударника и бригадир женской ударной бригады, бывшая уголовница Анастасия Павлова. Однако на самом деле орденами за Беломорстрой было награждено всего восемь человек, из них — два инженера-«вредителя»:
 
     ПОСТАНОВЛЕНИЕ ЦЕНТРАЛЬНОГО ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО
     КОМИТЕТА СОЮЗА ССР О НАГРАЖДЕНИИ ОРДЕНАМИ
     СОЮЗА ССР РАБОТНИКОВ, ИНЖЕНЕРОВ И РУКОВОДИТЕЛЕЙ
     СТРОИТЕЛЬСТВА БЕЛОМОРСКО-БАЛТИЙСКОГО КАНАЛА
     ИМ. ТОВ. СТАЛИНА
 
     Центральный исполнительный комитет Союза ССР, рассмотрев представление Совета народных комиссаров Союза ССР о награждении орденами Союза ССР наиболее отличившихся работников, инженеров и руководителей Беломорстроя, постановляет:
     Наградить орденом ЛЕНИНА:
     1. ЯГОДУ Генриха Григорьевича — зам. председателя ОГПУ Союза ССР.
     2. КОГАНА Лазаря Иосифовича — начальника Беломорстроя.
     3. БЕРМАНА Матвея Давыдовича — начальника Главного управления исправительно-трудовыми лагерями ОГПУ.
     4. ФИРИНА Семена Григорьевича — начальника Беломорско-Балтийского исправительно-трудового лагеря и зам. начальника Главного управления исправительно-трудовыми лагерями ОГПУ.
     5. РАПОПОРТА Якова Давыдовича — зам. начальника Беломорстроя и зам. начальника Главного управления исправительно-трудовыми лагерями ОГПУ.
     6. ЖУКА Сергея Яковлевича — зам. главного инженера Беломорстроя, одного из лучших и добросовестных инженеров, своим исключительным знанием дела и огромной трудоспособностью обеспечившего качественное выполнение проектных работ.
     7. ФРЕНКЕЛЯ Нафталия Ароновича — пом. начальника Беломорстроя и начальника работ (совершившего в свое время преступление и амнистированного ЦИК СССР в 1932 году со снятием судимости. — А.С.), обеспечившего правильную организацию производства работ, высокое качество сооружений и проявившего большое знание дела.
     8. ВЕРЖБИЦКОГО Константина Андреевича — зам. главного инженера строительства (был осужден за вредительство по статье 58-7 и освобожден досрочно в 1932 году. — А.С.), одного из крупных инженеров, наиболее добросовестно относившегося к порученным ему работам.
     Председатель Центрального исполнительного комитета
Союза ССР
                                                                    М.КАЛИНИН
     Секретарь Центрального исполнительного комитета
Союза ССР
                                                                    А.ЕНУКИДЗЕ
     Москва, Кремль, 4 августа 1933 г.
 
     Некоторые путают жетон ударника Беломорстроя с нагрудным знаком ОГПУ «Лучшему ударнику ББК. ОГПУ» и «Лучшему ударнику ББК. НКВД». Однако это — совсем другие знаки отличия, и появились они уже по окончании строительства канала. М.А.Рогов в исследовании «История наград и знаков в МВД России (1802–2002)» поясняет: «Через две недели после окончания строительства собственно водного пути Постановлением правительства был образован Беломорско-Балтийский комбинат ОГПУ с широким кругом задач — от лесозаготовок и строительства промышленных предприятий до производства товаров ширпотреба, сельхозпродукции, организации промышленного рыболовства. Лучшие ударники ББК награждались одноименным нагрудным знаком ОГПУ. После воссоздания НКВД и передачи в его ведение Беломорско-Балтийского комбината аббревиатура “ОГПУ” на красной ленте знака была заменена на “НКВД”». Для справки: Народный комиссариат внутренних дел СССР был воссоздан в июле 1934 года, а Беломорско-Балтийский комбинат перешёл в ведение НКВД в октябре того же года.
     Во всяком случае, теперь мы точно знаем, что история с Колькой-Ширмачом могла произойти не раньше весны 1933 года: вряд ли зимой 1932-го «перекованный» уголовник стал бы щеголять в кожаном плаще (холодно), а до ноября 1932-го жетона ударника не существовало.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

«Шансон - Портал» основан 3 сентября 2000 года.
Свои замечания и предложения направляйте администратору «Шансон - Портала» на e-mail
Мнение авторов публикаций может не совпадать с мнением создателей наших сайтов. При использовании текстовых, звуковых,
фото и видео материалов «Шансон - Портала» - гиперссылка на www.shanson.org обязательна.
© 2000 - 2017 www.shanson.org «Шансон - Портал»

QR code

Designed by Shanson Portal
rss