Показать сообщение отдельно
  #7  
Старый 31.12.2009, 23:13
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,150
По умолчанию

У пирсов Флориды


Под небом бескрайним в далеком краю
Седой океан мы не раз бороздили,
Но дом свой родимый, Россию свою
В сердце мы свято хранили!




Последние годы у нас показывают столько телефильмов об утопающем в роскоши, любовных утехах мировой элиты и мафиозно-бандитских разборках американском городе Майами. Людям молодого поколения трудно представить, что в этом городе был когда-то большой военно-морской учебный центр, готовивший команды истребителей подводных лодок. И не только для США, но и для других стран.
Начав в 16 лет службу на Тихоокеанском флоте, я на восемнадцатом году своей жизни со сторожевым кораблем "Метель" попал в спецкоманду Военно-Морского флота СССР, которая весной 1944 года формировалась во Владивостоке для отправки в Америку.
Официально мы были тогда еще в мирных отношениях с Японией, хотя и весьма напряженных. США же вовсю вели с ней войну. Поэтому нам, военным морякам, переходить в Америку через пролив Лаперуза, а затем Тихий океан пришлось тайно, скрываясь в закрытых грузовых трюмах грузового транспорта. При обнаружении обмана японская подлодка могла запросто угостить нас торпедой на завтрак или обед, как уже бывало. Но на этот раз мы нормально дошли до тихоокеанского побережья Америки.
Высадились в Портленде. Оттуда на поезде через Чикаго, мимо Великих озер, пересекли США с запада на восток. Потом повернули на юг, к полуострову Флорида. И по его побережью спустились до города Майами, за которым чуть южнее, между Флоридой и Кубой, проходит северный тропик, начинается теплое течение Гольфстрим. Этот город со своим теплым, мягким океаническим климатом, роскошными морскими пляжами, пальмовыми парками издавна славился как мировой курорт для богачей. Туда ездили купаться, загорать, тешиться с элитными красотками миллионеры со всех частей света.
Но с началом Второй мировой войны по Северной Атлантике стали шнырять германские субмарины. Прогуливались они и у Флориды, где не было никакой береговой обороны. Вдоль полуострова простирались лишь курортные пляжи с виллами. И немецкие подводники настолько вольготно там себя чувствовали, что, убрав фашистские флаги, стали заходить в Майами на заправку своих субмарин топливом. Платили доллары - и брали его сколько хотели. На это никто не обращал внимания. Гитлеровцам наскучило такое равнодушное отношение к ним. Чтобы пробудить от спячки толстокожих янки и потешиться над ними, они дали из пушки залп по городу. Затем близ него, якобы по ошибке, был потоплен американский торговый транспорт.
И тут жители Флориды всполошились. Стал вопрос о создании береговой обороны. Но жирующие на Майами и других курортах полуострова богачи выступили с протестом: "Нам не надо военных баз, они будут мешать отдыху!". Сопротивление было настолько сильным, что правительству США сломить его удалось не сразу. Помогли развернувшиеся события.
7 декабря 1941 года Япония внезапно, без объявления войны, напала на Перл-Харбор - крупную военно-морскую базу США на Гавайских островах и потопила там большое количество американских кораблей. И сразу же японцы стали высаживать десанты на островах Тихого океана.
Поняв, что возникло угрожающее положение, президент США Рузвельт принял решительные меры для усиления защиты своей страны. В системе этих мер была создана и береговая оборона Флориды.
В Майами находилась наша бригада "морских охотников". Сначала, до прихода катеров с верфи, мы жили в 14-этажном отеле "Алказар", занимая там два этажа. В Майами, в отличие от нашей матушки Сибири, круглый год тепло. И вместо стекол в окнах отеля мы увидели лишь противомоскитные сетки…
После бедности, скудости, голода нашего житья, после унылого, мрачного (часто с затемнением окон) вида наших домов, наших городов в то тяжелое для нас военное время южный курортный город просто ошеломил своей роскошью, богатством, шиком, блеском, обилием цветов и фруктов.
По старой русской военно-морской традиции мы и на Флориде вечером, перед сном, совершали строем прогулки на свежем воздухе… И широко, мощно, как бег океанической волны, на улицах Майами звучала наша старая русская морская песня "Варяг". Потом, поднимаясь над пальмами, небоскребами города-курорта, летела, рвалась вверх, к звездам, еще одна могучая русская песня - "Священная война", родившаяся у нас во время нападения на нашу Родину фашистской Германии.
Проходившие или проезжавшие поблизости американцы останавливались и восторженным криком: "Рашэн, рашэн!" - приветствовали нас. Многие потом присоединялись к колонне и шли, ехали сбоку или сзади нас, демонстрируя тем самым свою солидарность с Россией. Летом 44-го года, когда мы находились в Майами, советские войска уже в хвост и гриву били немецких фашистов, гоня их на запад по Европе.
Поэтому так тепло приветствовали нас и коренные жители США, и русские эмигранты. С большой гордостью об успехах наших воинов, как своих соотечественников, писала тогда выходившая в Америке газета "Русский голос", которую редактировал бывший подполковник лейб-гвардии Семеновского полка Сергей Кунаков. С яркими, глубокими по содержанию обзорами военных событий на русско-немецком фронте выступал в этой газете бывший полковник Генерального штаба царской армии князь Путятин. Анализируя ход боевых операций, он предсказывал, на сколько километров вперед продвинутся русские войска за пять, десять дней и какие города они займут в ближайшее время. И, что нас удивляло, почти все эти предсказания сбывались. Стало быть, хорошим военным специалистом был князь Путятин.
Удивляли нас и огромные неоновые рекламы на высотных зданиях Майами, которые призывали: "Пейте "Кока-колу" - и будете такими же сильными, как маршал Ворошилов (Тимошенко)!" или: "Курите сигареты (называлась марка), их курил сам Иосиф Сталин!". На первый взгляд, такая реклама кажется абсурдной. Но нам говорили, что она здорово действовала на американцев.
Закончив на берегу учебные занятия, мы принимали пришедшие с верфи американские истребители подводных лодок - катера SC-110, передаваемые нам по ленд-лизу. Хотя по американским документам они назывались большими морскими охотниками, но по водоизмещению были в два раза меньше наших отечественных истребителей подводных лодок с таким названием. Гораздо слабее по артиллерийскому вооружению, с гораздо меньшими по численности экипажами.
Ходовые испытания катеров мы проводили в проливе между Флоридой и Кубой. В этом лазурном краю при штиле все было прекрасным. Море переливалось серебряными блестками в прозрачно-голубом сиянии дня. С наступлением густых темно-синих сумерек в небе яркими колдовскими огнями зажигалось сказочное по своей красоте созвездие Южного Креста. И мы не могли спать в такие ночи. Все, кроме занятых внизу, у своих дизелей, вахтенных мотористов, находились на верхней палубе. Прекрасным был Флоридский пролив и тогда, когда в нем начиналось волнение. Казалось, что на закипающих белой кружевной пеной гребнях катящихся по нему валов вот-вот появится волшебная Фрези Грант - Бегущая По Волнам из одноименного фантастического романа Александра Грина. Но наяву она, конечно, не появлялась. Вместо нее на палубы катеров волнами то и дело забрасывало летающих рыбок: забрасывало - и тут же смывало. Мы даже не успевали как следует рассмотреть их. Сначала это нас огорчало, а потом мы стали радоваться тому, что и после визита к нам они оставались живыми.
Продуктами на катерах нас снабжали очень хорошо. Машинами привозили мясо, рыбу, овощи, фрукты. Особенно много было бананов, которые растут там в изобилии. Были куры, индейки, галлоны с ромом, который потом очень пригодился нам в войне на севере.
Перед уходом наших катеров из Майами прямо на пирсе американцы дали нам большой прощальный концерт. В их оркестре звучали скрипки, аккордеоны, гавайские гитары, барабаны и еще какие-то музыкальные инструменты. Но это не был негритянский джаз. В Майами негров полным-полно. Но ни они сами, ни их джазы не пользовались популярностью у американцев. Да и мы из-за беспардонности их поведения тоже не испытывали к ним симпатии.
Нам больше нравились своей музыкой, песнями, танцами латиноамериканские испанцы, составляющие значительную часть населения Майами. Они в основном и выступали в прощальном концерте. Особенно большое впечатление на нас произвели испанские девушки. Гибкие, стройные, с рассыпавшимися по обнаженным плечам длинными густыми косами, они казались нам русалками, вышедшими из океана.
Чтобы сделать нам приятный сюрприз, испанки на русском языке, насколько смогли его осилить, спели песню Оскара Строка "Черные глаза". Под звуки скрипок, аккордеонов, плеск морского прибоя, как искры пламени, взметнулись вверх слова припева о черных глазах, которые имеют такую силу, что "их позабыть нигде нельзя". И у самих испанок глаза были черные и такие большие, страстные, что казались звездами, горящими на лицах. Песня эта произвела на нас сильное впечатление. Узнав, что есть запись на грампластинке в исполнении русского певца-эмигранта Петра Константиновича Лещенко, стали искать эту пластинку в американских магазинах. И вместе с нею нашли еще ряд записанных на грампластинках русских песен в его исполнении.



С выходом из Майами и продвижением катеров на север, вдоль Атлантического побережья Америки, стало прохладнее. Наступала осень. Погода портилась. Начинались дожди, штормы. Иногда мы останавливались в таких портах, которые вызывали только тоску и скуку. И тогда мы обращались к Петру Константиновичу Лещенко - через усилители катерных радиорубок крутили пластинки с записями его песен. Особенно поднимала нам настроение русская народная песня "Чубчик", которую Петр Константинович исполнял так живо, лихо, что казалось, что она даже мертвых может поднять и пустить в пляс. Вместе с нежностью, радостью любви, искрящимся задором, огнем страсти были наполнены также песни "Моя Марусечка", "Настенька"…
Сильное впечатление произвели на нас и грустные песни в его исполнении. Особенно песня о тоске по Родине, которая начинается словами:
Я иду не по нашей земле,
Просыпается синее утро…

В записи на грампластинке* эту песню Петр Константинович исполнял вместе со своей женой, выпускницей Одесского музыкального училища Верой Белоусовой, у которой тоже был красивый, выразительный голос. Это было настолько близко, дорого, созвучно нашим сердцам, настолько глубоко отражало наши чувства находящихся вдали от Родины людей, что никто из нас не мог слушать эту песню равнодушно.
В каких бы богатых, райских краях мы ни находились, каждый хранил в своем сердце любовь к Родине. При всех невзгодах, при всей тяжести жизни России тех военных лет, она оставалась для нас самой близкой, самой дорогой страной на свете!

Николай Дедов,
председатель Сибирского регионального совета юнг огненных рейсов Великой Отечественной войны.
****

Примечание Георгия Сухно
/Польша/


***
Пластинки с песней "Я тоскую по родине" в исполнении Петра и Веры Лещенко никогда не выпускались. Исполнял певец эту песню в дуэте с женой на концертах в Бухаресте в 1945-1948 годах. Запись песни на пластинку 1948 года была уничтожена по распоряжению властей.


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием