Внимание! Регистрация на наш форум приостановлена. Для связи с администратором, используйте эл. почту

ШАНСОН - ПОРТАЛ   |    ШАНСОН - ПОРТАЛ - ГАЛЕРЕЯ   |    НАШ ФОТОАЛЬБОМ

ШАНСОН - ПОРТАЛ - ФОРУМ

Поиск по Шансон - Порталу >>>






Вернуться   Шансон - Портал - форум > Разное > О поэзии и прозе

О поэзии и прозе Обсуждаем литературу всех времен

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 22.08.2009, 09:15
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию Пером и кистью...

Микеланджело Буонарроти (Michelangelo di Lodovico Buonarroti Simoni; 1475—1564)



[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


И высочайший гений не прибавит
Единой мысли к тем, что мрамор сам
Таит в избытке, — и лишь это нам
Рука, послушная рассудку, явит...

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
Микеланджело родился 6 марта 1475 г. в тосканском городке Капрезе около Ареццо, в семье Лодовико Буонарроти, городского советника. В детстве воспитывался во Флоренции, затем некоторое время жил в городке Сеттиньяно.
В 1488 г. Микеланджело против воли своего отца поступает учеником в мастерскую Доменико Гирландайо и занимается там в течение года.
В 1496 г. кардинал Рафаэлле Риарио покупает мраморного «Купидона» Микеланджело и приглашает художника для работы в Рим.
Скончался Микеланджело 18 февраля 1564 г. в Риме. Перед смертью он продиктовал завещание со всей свойственной ему немногословностью: «Я отдаю душу Богу, тело земле, имущество родным».
Гений Микеланджело наложил отпечаток не только на искусство Ренессанса, но и на всю дальнейшую мировую культуру. Деятельность его связана в основном с двумя итальянскими городами — Флоренцией и Римом. По характеру своего дарования он был прежде всего скульптор. Это ощущается и в живописных работах мастера, необычайно богатых пластичностью движений, сложных поз, отчётливой и мощной лепкой объёмов. Во Флоренции Микеланджело создал бессмертный образец Высокого Возрождения — статую «Давид» (1501—1504), ставшую на многие века эталоном изображения человеческого тела, в Риме — скульптурную композицию «Пьета» (1498—1499), одно из первых воплощений фигуры мёртвого человека в пластике. Однако наиболее грандиозные свои замыслы художник смог реализовать именно в живописи, где он выступил подлинным новатором цвета и формы. По заказу папы Юлия II он выполнил роспись потолка Сикстинской капеллы (1508—1512), представляющую библейскую историю от сотворения мира до потопа и включающую более 300 фигур. В 1534—1541 в той же Сикстинской капелле для папы Павла III исполнил грандиозную, полную драматизма фреску «Страшный суд». Поражают своей красотой и величием архитектурные работы Микеланджело — ансамбль площади Капитолия и Собор св. Петра в Риме.
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Великая страсть владела его существом, и он был страшен потому, что все подчинял своей страсти, не милуя ни других, ни себя. Он знал, чего хотел, и, как бывает даже у самых замечательных людей, твердо считал, что только его воля достойна уважения: что заветная цель ясна ему как никому другому. Вместе с Леонардо да Винчи и Рафаэлем, Микеланджело составляет триаду величайших светил, явившихся на горизонте искусства за всю христианскую эпоху. Он стяжал себе громкую, неувядающую славу во всех трех главных художественных областях, но был скульптор по преимуществу: пластический элемент преобладал в его гении до такой степени, что этим элементом запечатлены его живописные произведения и архитектурные композиции. Он был первым скульптором, познавшим строение человеческого организма и высекшим скульптуры из мрамора, показав всю красоту человеческого тела.

Давид

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Вернувшись в 1501 во Флоренцию, Микеланджело получил от правительства республики заказ на создание 5,5-метровой статуи Давида (1501-04, Академия, Флоренция). Установленная на главной площади Флоренции рядом с ратушей Палаццо Веккио (ныне заменена копией), она должна была стать символом свободы республики. Микеланджело изобразил Давида не в виде хрупкого подростка, попирающего отрубленную голову Голиафа, как это делали мастера 15 в., а как прекрасного, атлетически сложенного гиганта в момент перед сражением, полного уверенности и грозной силы (современники называли ее terribilita — устрашающая). Юноша готовится к бою с превосходящим его по силе врагом. Он спокоен и сосредоточен, но мышцы его напряжены. Брови грозно сдвинуты, в них читается нечто устрашающее (terribilita). Через левое плечо он перекинул пращу, нижний кончик которой подхватывает его правая рука. Свободная поза героя — классический пример контрапоста — уже подготавливает смертоносное движение.
Росписи Сикстинской капеллы

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Фрески Сикстинского плафона (1508-12) — самый грандиозный из осуществленных замыслов Микеланджело. Отвергнув предложенный ему проект с фигурами 12 апостолов в боковых частях свода и с орнаментальным заполнением его основной части, Микеланджело разработал собственную программу росписей, до сих пор вызывающую различные толкования. Роспись громадного свода, перекрывающего обширную (40,93 х 13,41 м) папскую капеллу, включает в себя 9 больших композиций в зеркале свода на темы книги Бытия — от «Сотворения мира» до «Всемирного потопа», 12 огромных фигур сивилл и пророков в боковых поясах свода, цикл «Предки Христа» в распалубках и люнетах, 4 композиции в угловых парусах на темы чудесного избавления иудейского народа. Десятки величественных персонажей, населяющих этот грандиозный универсум, наделенные титаническим обликом и колоссальной духовной энергией, являют необыкновенное богатство сложнейших, пронизанных мощным движением жестов, поз, контрапостов, ракурсов.

Надгробие папы Юлия II

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


После смерти Юлия II (1513) Микеланджело снова приступает к работе над его надгробием, создает в 1513-16 три статуи — «Умирающий раб», «Восставший раб» (оба в Лувре) и «Моисей». Первоначальный проект, неоднократно пересматривавшийся наследниками Юлия II, не был осуществлен. Согласно шестому по счету договору, заключенному с ними, в 1545 в римской церкви Сан-Пьетро ин Винколи было установлено двухъярусное пристенное надгробие, включившее «Моисея» и 6 статуй, выполненных в начале 1540-х гг. в мастерской Микеланджело.
Четыре незаконченные статуи «Рабов» (ок. 1520-36, Академия, Флоренция), первоначально предназначавшиеся для надгробия, дают представление о творческом методе Микеланджело. В отличие от современных ему скульпторов он обрабатывал глыбу мрамора не со всех сторон, а только с одной, как бы извлекая фигуры из толщи камня; в своих стихах он неоднократно говорит о том, что скульптор лишь высвобождает изначально скрытый в камне образ. Представленные в напряженно-драматических позах «Рабы» как бы и сами пытаются вырваться из сковывающей их каменной массы.

Гробница семейства де Медичи


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Капелла Медичи — сложный архитектурно-скульптурный ансамбль, образное содержание которого породило различные толкования. Статуи герцогов Лоренцо и Джулиано Медичи, сидящих в неглубоких нишах на фоне архитектурной антикизированной декорации и облаченных в доспехи римских императоров, лишены портретного сходства и, возможно, символизируют Жизнь деятельную и Жизнь созерцательную. С графически легкими очертаниями саркофага контрастирует пластическая мощь огромных статуй Дня и Ночи, Утра и Вечера, лежащих на покатых крышках саркофага в мучительно-неудобных позах, как бы готовых соскользнуть с них. Драматический пафос этих образов Микеланджело выразил в четверостишии, написанном им как бы от имени Ночи:

Мне сладко спать, а пуще — камнем быть,
Когда кругом позор и преступленье:
Не чувствовать, не видеть — облегченье.
Умолкни ж, друг, к чему меня будить?


Пьета

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


В Риме Микеланджело продолжил начатое в Садах Медичи изучение античной скульптуры, ставшей одним из источников его богатой пластики. К первому римскому периоду относятся антикизированная статуя Вакха (ок. 1496, Национальный музей, Флоренция) и скульптурная группа «Пьета» (ок. 1498-99), свидетельствующая о начале творческой зрелости мастера.


Трагедия Микеланджело состояла в том, что ему, гениальному скульптору, феноменально чувствовавшему мрамор, приходилось подчиняться прихотям покровителей-пап и заниматься живописью, архитектурой, бронзовым литьем и созданием фресок. Но даже в этих, не свойственных ему областях, проявлялась подлинная гениальность матера. К сожалению, многие его планы и идеи так и остались нереализованными, большое количество его творений не сохранилось до наших дней, многие проекты не были завершены при его жизни.
Микеланджело был одним из величайших скульпторов, величайших живописцев и величайших архитекторов своего времени; нет другого подобного ему человека, оставившего столь богатое наследие последующим поколениям.




[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #2  
Старый 22.08.2009, 09:16
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию

Габриэль Чарльз Данте Россетти



[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

А утром все слова мои,
Как лепестки над соловьём,
Дрожали крыльями Любви,
И всех их воплотил я днём
В портрете. Чтоб меня развлечь,
С молчаньем чередуя речь,
Стояла вся в цветах она,
И смог я тенью от окна
Деревья на холсте облечь.



Данте Габриель Россетти (1828-1882) — живописец и поэт, вдохновитель движения Пре-Рафаэлитов*, мечтавший возродить Золотой век. Вокруг его имени не только на его родине в Англии уже больше века не утихают споры. Одни называют его поэтом второго ряда, пошляком, озабоченным одной только идеей доминирующей женственности (Venus Victrix - Венеры-победительницы, как называл её сам поэт). Другие — одним из самых оригинальных поэтов XIX века, гением, даже пророком. Язык Россетти нарочито архаичен, образы расплывчаты, в связи с чем его стихотворения с величайшим трудом поддаются переводу.

Изобразительное искусство

Наиболее известны картины Россетти позднего периода. Их основными чертами являются эстетизм, стилизация форм, эротизм, культ красоты и художественного гения. Практически во всех этих работах присутствует одна и та же модель - возлюбленная Россетти Джейн Бёрден, которая до этого была женой Уильяма Морриса. С ухудшением душевного здоровья Россетти увеличивается его зависимость от Джейн, он был одержим ею и посвятил ей огромное количество полотен, обессмертив её имя так же, как и имя Элизабет Сиддал.

Beata Beatrix. 1863—1864




Россетти-художник стремился передавать не столько зримый облик мира, сколько навеянные фантазией картины, заполненные знакомыми по литературе фигурами. Литературность картин Россетти, где так важен сюжет, побуждает говорить о нем как о приверженце романтической школы, очень влиятельной в ту пору; как и другие ее представители, он любил изображать седую старину, в особенности Италию 15 в., усердно подражая итальянским художникам того периода.

Прозерпина 1863г.


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Тяжелым ударом стала для Россетти смерть в 1862 году Э. Сиддал. Он пишет ее посмертный портрет в образе дантовской Беатриче — "Beata Beatrix" (ок. 1863—1864, Лондон, Галерея Тейт). Она изображена в необычной позе со слегка запрокинутой головой, полузакрытыми глазами, словно находясь в трансе или медитируя в окружении странно призрачных фигур и предметов. Эта картина во многом определила дальнейшее творчество мастера. Теперь он часто обращается к изображению одиночной женской фигуры с удлиненной шеей и тяжелой копной рыжих волос, обрамляющих бледное лицо с чувственным ртом и печальными глазами. Его героиня обычно сосредоточена на своих порой мучительных раздумьях. Этот повторяющийся образ навеян, с одной стороны, мотивами романтической поэзии, а с другой — вдохновлен женой У. Морриса Джейн Берден, ставшей новой музой Россетти. Но в большой степени он отражает состояние души самого художника.

Елена Троянская, 1863


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Венера Вертикордия, 1864


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Хотя Россетти зарабатывал на жизнь живописью, более всего он известен как поэт. Впрочем, поэзия и живопись в его творчестве дополняют друг друга: самые известные его полотна вдохновлены литературой, тогда как лучшие стихи отличает изобразительность.

Поэзия

Россетти отрицает общественную функцию литературы, признавая за искусством одну эстетическую ценность. Его поэзия пропитана мистико-эротическим содержанием, отталкивается от позитивизма, идеализирует прошлое, эстетизирует католицизм. Россетти отказывается от всякой социально-политической проблематики. Игнорируя революционно-чартистскую и социал-реформистскую поэзию 30—50-х гг., он ищет для себя образцов у романтиков типа Китса и Кольриджа. Характерными чертами поэзии Россетти являются: описательность (тщательная вырисовка деталей) при общей мистической настроенности, вычурность синтаксических конструкций (сказуемое у него всегда предшествует подлежащему, противореча правилам английского строя речи); установка на напевность, пристрастие к аллитерациям и рефрену. У него мы встречаем (то, что потом использует Уайльд) описание драгоценных камней и металлов, красок, запахов, условную экзотику. Единственным произведением Россетти на современную тему является стихотворение «Jenny», где эстетизируется продажная любовь и находит свое выражение «культ греха»


Внезапный свет

Да, был я здесь давно.
Когда, зачем - те дни молчат.
В дверях я помню полотно,
Трав аромат,
Вздох ветра, речки светлое пятно.

Я знал тебя давно.
Не помню встреч, разлук, мой друг:
Но ты на ласточку в окно
Взглянула вдруг,
И прошлое - ко мне пришло оно.

Всё было уж давно?
И времени, унёсшись прочь,
Как жизнь, вернуть любовь дано:
Смерть превозмочь,
И день, и ночь пророчить нам одно?



РОЗА

Пусть лилия гордится
Тем, что не ранит рук,
Но не она царица
Среди своих подруг.

Как хороша мимоза!
Как нежен яблонь цвет!..
Однако краше розы
Ты не отыщешь, нет.

Её бутон, как пламя,
Её шипы, как нож,
Она играет нами —
И нас кидает в дрожь.





[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #3  
Старый 22.08.2009, 09:17
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию

Рафаэль Санти (Raffael Santi)



[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]



Живопись… - это язык природы, язык зримого мира. То, чего мы не видим, несуществующее и абстрактное, не относится к области живописи.


Рафаэ́ль Са́нти (итал. Raffaello Santi, Raffaello Sanzio; 6 апреля[1] 1483 — 6 апреля 1520) — итальянский живописец, график и архитектор, представитель флорентийской школы. Яркий представитель Высокого Возрождения, с классической ясностью и возвышенной одухотворенностью воплотивший жизнеутверждающие идеалы эпохи. Все его картины кажутся легкими и воздушными.
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Основные работы
Ранние произведения («Мадонна Конестабиле», ок. 1502—1503) проникнуты изяществом, мягким лиризмом. Земное бытие человека, гармонию духовных и физических сил прославил в росписях станц (комнат) Ватикана (1509—1517 года), достигнув безупречного чувства меры, ритма, пропорций, благозвучия колорита, единства фигур и величественных архитектурных фонов.

«Мадонна Конестабиле»




Многочисленные изображения Богоматери («Сикстинская мадонна», 1513), художественные ансамбли в росписях виллы Фарнезина (1514—1518 года) и лоджиях Ватикана (1519, с учениками). В портретах создан идеальный образ человека Возрождения («Б. Кастильоне», 1514—1515).

"Сикстинская Мадонна"


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Разносторонне одаренный художник, архитектор и скульптор, Рафаэль считался по праву также выдающимся рисовальщиком в итальянском искусстве. Первоначальное обучение он прошел у своего отца, Джованни Санти. В дальнейшем учился у Перуджино, от которого воспринял умение передать состояние духовной просветленности человека, поиски идеального начала в женском образе. Позже во Флоренции, соприкоснувшись с творениями Микеланджело и Леонардо, Рафаэль учился у них анатомически правильному изображению человеческого тела. В 25 лет художник попадает в Рим, и с этого момента начинается период наивысшего расцвета его творчества: он выполняет монументальные росписи в Ватиканском дворце (1509—1511), среди которых безусловный шедевр мастера — фреска «Афинская школа», пишет алтарные композиции и станковые картины, отличающиеся гармоничностью замысла и исполнения, работает как архитектор (некоторое время Рафаэль даже руководит строительством собора св. Петра). В неустанных поисках своего идеала, воплощающийся для художника в образе Мадонны, он создает самое совершенное свое творение — «Сикстинскую Мадонну» (1513), символ материнства и самоотречения.

Фреска
Станца делла Сеньятура, кабинет Папы римского


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Три грации 1517 г. Вилла Фарнезина, Рим


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


О частной жизни Рафаэля известно немного, гораздо больше легенд. Еще при жизни вокруг личности художника возник ореол славы и всеобщего поклонения. Уже Вазари, жизнеописание которого положило начало многим последующим легендам о Рафаэле, видел в нем и в его образе жизни идеал художника-придворного, одаренного, живущего в роскоши и богатстве человека, который умеет вести себя в обществе, поддерживать ученую беседу, обладает приятной наружностью и утонченными манерами, окружен любовью и всеобщим почитанием.

Мадонна. 1515



[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Рафаэль Санти "Психею принимают на Олимпе", 1517


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Судьба благоприятствовала Рафаэлю: в Риме он нашел сильных и могущественных покровителей. Поклонником его таланта был Юлий II. После смерти Юлия II Рафаэль выполнял заказы Льва Х, ставшего папой в 1513 году. Рафаэль умер неожиданно, после недолгой болезни, в день своего рождения - 6 апреля 1520 года. Многими его смерть была воспринята как смерть искусства - настолько велика была слава художника и всеобщим было его почитание. Согласно завещанию, Рафаэля похоронили в Пантеоне, среди великих людей Италии.

Гробница Рафаэля Санти в Пантеоне


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #4  
Старый 22.08.2009, 09:20
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию

Анна Ахматова




[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Я улыбаться перестала,
Морозный ветер губы студит,
Одной надеждой меньше стало,
Одною песней больше будет.
И эту песню я невольно
Отдам на смех и поруганье,
Затем, что нестерпимо больно


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Я родилась 11 (23) июня 1889 года под Одессой (Большой Фонтан). Мой отец был в то время отставной инженер-механик флота. Годовалым ребенком я была перевезена на север - в Царское Село. Там я прожила до шестнадцати лет. Мои первые воспоминания - царскосельские: зеленое, сырое великолепие парков, выгон, куда меня водила няня, ипподром, где скакали маленькие пестрые лошадки, старый вокзал и нечто другое, что вошло впоследствии в "Царскосельскую оду".
Каждое лето я проводила под Севастополем, на берегу Стрелецкой бухты, и там подружилась с морем. Самое сильное впечатление этих лет - древний Херсонес, около которого мы жили. Читать я училась по азбуке Льва Толстого. В пять лет, слушая, как учительница занималась со старшими детьми, я тоже научилась говорить по-французски.
Первое стихотворение я написала, когда мне было одиннадцать лет. Стихи начались для меня не с Пушкина и Лермонтова, а с Державина ("На рождение порфирородного отрока") и Некрасова ("Мороз, Красный нос"). Эти вещи знала наизусть моя мама. Училась я в Царскосельской женской гимназии. Сначала плохо, потом гораздо лучше, но всегда неохотно. В 1905 году мои родители расстались, и мама с детьми уехала на юг. Мы целый год прожили в Евпатории, где я дома проходила курс предпоследнего класса гимназии, тосковала по Царскому Селу и писала великое множество беспомощных стихов. Отзвуки революции Пятого года глухо доходили до отрезанной от мира Евпатории. Последний класс проходила в Киеве, в Фундуклеевской гимназии, которую и окончила в 1907 году. Я поступила на юридический факультет Высших женских курсов в Киеве.
Пока приходилось изучать историю права и особенно латынь, я была довольна, когда же пошли чисто юридические предметы, я к курсам охладела. В 1910 (25 апреля ст. ст.) я вышла замуж за Н. С. Гумилева, и мы поехали на месяц в Париж. Прокладка новых бульваров по живому телу Парижа (которую описал Золя) была еще не совсем закончена (бульвар Raspail). Вернер, друг Эдиссона, показал мне в "Taverne de Panteon" два стола и сказал: "А это ваши социал-демократы, тут - большевики, а там - меньшевики". Женщины с переменным успехом пытались носить то штаны (jupes-cullottes), то почти пеленали ноги (jupes-entravees).
Стихи были в полном запустении, и их покупали только из-за виньеток более или менее известных художников. Я уже тогда понимала, что парижская живопись съела французскую поэзию. Переехав в Петербург, я училась на Высших историко-литературных курсах Раева. В это время я уже писала стихи, вошедшие потом в мою первую книгу. Когда мне показали корректуру "Кипарисового ларца" Иннокентия Анненского, я была поражена и читала ее, забыв все на свете. В 1910 году явно обозначился кризис символизма, и начинающие поэты уже не примыкали к этому течению. Одни шли в футуризм, другие - в акмеизм. Вместе с моими товарищами по Первому Цеху поэтов - Мандельштамом, Зенкевичем, Нарбутом - я сделалась акмеисткой. Весну 1911 года я провела в Париже, где была свидетельницей первых триумфов русского балета.
В 1912 году проехала по Северной Италии (Генуя, Пиза, Флоренция, Болонья, Падуя, Венеция). Впечатление от итальянской живописи и архитектуры было огромно: оно похоже на сновидение, которое помнишь всю жизнь. В 1912 году вышел мой первый сборник стихов "Вечер". Напечатано было всего триста экземпляров. Критика отнеслась к нему благосклонно. 1 октября 1912 года родился мой единственный сын Лев. В марте 1914 года вышла вторая книга - "Четки". Жизни ей было отпущено примерно шесть недель. В начале мая петербургский сезон начал замирать, все понемногу разъезжались. На этот раз расставание с Петербургом оказалось вечным. Мы вернулись не в Петербург, а в Петроград, из XIX века сразу попали в XX, все стало иным, начиная с облика города. Казалось, маленькая книга любовной лирики начинающего автора должна была потонуть в мировых событиях. Время распорядилось иначе. Каждое лето я проводила в бывшей Тверской губернии, в пятнадцати верстах от Бежецка. Это не живописное место: распаханные ровными квадратами на холмистой местности поля, мельницы, трясины, осушенные болота, "воротца", хлеба, хлеба... Там я написала очень многие стихи "Четок" и "Белой стаи". "Белая стая" вышла в сентябре 1917 года. К этой книге читатели и критика несправедливы. Почему-то считается, что она имела меньше успеха, чем "Четки". Этот сборник появился при еще более грозных обстоятельствах. Транспорт замирал - книгу нельзя было послать даже в Москву, она вся разошлась в Петрограде.
Журналы закрывались, газеты тоже. Поэтому в отличие от "Четок" у "Белой стаи" не было шумной прессы. Голод и разруха росли с каждым днем. Как ни странно, ныне все эти обстоятельства не учитываются. После Октябрьской революции я работала в библиотекe Агрономического института. В 1921 году вышел сборник моих стихов "Подорожник", в 1922 году - книга "Anno Domini". Примерно с середины 20-х годов я начала очень усердно и с большим интересом заниматься архитектурой старого Петербурга и изучением жизни и творчества Пушкинa. Результатом моих пушкинских штудий были три работы - о "Золотом петушке", об "Адольфе" Бенжамена Сонстана и о "Каменном госте". Все они в свое время были напечатаны. Работы "Александрина", "Пушкин и Невское взморье", "Пушкин в 1828 году", которыми я занимаюсь почти двадцать последних лет, по-видимому, войдут в книгу "Гибель Пушкина". С середины 20-х годов мои новые стихи почти перестали печатать, а старые - перепечатывать. Отечественная война 1941 года застала меня в Ленинграде. В конце сентября, уже во время блокады, я вылетела на самолете в Москву. До мая 1944 года я жила в Ташкенте, жадно ловила вести о Ленинграде, о фронте. Как и другие поэты, часто выступала в госпиталях, читала стихи раненым бойцам.
В Ташкенте я впервые узнала, что такое в палящий жар древесная тень и звук воды. А еще я узнала, что такое человеческая доброта: в Ташкенте я много и тяжело болела. В мае 1944 года я прилетела в весеннюю Москву, уже полную радостных надежд и ожидания близкой победы. В июне вернулась в Ленинград. Страшный призрак, притворяющийся моим городом, так поразил меня, что я описала эту мою с ним встречу в прозе. Тогда же возникли очерки "Три сирени" и "В гостях у смерти" - последнее о чтении стихов на фронте в Териоках. Проза всегда казалась мне и тайной и соблазном. Я с самого начала все знала про стихи - я никогда ничего не знала о прозе. Первый мой опыт все очень хвалили, но я, конечно, не верила. Позвала Зощенку. Он велел кое-что убрать и сказал, что с остальным согласен. Я была рада.
Потом, после ареста сына, сожгла вместе со всем архивом. Меня давно интересовали вопросы художественного перевода. В послевоенные годы я много переводила. Перевожу и сейчас. В 1962 году я закончила "Поэму без героя", которую писала двадцать два года. Прошлой весной, накануне дантовского года, я снова услышала звуки итальянской речи - побывала в Риме и на Сицилии. Весной 1965 года я поехала на родину Шекспира, увидела британское небо и Атлантику, повидалась со старыми друзьями и познакомилась с новыми, еще раз посетила Париж. Я не переставала писать стихи. Для меня в них - связь моя с временем, с новой жизнью моего народа. Когда я писала их, я жила теми ритмами, которые звучали в героической истории моей страны. Я счастлива, что жила в эти годы и видела события, которым не было равных.



Стихотворения Анны Ахматовой


* * *

М.Лозинскому

Он длится без конца — янтарный, тяжкий день!
О, как невыразима грусть, как тщетно ожиданье!
И снова голосом серебряным олень
В зверинце говорит о северном сиянье.
И я поверила, что есть прохладный снег
И синяя купель для тех, кто нищ и болен,
И санок маленьких такой неверный бег
Под звоны древние далеких колоколен.

1912

* * *

Сжала руки под тёмной вуалью...
"Отчего ты сегодня бледна?"
- Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь,
Искривился мучительно рот...
Я сбежала, перил не касаясь,
Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: "Шутка
Всё, что было. Уйдешь, я умру."
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: "Не стой на ветру"

1911

* * *

Пленник чужой! Мне чужого не надо,
Я и своиx-то устала считать.
Так отчего же такая отрада
Эти вишневые видеть уста?

Пусть он меня и xулит и бесславит,
Слышу в словаx его сдавленный стон.
Нет, он меня никогда не заставит
Думать, что страстно в другую влюблен.

И никогда не поверю, что можно
После небесной и тайной любви
Снова смеяться и плакать тревожно
И проклинать поцелуи мои.

1917

* * *

И когда друг друга проклинали
В страсти, раскаленной добела,
Оба мы еще не понимали,
Как земля для двух людей мала,
И, что память яростная мучит,
Пытка сильных - огненный недуг! -
И в ночи бездонной сердце учит
Спрашивать: о, где ушедший друг?
А когда, сквозь волны фимиама,
Хор гремит, ликуя и грозя,
Смотрят в душу строго и упрямо
Те же неизбежные глаза.

1909


* * *

Мы не умеем прощаться,-
Всё бродим плечо к плечу.
Уже начинает смеркаться,
Ты задумчив, а я молчу.

В церковь войдем, увидим
Отпеванье, крестины, брак,
Не взглянув друг на друга, выйдем...
Отчего всё у нас не так?

Или сядем на снег примятый
На кладбище, легко вздохнем,
И ты палкой чертишь палаты,
Где мы будем всегда вдвоем.

Март 1917, Петербург


* * *

Пo твердому гребню сугроба
В твой белый, таинственний дом
Такие притихшие оба
В молчание нежном идем.
И слаще всех песен пропетых
Мне этот исполненный сон,
Качание веток задетых
И шпор твоих легонький звон.

Март 1917

ОН ЛЮБИЛ...

Он любил три вещи на свете:
За вечерней пенье, белых павлинов
И стертые карты Америки.
Не любил, когда плачут дети,
Не любил чая с малиной
И женской истерики
...А я была его женой.

9 ноября 1910, Киев

* * *

Не будем пить из одного стакана
Ни воду мы, ни сладкое вино,
Не поцелуемся мы утром рано,
А ввечеру не поглядим в окно.
Ты дышишь солнцем, я дышу луною,
Но живы мы любовию одною.

Со мной всегда мой верный, нежный друг,
С тобой твоя веселая подруга.
Но мне понятен серых глаз испуг,
И ты виновник моего недуга.
Коротких мы не учащаем встреч.
Так наш покой нам суждено беречь.

Лишь голос твой поет в моих стихах,
В твоих стихах мое дыханье веет.
О, есть костер, которого не смеет
Коснуться ни забвение, ни страх.
И если б знал ты, как сейчас мне любы
Твои сухие, розовые губы!

Осень 1913

* * *

А ты думал - я тоже такая,
Что можно забыть меня,
И что брошусь, моля и рыдая,
Под копыта гнедого коня.

Или стану просить у знахарок
В наговорной воде корешок
И пришлю тебе странный подарок -
Мой заветный душистый платок.

Будь же проклят. Ни стоном, ни взглядом
Окаянной души не коснусь,
Но клянусь тебе ангельским садом,
Чудотворной иконой клянусь,
И ночей наших пламенным чадом -
Я к тебе никогда не вернусь.

Июль 1921, Царское Село

* * *

Настоящую нежность не спутаешь
Ни с чем, и она тиха.
Ты напрасно бережно кутаешь
Мне плечи и грудь в меха.
И напрасно слова покорные
Говоришь о первой любви,
Как я знаю эти упорные
Несытые взгляды твои!

1913


* * *

Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Очертанья столицы во мгле.
Сочинил же какой-то бездельник,
Что бывает любовь на земле.

И от лености или со скуки
Все поверили, так и живут:
Ждут свиданий, боятся разлуки
И любовные песни поют.

Но иным открывается тайна,
И почиет на них тишина...
Я на это наткнулась случайно
И с тех пор все как будто больна.

Январь 1917, Петербург


ПЕСНЯ ПОСЛЕДНЕЙ ВСТРЕЧИ

Так беспомощно грудь холодела,
Но шаги мои были легки.
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки.

Показалось, что много ступеней,
А я знала - их только три!
Между кленов шепот осенний
Попросил: "Со мною умри!

Я обманут моей унылой
Переменчивой, злой судьбой".
Я ответила: "Милый, милый -
И я тоже. Умру с тобой!"

Это песня последней встречи.
Я взглянула на темный дом.
Только в спальне горели свечи
Равнодушно-желтым огнем.

1911



[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Ахматова умерла 5 марта 1966. Кончина Ахматовой в Москве, отпевание ее в Петербурге и похороны в поселке Комарово вызвали многочисленные отклики в России и за рубежом. «Не только умолк неповторимый голос, до последних дней вносивший в мир тайную силу гармонии, – откликнулся на смерть Ахматовой Н.Струве, – с ним завершила свой круг неповторимая русская культура, просуществовавшая от первых песен Пушкина до последних песен Ахматовой».

И комната, в которой я болею,
В последний раз болею на земле,
Как будто упирается в аллею
Высоких белоствольных тополей.
А этот первый - этот самый главный,
В величии своем самодержавный,
Но как заплещет, возликует он,
Когда, минуя тусклое оконце,
Моя душа взлетит, чтоб встретить солнце,
И смертный уничтожит сон.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #5  
Старый 22.08.2009, 09:35
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию

Марина Цветаева







Быть, как стебель, и быть, как сталь,
В жизни, где мы так мало можем…
— Шоколадом лечить печаль
И смеяться в лицо прохожим!








Марина Цветаева родилась 26 сентября (8 октября) 1892 году в Москве. Её отец, Иван Владимирович, — профессор Московского университета, известный филолог и искусствовед; стал в дальнейшем директором Румянцевского музея и основателем Музея изящных искусств. Мать, Мария Мейн (по происхождению — из обрусевшей польско-немецкой семьи), была пианисткой, ученицей Антона Рубинштейна.
Марина начала писать стихи — не только на русском, но и на французском и немецком языках — ещё в шестилетнем возрасте. Огромное влияние на Марину, на формирование её характера оказывала мать. Она мечтала видеть дочь музыкантом. После смерти матери от чахотки в 1906 году Марина с сестрой Анастасией остались на попечении отца.
Детские годы Цветаевой прошли в Москве и в Тарусе. Из-за болезни матери подолгу жила в Италии, Швейцарии и Германии. Начальное образование получила в Москве; продолжила его в пансионах Лозанны (Швейцария) и Фрайбурга (Германия). В шестнадцать лет предприняла поездку в Париж, чтобы прослушать в Сорбонне краткий курс лекций о старофранцузской литературе.
В 1910 году Марина опубликовала на свои собственные деньги первый сборник стихов — «Вечерний альбом». (Сборник посвящён памяти Марии Башкирцевой, что подчёркивает его «дневниковую» направленность.) Её творчество привлекло к себе внимание знаменитых поэтов — Валерия Брюсова, Максимилиана Волошина и Николая Гумилёва. В этот же год Цветаева написала свою первую критическую статью «Волшебство в стихах Брюсова». За «Вечерним альбомом» двумя годами позже последовал второй сборник — «Волшебный фонарь».
Начало творческой деятельности Цветаевой связано с кругом московских символистов. После знакомства с Брюсовым и поэтом Эллисом (настоящее имя Лев Кобылинский) Цветаева участвует в деятельности кружков и студий при издательстве «Мусагет». На раннее творчество Цветаевой значительное влияние оказали Николай Некрасов, Валерий Брюсов и Максимилиан Волошин (поэтесса гостила в доме Волошина в Коктебеле в 1911, 1913, 1915 и 1917 годах). В 1911 году Цветаева познакомилась со своим будущим мужем Сергеем Эфроном; в январе 1912 — вышла за него замуж. В этом же году у Марины и Сергея родилась дочь Ариадна (Аля).
В 1913 году выходит третий сборник — «Из двух книг». В 1914 г. Марина познакомилась с поэтессой и переводчицей Софией Парнок; их отношения продолжались до 1916 года. Цветаева посвятила Парнок цикл стихов «Подруга». Цветаева и Парнок расстались в 1916 году; Марина вернулась к мужу Сергею Эфрону. Отношения с Парнок Цветаева охарактеризовала как «первую катастрофу в своей жизни». В 1921 году Цветаева, подытоживая, пишет:

Любить только женщин (женщине) или только мужчин (мужчине), заведомо исключая обычное обратное — какая жуть! А только женщин (мужчине) или только мужчин (женщине), заведомо исключая необычное родное — какая скука!


В 1917 году Цветаева родила дочь Ирину, которая умерла в приюте в возрасте 3-х лет.
Годы Гражданской войны оказались для Цветаевой очень тяжелыми. Сергей Эфрон служил в рядах Белой армии. Марина жила в Москве, в Борисоглебском переулке. В эти годы появился цикл стихов «Лебединый стан», проникнутый сочувствием к белому движению.В 1918—1919 годах Цветаева пишет романтические пьесы; созданы поэмы «Егорушка», «Царь-девица», «На красном коне».В апреле 1920 года Цветаева познакомилась с князем Сергеем Волконским.
В мае 1922 года Цветаевой с дочерью Ариадной разрешили уехать за границу — к мужу, который, пережив разгром Деникина, будучи белым офицером, теперь стал студентом Пражского университета. Сначала Цветаева с дочерью недолго жила в Берлине, затем три года в предместьях Праги. В Чехии написаны знаменитые «Поэма горы» и «Поэма конца». В 1925 году после рождения сына Георгия семья перебралась в Париж. В Париже на Цветаеву сильно воздействовала атмосфера, сложившаяся вокруг неё из-за деятельности мужа. Эфрона обвиняли в том, что он был завербован НКВД и участвовал в заговоре против Льва Седова, сына Троцкого. В мае 1926 года с подачи Бориса Пастернака Цветаева начала переписываться с австрийским поэтом Райнером Марией Рильке, жившим тогда в Швейцарии. Эта переписка обрывается в конце того же года со смертью Рильке. В течение всего времени, проведённого в эмиграции, не прекращалась переписка Цветаевой с Борисом Пастернаком.
Большинство из созданного Цветаевой в эмиграции осталось неопубликованным. В 1928 в Париже выходит последний прижизненный сборник поэтессы — «После России», включивший в себя стихотворения 1922—1925 годов. Позднее Цветаева пишет об этом так: «Моя неудача в эмиграции — в том, что я не эмигрант, что я по духу, то есть по воздуху и по размаху — там, туда, оттуда…»
В 1930 году написан поэтический цикл «Маяковскому» (на смерть Владимира Маяковского). Самоубийство Маяковского буквально шокировало Цветаеву.
С 1930-х гг. Цветаева с семьёй жила практически в нищете. Никто не может вообразить бедности, в которой мы живём. Мой единственный доход — от того, что я пишу. Мой муж болен и не может работать. Моя дочь зарабатывает гроши, вышивая шляпки. У меня есть сын, ему восемь лет. Мы вчетвером живем на эти деньги. Другими словами, мы медленно умираем от голода. (Из воспоминаний Марины Цветаевой) 15 марта 1937 г. выехала в Москву Ариадна, первой из семьи получив возможность вернуться на родину. [2] 10 октября того же года из Франции бежал Эфрон, оказавшись замешанным в заказном политическом убийстве[3] .
В 1939 году Цветаева вернулась в СССР вслед за мужем и дочерью. По приезде жила на даче НКВД в Болшево (ныне Музей-квартира М. И. Цветаевой в Болшево), соседями были чета Клепининых. 27 августа была арестована дочь Ариадна, 10 октября — Эфрон. В октябре 1941 года Сергей Яковлевич был расстрелян; Ариадна после пятнадцати лет репрессий реабилитирована в 1955 году. В этот период Цветаева практически не писала стихов, занимаясь переводами. Война застала Цветаеву за переводами Федерико Гарсиа Лорки. Работа была прервана. Восьмого августа Цветаева с сыном уехала на пароходе в эвакуацию; восемнадцатого прибыла вместе с несколькими писателями в городок Елабугу на Каме. В Чистополе, где в основном находились эвакуированные литераторы, Цветаева получила согласие на прописку и оставила заявление: «В совет Литфонда. Прошу принять меня на работу в качестве посудомойки в открывающуюся столовую Литфонда. 26 августа 1941 года». 28 августа она вернулась в Елабугу с намерением перебраться в Чистополь.

31 августа 1941 года покончила жизнь самоубийством (повесилась), оставив три записки: тем, кто будет её хоронить, Асеевым и сыну:

Мурлыга! Прости меня, но дальше было бы хуже. Я тяжело больна, это уже не я. Люблю тебя безумно. Пойми, что я больше не могла жить. Передай папе и Але — если увидишь — что любила их до последней минуты и объясни, что попала в тупик.
Марина Цветаева похоронена на Петропавловском кладбище в г. Елабуге. Точное расположение ее могилы неизвестно. На той стороне кладбища, где находится ее затерявшаяся могила, в 1960 году сестра поэтессы, Анастасия Цветаева, установила крест, а в 1970 году было сооружено гранитное надгробие.



[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]



Стихотворения


* * *

Август - астры,
Август - звезды,
Август - грозди
Винограда и рябины
Ржавой - август!

Полновесным, благосклонным
Яблоком своим имперским,
Как дитя, играешь, август.
Как ладонью, гладишь сердце
Именем своим имперским:
Август!- Сердце!

Месяц поздних поцелуев,
Поздних роз и молний поздних!
Ливней звездных -
Август!- Месяц
Ливней звездных!

* * *

Знаю, умру на заре! На которой из двух,
Вместе с которой из двух - не решить по заказу!
Ах, если б можно, чтоб дважды мой факел потух!
Чтоб на вечерней заре и на утренней сразу!

Пляшущим шагом прошла по земле!- Неба дочь!
С полным передником роз!- Ни ростка не наруша!
Знаю, умру на заре!- Ястребиную ночь
Бог не пошлет по мою лебединую душу!

Нежной рукой отведя нецелованный крест,
В щедрое небо рванусь за последним приветом.
Прорезь зари - и ответной улыбки прорез...
- Я и в предсмертной икоте останусь поэтом!

* * *

Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной -
Распущенной - и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами.

Мне нравится еще, что вы при мне
Спокойно обнимаете другую,
Не прочите мне в адовом огне
Гореть за то, что я не вас целую.
Что имя нежное мое, мой нежный, не
Упоминаете ни днем, ни ночью - всуе...
Что никогда в церковной тишине
Не пропоют над нами: аллилуйя!

Спасибо вам и сердцем и рукой
За то, что вы меня - не зная сами! -
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,
За наши не-гулянья под луной,
За солнце, не у нас над головами,-
За то, что вы больны - увы! - не мной,
За то, что я больна - увы! - не вами!

* * *

Умирая, не скажу: была.
И не жаль, и не ищу виновных.
Есть на свете поважней дела
Страстных бурь и подвигов любовных.

Ты - крылом стучавший в эту грудь,
Молодой виновник вдохновенья -
Я тебе повелеваю: - будь!
Я - не выйду из повиновенья.

* * *

Дней сползающие слизни,
...Строк поденная швея...
Что до собственной мне жизни?
Не моя, раз не твоя.

И до бед мне мало дела
Собственных... - Еда? Спанье?
Что до смертного мне тела?
Не мое, раз не твое.

* * *

О. Э. Мандельштаму

Откуда такая нежность?
Не первые — эти кудри
Разглаживаю, и губы
Знавала темней твоих.

Всходили и гасли звезды,
Откуда такая нежность?—
Всходили и гасли очи
У самых моих очей.

Еще не такие гимны
Я слушала ночью темной,
Венчаемая — о нежность!—
На самой груди певца.

Откуда такая нежность,
И что с нею делать, отрок
Лукавый, певец захожий,
С ресницами — нет длинней?

ПРОХОЖИЙ

Идешь, на меня похожий,
Глаза устремляя вниз.
Я их опускала — тоже!
Прохожий, остановись!

Прочти — слепоты куриной
И маков набрав букет,
Что звали меня Мариной,
И сколько мне было лет.

Не думай, что здесь — могила,
Что я появлюсь, грозя...
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!

И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились...
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!

Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед,—
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.

Но только не стой угрюмо,
Главу опустив на грудь,
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.

Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли...
— И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.

* * *

Как правая и левая рука -
Твоя душа моей душе близка.

Мы смежны, блаженно и тепло,
Как правое и левое крыло.

Но вихрь встаёт - и бездна пролегла
От правого - до левого крыла!

* * *

Моим стихам, написанным так рано,
Что и не знала я, что я - поэт,
Сорвавшимся, как брызги из фонтана,
Как искры из ракет,

Ворвавшимся, как маленькие черти,
В святилище, где сон и фимиам,
Моим стихам о юности и смерти,
- Нечитанным стихам! -

Разбросанным в пыли по магазинам
(Где их никто не брал и не берет!),
Моим стихам, как драгоценным винам,
Настанет свой черед.

* * *

Когда-нибудь, прелестное созданье,
Я стану для тебя воспоминаньем,

Там, в памяти твоей голубоокой,
Затерянным - так далеко-далеко.

Забудешь ты мой профиль горбоносый,
И лоб в апофеозе папиросы,

И вечный смех мой, коим всех морочу,
И сотню - на руке моей рабочей -

Серебряных перстней, чердак-каюту,
Моих бумаг божественную смуту...

Как в страшный год, возвышены бедою,
Ты - маленькой была, я - молодою.

* * *
На бренность бедную мою
Взираешь, слов не расточая.
Ты — каменный, а я пою,
Ты — памятник, а я летаю.

Я знаю, что нежнейший май
Пред оком Вечности — ничтожен.
Но птица я — и не пеняй,
Что легкий мне закон положен.

* * *
Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес,
Оттого что лес - моя колыбель, и могила - лес,
Оттого что я на земле стою - лишь одной ногой,
Оттого что я о тебе спою - как никто другой.

Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей,
У всех золотых знамен, у всех мечей,
Я ключи закину и псов прогоню с крыльца -
Оттого что в земной ночи я вернее пса.

Я тебя отвоюю у всех других - у той, одной,
Ты не будешь ничей жених, я - ничьей женой,
И в последнем споре возьму тебя - замолчи!-
У того, с которым Иаков стоял в ночи.

Но пока тебе не скрещу на груди персты -
О проклятие!- у тебя остаешься - ты:
Два крыла твои, нацеленные в эфир,-
Оттого, что мир - твоя колыбель, и могила - мир!

* * *
Я с вызовом ношу его кольцо!
-Да, в вечноти - жена, не на бумаге! -
Чрезмерно узкое его лицо
Подобно шпаге.

Безмолвен рот его, углами вниз,
Мучительно-великолепны брови.
В его лице трагически слились
Две древних крови.

Он тонок первой тонкостью ветвей.
Его глаза - прекрасно-бесполезны! -
Под крыльями раскинутых бровей -
Две бездны.

В его лице я рыцарству верна,
-Всем вам, кто жил и умирал без страху! -
Такие - в роковые времена -
Слагают стансы - и идут на плаху.

* * *
Я Вас люблю всю жизнь и каждый день.
Вы надо мною как большая тень,
как древний дым полярных деревень.

Я Вас люблю всю жизнь и каждый час.
Но мне не надо Ваших губ и глаз.
Все началось и кончилось - без Вас.

Я что-то помню: звонкая луга,
огромный ворот, чистые снега,
унизанные звездами рога....

И от рогов - в полнебосвода - тень....
И древний дым полярных деревень....
- Я поняла: Вы северный олень.

* * *
Умирая, не скажу: была.
И не жаль, и не ищу виновных.
Есть на свете поважней дела
Страстных бурь и подвигов любовных.

Ты - крылом стучавший в эту грудь,
Молодой виновник вдохновенья -
Я тебе повелеваю: - будь!
Я - не выйду из повиновенья.

* * *
Кто создан из камня, кто создан из глины,-
А я серебрюсь и сверкаю!
Мне дело - измена, мне имя - Марина,
Я - бренная пена морская.

Кто создан из глины, кто создан из плоти -
Тем гроб и нагробные плиты...
- В купели морской крещена - и в полете
Своем - непрестанно разбита!

Сквозь каждое сердце, сквозь каждые сети
Пробьется мое своеволье.
Меня - видишь кудри беспутные эти?-
Земною не сделаешь солью.

Дробясь о гранитные ваши колена,
Я с каждой волной - воскресаю!
Да здравствует пена - веселая пена -
Высокая пена морская!




Судя по стихам Цветаевой, она обладала редким тембральным слухом. Прием озвучивания своего стиха тем или иным звучанием инструмента для поэта, кажется, столь же типичен, как и прием намеренного “сталкивания” сходно звучащих слов. Поэту порой бывает достаточно только лишь упомянуть какой-либо инструмент, как его звучание буквально начинает преследовать нас в момент чтения, настолько полным является соответствие самого звучания выбранного поэтом тембра поэтическому образу:

Как я люблю огонек папиросы
В бархатной чаще аллей,
Комедиантов и звон тамбурина,
Золото и серебро,
Неповторимое имя: Марина,
Байрона и болеро ...



[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #6  
Старый 22.08.2009, 10:03
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию


Известные картины и связанные с ними загадочные события






Картина Клода Моне «Водяные лилии» — один из шедевров мировой культуры. Интересно, думал ли сам художник, когда рисовал картину, что спустя десятилетия о ней будет идти столь дурная слава? А дело все в том, что за картиной тянется целый шлейф пожаров. Причем первый произошел у самого Моне дома, буквально сразу после окончания работы над картиной. Пожар в мастерской, где находились и «Водяные лилии», удалось быстро потушить, сама картина не пострадала.
В скором времени хозяевами картины стали владельцы увеселительного заведения на Монмартре, и месяц спустя владельцы паковали чемоданы, выезжая из сгоревшего здания кабаре. Кстати, в чемодане была и сама картина – одна из нескольких вещей, которые удалось вынести из охваченного пламенем здания. После этого картину приобрел Оскар Шмитц, меценат, живший в Париже. Ему повезло больше, чем прошлым хозяевам – его дом стоял нетронутым целый год… Через год от дома остался лишь пепел, причем пожар, по свидетельствам очевидцев, начался именно в той комнате, где висела картина Моне. Кстати, полотно опять оказалось среди той толики вещей, которую удалось спасти. И вновь картина перекочевала к новому хозяину. На этот раз не к единоличному владельцу, а в музей — Нью-Йоркский музей современных искусств. И его не обошел пожар – он случился через 4 месяца, на этот раз полотно довольно серьезно пострадало.





Еще одним полотном, которое постоянно сопровождают неприятности, является «Венера с зеркалом» Диего Веласкеса.
Первый владелец картины – испанский купец – разорился, его торговля ухудшалась с каждым днем, пока большая часть его товаров не была захвачена пиратами в море, а еще несколько кораблей потонули. Продавая с молотка все, что у него было, купец сбыл и картину. Ее приобрел другой испанец, тоже торговец, владевший богатыми складами в порту. Едва были переданы деньги за полотно, как склады торговца загорелись от внезапно ударившей молнии. Хозяин был разорен. И опять аукцион, и опять картина продается в числе остальных вещей, и опять ее покупает состоятельный испанец… Через три дня его зарезали в собственном доме при ограблении. Картина после этого долго не могла найти своего нового хозяина, слишком уж подпорченная у нее была репутация, и полотно колесило по разным музеям, пока в одном из них на картину не кинулась душевнобольная туристка с ножом и не испортила ее.


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Несчастья, которые связываются с различными полотнами, бывают совершенно разными. Например, многие владельцы «Поклонения волхвов» Питера Брейгеля-старшего избавлялись от картины, считая, что именно с ней связано бесплодие в семье.
Интересно, что кузина художника, с которой он и рисовал это полотно, также страдала бесплодием, которое будто передавалось через картину в те семьи, где она хранилась. Дети не появлялись даже там, где до этого женщины рожали без проблем.





Известна, конечно же, и слава знаменитой «Джоконды» Леонардо да Винчи: картина якобы непонятным образом воздействует на тех, кто долго смотрит на нее.
Отмечал это еще писатель 19 века Стендаль, который после долгого любования полотном упал в обморок. Смотрители Лувра отмечают: подобные обмороки – не редкость, они приключаются с посетителями довольно часто, причем именно перед портретом Моны Лизы. Да и сам да Винчи, по воспоминаниям близких, был словно одержим картиной, постоянно пытаясь поправить детали, перерисовать и т.д. А во время работы у него часто случался упадок сил, наступала подавленность.

Одна из картин, вызывающих страх, хранится в Эрмитаже. Это древняя икона, на которой изображен Христос. Раньше она была выставлена на всеобщее обозрение, но затем была изъята из экспозиции, так как работники музея были уверены: череда трагических смертей сотрудников, работавших в зале, где висела икона, связана именно с ней. Один из специалистов, обследовавших картину, выдвинул предположение, что от полотна исходят энергетические волны, причем на столь большой частоте, что воздействие на человека носит сильный отрицательный характер. Кто-то высказывал мнение, что икона принадлежит кисти человека, обладавшего сильными экстрасенсорными способностями, поэтому и энергетика направлена именно на людей подобной силы, а простому человеку находиться рядом с картиной очень опасно.


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Загадочные события происходили и с теми, кто ненароком «обижал» знаменитую картину Эдварда Мунка «Крик».
Стоимость этого полотна достигает 70 миллионов долларов. И, возможно, коллекционеры были бы безмерно счастливы иметь у себя эту картину в частной коллекции:, если бы не одно но: поговаривают, что картина будто мстит всем своим обидчикам.
К примеру, сотрудник музея, случайно уронивший холст, затем долго страдал от невыносимых головных болей, которые в итоге привели его к самоубийству. Другой сотрудник музея, также уронивший картину, спустя несколько дней попал в реанимацию после страшной автомобильной аварии: сломано у него было практически все – руки, ноги, ребра, тазовые кости… Один из посетителей музея, трогавший картину, в скором времени заживо сгорел дома во время пожара. Возможно, многое из того, что рассказывают про эту картину, — вымысел, но существуют десятки историй о том, что люди, каким-либо образом входившие в контакт с картиной, затем сильно болели, впадали в тяжелую депрессию и даже умирали. Многие связывают такое воздействие полотна с жизнью самого художника. Мунк пережил смерть почти всех близких: мать умерла от туберкулеза – Мунку было 5 лет; любимая сестра внезапно умерла, когда ему было 14; вскоре умер брат, а еще одна сестра заболела шизофренией. Сам художник переживал и депрессии, и сильнейшие нервные срывы.

Много загадочных историй связано и с портретами людей. Внезапная смерть или серьезная болезнь запечатленных на полотнах людей для некоторых даже не была такой уж неожиданностью.





Например, родственники мальчика Васи были категорически против того, чтобы художник, так уговаривавший их, нарисовал Васю на одной из своих картин. Они были твердо уверены – это к большому несчастью. Мальчик все же позировал, а итог таков: картина Перова «Тройка», где Вася идет посередине, стала очень известной, а мальчик внезапно умер спустя совсем короткое время.

Подобных историй довольно много.





К примеру, В.Боровиковский написал портрет Марии Лопухиной, а она безвременно скончалась от чахотки.
С тех пор иногда поговаривают, что не одна молодая дворянка умела без какой-либо причины, лишь взглянув на портрет. Сейчас картина выставлена в Третьяковской галерее, и слухи вроде бы прекратились.

Внезапная гибель постигала натурщиц таких известных художников, как Модильяни, Рубенс, Рембрандт…





Самые известные полотна первого неизменно запечатляют его музу – Жанну Эбютьен, которая вскоре разбилась, выбросившись из окна.





Умерла и Саския, жена Рембрандта, которую можно увидеть, например, на картине «Флора», и четверо его детей, которых он обожал рисовать, причем трое из них – еще в младенческом возрасте.

Среди русских художников несчастья преследовали Серова, Репина, Сомова и других. Их натурщики умирали в скором времени после того, как заканчивалась работа над картинами с их изображениями.





Известная «Девочка с персиками» Серова,





«Дама в голубом» Сомова: девушки, изображенные на портретах, умирали быстро и совершенно неожиданно.

Смерть настигала и тех, кого рисовал Илья Репин. В частности, на следующий день после окончания работы над портретами умерли сразу три известных личности:





композитор Мусоргский,





Столыпин





и хирург Пирогов.
А еще восемь моделей художника умерли хоть и не на следующий день, но в течение очень короткого времени.

Проклятая картина

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Эту картину нарисовал Билл Стоунхэм. Скандал начался после одной из выставок.
Психически неуравновешенным людям, просматривающим данную картину становилось плохо, они теряли сознание, начинали плакать и т.д. Началось всё в 1972, когда картина была нарисована Биллом Стоунхэмом по старой фотографии, где он был сфотографирован в пятилетнем возрасте и найденной в Чикагском доме где он жил в то время.
Впервые картина была показана владельцу и искусствоведу Лос-Анжелес Таймс, которой после этого скончался. Может быть это было совпадением, а может и нет. Затем картина была приобретена актером Джоном Марли (умер в 1984 году). Далее начинается самое интересное. Картину обнаружили на свалке среди груды мусора. Семья нашедшая ее принесла домой и уже в первую ночь маленькая четырехлетняя дочка прибежала в спальню родителей с криками, что дети на картине дерутся. На следующую ночь, что дети на картине были за дверью. В следующую ночь глава семейства поставил видеокамеру на включение по движению в комнате где висела картина. Видеокамера сработала несколько раз.
Картина была выставлена на интернет-аукцион eBay. Вскоре на почтовые адреса администраторов eBay стали приходить тревожные письма с жалобами на ухудшение самочувствия, потерю сознания и даже сердечные приступы. На eBay стояло предупреждение, но народ как известно любопытный и многие пренебрегли предупреждением. Текст сообщения приведён на одном из изображений
Картина была продана за 1025 USD, начальная цена составляла 199 USD. Страницу с картиной посетили свыше 30000 раз, но в основном просто ради интереса. Ее купил Ким Смит, проживавший в маленьком городке недалеко от Чикаго. Он как раз подыскивал, что-нибудь для своей только-что отремонтированной художественной галереи на просторах инета. Когда он наткнулся на "Hands Resist Him" то сначала подумал, что ее нарисовали в сороковых годах и она прекрасно подойдет для него в качестве экспоната.
Это было бы концом истории, но письма стали приходить теперь на адрес Смита. Многие из них были как и раньше с рассказами о плохом самочувствие после просмотра картины, но были и те кто писали о зле исходившем от нее. Другие требовали просто сжечь ее. Ему предложили услуги даже Эд и Лоррэйн Уоррены, известные как изгоняющие демонов в Амитвильском доме в 1979 году. Некоторые даже вспоминали известное убийство Сатилло в лесных холмах штата Калиформия. Призраки двух детей, как говорят, часто посещают дом на холмах. Экстрасенсы утверждали: "Мы видели мальчика. Он носил легкую футболку и шорты. Его сестра была всегда в тени. Он, казалось, защищал ее. Их звали Томом и Лаурой и они как две капли похожи на детей изображенных на картине.

Плачущий мальчик



Из всех загадочных совпадений лишь немногие кажутся столь же жуткими или столь тревожащими любой рациональный ум, как те, что окружали пожары "Плачущего Мальчика", не сходившие с первых страниц газет по всей Великобритании летом и осенью 1985 года.

Кратко история заключалась в следующем: после серии ни с чем другим не связанных возгораний было открыто, что одна и та же картина — дешевая репродукция, изображающая плачущего мальчика, — присутствовала в каждой из комнат, где начинался пожар. Эта деталь могла быть отвергнута, как нелепое совпадение, если бы не выяснилось также, что во всех случаях без исключения эта картина избежала повреждений, в то время как все вокруг нее сгорело.

Необычное явление стало достоянием общественности в начале лета, когда один йоркширский пожарник, Питер Холл, в интервью крупной газете сообщил, что пожарные бригады по всей Северной Англии находят бесчисленное множество экземпляров этой самой картины, остававшихся не тронутыми огнем, что начался по непонятной причине.

Холл решил проговориться лишь после того, как его собственный брат. Рои, отказывавшийся верить в эту историю, намеренно купил копию "Плачущего Мальчика", чтобы опровергнуть ее проклятость, и вскоре после этого его дом в Сваллонесте, на юге Йоркшира, по неясным причинам сгорел дотла. Увидев, что картина лежит в полной сохранности, посреди обугленных руин. Рои Холл поспешно придавил ее ботинком.

Вслед за публикацией этого интервью один британский ежедневник получил целый поток писем и звонков от владельцев "Мальчика", пострадавших таким же образом. Дора Бранд из Митчема, в графстве Суррей, видела, как ее дом превратился в пепелище через шесть недель после того, как она купила картину, и хотя у нее было еще более сотни других, именно эта одна уцелела.
Сандра Краске из Килбурна сообщила, что она, ее сестра, мать и их друг — все погорели после того, как каждый заимел соответствующую копию. Другие сведения приходили из Лидса, графство Ноттингем, из Охфордшира и с острова Уайт. Двадцать первого октября Парилло-Пицца-Пэлес, в Грейт-Яртмуте, графство Норфолк, был сожжен до угольков, хотя "Мальчик" остался в превосходном состоянии. Через три дня Годберы из Херринторпа, что в Южном Йоркшире, тоже потеряли свой дом; при пожаре репродукция, висевшая у них в гостиной, осталась неповрежденной, хотя все прочие картины сгорели дотла.

Наследующий день в Хесуопле, графство Мерсисайд, пара картин, висевших в гостиной и столовой дома, принадлежащего семье Амос, выжили при том, что все здание разорвало на части от взрыва газа. Не прошлой суток, как появилось новое сообщение о пожаре "Плачущего Мальчика", на этот раз из дома бывшего пожарного Фреда Трауэра из Телфорда, Шропшир. Одна газета предложила всем владельцам картины устроить ее массовое сожжение.

Хотя большинство в Британии считало, что вся история — затянувшаяся шутка, другие были менее в этом уверены. К ноябрю некоторые бывшие владельцы "Мальчика" нажили нервные болезни, оттого что им все время казалось, что "дух" уничтоженной ими картины теперь намеревается мстить.

Одна женщина из Лидса была уверена, что именно картина виновна в гибели ее мужа и трех сыновей, а другая, миссис Вудворд из Форест-Хилла в Лондоне, чувствовала, что с "Мальчиком" связаны внезапные смерти ее сына, дочери, мужа и матери, произошедшие в результате не связанных друг с другом, но относящихся к пожарам несчастных случаев. Когда к нескольким пожарным бригадам обратились с просьбой прокомментировать растущую истерию по поводу картины, те отказались обсуждать это дело иди участвовать в различных массовых сожжениях, происходивших по всей стране. Тем не менее трагедии продолжали случаться.

Двенадцатого ноября Малькольм Воган из Глостершира помог своему соседу сжечь очередного "Плачущего Мальчика". Он вернулся домой и обнаружил, что вся гостиная уже в огне, вспыхнувшем непонятно как.

Через несколько недель таинственное пламя прошлось по дому в Вестон-над-Марой, графство Эвон, убив его обитателя, шестидесятисемилетнего Уильяма Армитиджа, и дело попало в заголовки газет оттого, что картину нашли совершенно целой рядом с обугленным телом старика. Один из пожарных, пытавшихся потушить огонь, впоследствии сказал: "Я никогда раньше не верил в проклятия. Но когда вы видите целехонькую картину в напрочь сгоревшей комнате, и она — единственное, что не пострадало, то вы понимаете, что это перешло все границы".
Еще с древних времен и даже по сей день в некоторых религиозных учениях запрещается рисовать портреты людей. Считается, что связь между человеком и его изображением настолько сильна, что любое повреждение картины может принести здоровью и жизни человека непоправимый вред. В любом случае, опровергать, что картины несут в себе определенную энергетику, бессмысленно. Другой вопрос – могут ли картины действительно влиять на жизнь человека, разоряя его, приводя к сильной болезни или даже гибели? И что это: внушение, сверхъестественная сила или просто стечение обстоятельств?


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #7  
Старый 25.08.2009, 09:08
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию

Сказка Клода Моне


Понедельник, 24 Августа 2009 г. 10:48 ([Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации])


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
Живерни - деревушка, расположенная в 80 км. от Парижа. Но это не просто очаровательная французская деревушка. Сюда совершают паломничество сотни тысяч туристов со всего мира, сотни тысяч людей, которые неравнодушны к прекрасному. В Живерни жил и работал импрессионист Клод Моне. И несмотря на то, что информация о нем и его работах очень широко представлены в интернете, я все-таки не устояла и решила сделать эту подборку о его замечательном саде, который был его музой,работой и вдохновил его на все известные нам произведения ...


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
И приезжают туда отнюдь не затем, чтобы полюбоваться на самую обширную коллекцию его картин, как можно было бы подумать. Любители прекрасного едут туда, чтобы увидеть главного натурщика Моне, увидеть его картины вживую - увидеть его сад.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Клод Моне как никто другой придавал значение свету, его оттенкам и игре теней, и как никто другой боготворил природу. Он купил простой крестьянский домик в Живерни в 1883 г. Там должна была жить его многочисленная семья - жена Алиса, ее дети от первого брака и их общие дети.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Эдуард Мане "Семья Моне в саду"

Это было непривычно - городской житель в деревне. Но постепенно все привыкли. Крестьяне стали уважать его за то, что оне не гнушался ежедневной работы, а Моне и не нужно было привыкать, он попал в обьятия своей музы.

Клод Моне "Кувшинки. Зеленое отражение, левая сторона"

Поначалу дом и окружающая его земля занимали не больше 1 га. Но через 10 лет, когда финансовые дела Моне пошли хорошо, он докупил еще участок, который от старого отделяла железная дорога.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Железная дорога через некоторое время перестала существовать, но ее место заняла автомобильная магистраль. Так что сад Моне так и остался разделенным на 2 части.

То, что раньше было просто огородиком возле дома, превратилось, благодаря Моне в настоящий праздиник цвета, света и красоты. Он засадил все разнообразными видами цветов и растений. Вряд-ли найдется много садов, которые смогут спорить с садом Клода Моне по количеству видов растений.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Клод Моне "Главная дорожка через сад в Живерни - Клод Моне"
Однажды ему прислали огромный каталог цветочных семян - чтобы он выбрал и заказал нужные. Он быстро пролистал каталог и заказал ВСЕ СЕМЕНА. Розы, лилии, глицинии. тюльпаны, ромашки, посолнухи. гладиолусы, астры - сад Моне - это буйство красок практически круглый год.

Клод Моне "Белые кувшинки"
Но особенное внимание и трепет у посетителей вызывает вторая часть сада, за автомобильной магистралью. Это, так называемый, водный сад. Попасть туда можно через тоннель. Там Моне создал сказку - такую, как он видел. Создал свой мир.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Клод Моне "Кувшинки"
Он осушил болотистую местность, сформировал пруды и каналы, умело направив в них воду реки Эпт.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Клод Моне " Клумба с ирисами в саду "
Берега пруда украсили разнообразные растения - малина, остролист, японская сакура, анемоны, пионы многие другие. Главной достопримечательностью сада является Японский мостик, который просто не смогут не узнать любитель творчества художника. И главное Моне заказал из Японии семена нимфей (кувшинок) и украсил ими водную гладь пруда...

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Клод Моне "Водяные лилии и японский мостик"
Да, в Живерни можно увидеть знаменитые кувшинки. Не в музее на полотне, а на глади пруда. И можно в какой-то момент растеряться и почувствовать себя внутри картины художника. Сад для Моне стал его музой и его основным занятием. Про кувшинки Клод Моне писал так : "Я сажал их ради удовольствия, даже не помышляя,
что буду их писать. И вдруг неожиданно ко мне пришло откровение моего сказочного,
чудесного пруда. Я взял палитру, и с того самого времени у меня уже почти не было никогда другой модели".

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
Да и любой согласится - создавать такую красоту своими руками - великое счастья, а иметь возможность передать ее на полотне - великий дар. Естественно, что любимый сад стал неиссякаемым источником сюжетов для его полотен, а начиная с 1908 года — едва ли не единственным. Художник уже никуда не выезжал, и мог пристально вглядываться в изобразительные мотивы своего сада.

Излюбленная манера Моне работать сериями позволяла ему не оставить без внимания малейшие нюансы цвета, света – благо каждому оттенку состояния натуры можно было посвятить отдельный холст. Японский мостик? - 18 вариантов. Водоем с белыми кувшинками? - 13 картин. Водяные лилии? - 48 полотен. И список этот можно долго продолжать...

В 1916 г., когда ему было уже 76 лет, справа от главного дома он построил просторную студию, которая получила название «Студия водяных лилий». Здесь художник реализовал свой последний грандиозный замысел – создал панели с изображением водяных лилий, образовавшие круговую панораму около 70 м в окружности.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Эти картины он передал в дар Франции, и они были размещены в специально построенном павильоне в Оранжери , который находится на краю сада Тюильри, там, где он выходит на Пляс Конкорд. Если смотреть на него сверху, то он похож на восьмёрку. В двух овальных залах, соединённых перемычкой, развешены картины, изображающие пруд в Живерни: шесть или восемь полотен. В сущности, это одна картина, передающая недоступные обычному взгляду изменения натуры по ходу дня. Искусствоведы утверждают, что живопись здесь достигла такого совершенства, что стёрла грань между реализмом и абстрактным искусством. Клод Моне просто остановил мгновенье, потому что всё уходит, но ничто не исчезает, а жизнь всегда – это ожидание следующего дня. Это был прижизненный триумф творчества Клода Моне.

Панель с изображением водяных лилий, образовавшие круговую панораму около 70 м в окружности
Моне был очень счастливым человеком. Он добился признания еще при жизни, любил и был любим, занимался любимым делом .

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
Жорж Клемансо написал: "Сад Клода Моне можно считать одним из его произведений, в нем художник чудесным образом реализовал идею преобразования природы по законам световой живописи. Его мастерская не была ограничена стенами, она выходила на пленэр, где повсюду были разбросаны цветовые палитры, тренирующие глаз и удовлетворяющие ненасытный аппетит сетчатки, готовой воспринимать малейшее трепетание жизни".

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Клод Моне "Водяные лилии (облака)"

Клод Моне "Пруд с водяными лилиями и ирисами"

В результате Моне посвятил любимым сюжетам чуть ли не тридцать лет своей долгой жизни (он скончался в Живерни в 1926 году в возрасте 86 лет). После смерти в 1926 г. художника, за домом ухаживала его дочь Бланш. Но во время Второй Мировой войны он пришел в запустение. Позже в 1966 г., сын Моне передал имение Академии изящных искусств, которая сразу же начала реставрацию сначала дома, а потом и сада. Сейчас Живерни посещает больше полумиллиона человек в год...
Информация и фото:

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #8  
Старый 27.08.2009, 20:05
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию

Поленов Василий Дмитриевич выдающийся русский художник


В историю искусства он вошел своим тихим, но очень сильным и проникновенным словом поэта в живописи, открывшего интимный мир старинной русской усадьбы, тайну притягательной красоты национального пейзажа и красочного величия Востока.
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Бабушкин сад. 1878. Холст, масло
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Заросший пруд. 1879. Холст, масло
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Золотая осень. Холст, масло
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Мечты. 1894. Холст, масло
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Московский дворик. 1878. Холст, масло
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

На Тивериадском озере. 1888. Холст, масло
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Ранний снег. Холст, масло
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Старая мельница. 1880. Холст, масло
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Христос и грешница. 1888. Холст, масло
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #9  
Старый 30.08.2009, 22:31
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию

Пастернак Борис Леонидович - поэт и писатель








Когда строку диктует чувство,

Оно на сцену шлет раба,

И тут кончается искусство,

И дышат почва и судьба.


[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Стихотворения




АННЕ АХМАТОВОЙ

Мне кажется, я подберу слова,
Похожие на вашу первозданность.
А ошибусь, - мне это трын-трава,
Я все равно с ошибкой не расстанусь.

Я слышу мокрых кровель говорок,
Торцовых плит заглохшие эклоги.
Какой-то город, явный с первых строк,
Растет и отдается в каждом слоге.

Кругом весна, но за город нельзя.
Еще строга заказчица скупая.
Глаза шитьем за лампою слезя,
Горит заря, спины не разгибая.

Вдыхая дали ладожскую гладь,
Спешит к воде, смиряя сил упадок.
С таких гулянок ничего не взять.
Каналы пахнут затхлостью укладок.

По ним ныряет, как пустой орех,
Горячий ветер и колышет веки
Ветвей, и звезд, и фонарей, и вех,
И с моста вдаль глядящей белошвейки.

Бывает глаз по-разному остер,
По-разному бывает образ точен.
Но самой страшной крепости раствор -
Ночная даль под взглядом белой ночи.

Таким я вижу облик ваш и взгляд.
Он мне внушен не тем столбом из соли,
Которым вы пять лет тому назад
Испуг оглядки к рифме прикололи,

Но, исходив от ваших первых книг,
Где крепли прозы пристальной крупицы,
Он и во всех, как искры проводник,
Событья былью заставляет биться.

* * *

Недотрога, тихоня в быту,
Ты сейчас вся огонь, вся горенье,
Дай запру я твою красоту
В темном тереме стихотворенья.

Посмотри, как преображена
Огневой кожурой абажура
Конура, край стены, край окна,
Наши тени и наши фигуры.

Ты с ногами сидишь на тахте,
Под себя их поджав по-турецки.
Все равно, на свету, в темноте,
Ты всегда рассуждаешь по-детски.

Замечтавшись, ты нижешь на шнур
Горсть на платье скатившихся бусин.
Слишком грустен твой вид, чересчур
Разговор твой прямой безыскусен.

Пошло слово любовь, ты права.
Я придумаю кличку иную.
Для тебя я весь мир, все слова,
Если хочешь, переименую.

Разве хмурый твой вид передаст
Чувств твоих рудоносную залежь,
Сердца тайно светящийся пласт?
Ну так что же глаза ты печалишь?

* * *

Все наденут сегодня пальто
И заденут за поросли капель,
Но из них не заметит никто,
Что опять я ненастьями запил.

Засребрятся малины листы,
Запрокинувшись кверху изнанкой,
Солнце грустно сегодня, как ты,-
Солнце нынче, как ты, северянка.

Все наденут сегодня пальто,
Но и мы проживем без убытка.
Нынче нам не заменит ничто
Затуманившегося напитка.

ЗОЛОТАЯ ОСЕНЬ

Осень. Сказочный чертог,
Всем открытый для обзора.
Просеки лесных дорог,
Заглядевшихся в озера.

Как на выставке картин:
Залы, залы, залы, залы
Вязов, ясеней, осин
В позолоте небывалой.

Липы обруч золотой —
Как венец на новобрачной.
Лик березы — под фатой
Подвенечной и прозрачной.

Погребенная земля
Под листвой в канавах, ямах.
В желтых кленах флигеля,
Словно в золоченых рамах.

Где деревья в сентябре
На заре стоят попарно,
И закат на их коре
Оставляет след янтарный.

Где нельзя ступить в овраг,
Чтоб не стало всем известно:
Так бушует, что ни шаг,
Под ногами лист древесный.

Где звучит в конце аллей
Эхо у крутого спуска
И зари вишневый клей
Застывает в виде сгустка.

Осень. Древний уголок
Старых книг, одежд, оружья,
Где сокровищ каталог
Перелистывает стужа.

ИМПРОВИЗАЦИЯ

Я клавишей стаю кормил с руки
Под хлопанье крыльев, плеск и клекот.
Я вытянул руки, я встал на носки,
Рукав завернулся, ночь терлась о локоть.

И было темно. И это был пруд
И волны.- И птиц из породы люблю вас,
Казалось, скорей умертвят, чем умрут
Крикливые, черные, крепкие клювы.

И это был пруд. И было темно.
Пылали кубышки с полуночным дегтем.
И было волною обглодано дно
У лодки. И грызлися птицы у локтя.

И ночь полоскалась в гортанях запруд,
Казалось, покамест птенец не накормлен,
И самки скорей умертвят, чем умрут
Рулады в крикливом, искривленном горле.

* * *


Любить - идти,- не смолкнул гром,
Топтать тоску, не знать ботинок,
Пугать ежей, платить добром
За зло брусники с паутиной.

Пить с веток, бьющих по лицу,
Лазурь с отскоку полосуя:
"Так это эхо?" - и к концу
С дороги сбиться в поцелуях.

Как с маршем, бресть с репьем на всем.
К закату знать, что солнце старше
Тех звезд и тех телег с овсом,
Той Маргариты и корчмарши.

Терять язык, абонемент
На бурю слез в глазах валькирий,
И, в жар всем небом онемев,
Топить мачтовый лес в эфире.

Разлегшись, сгресть, в шипах, клочьми
Событья лет, как шишки ели:
Шоссе; сошествие Корчмы;
Светало; зябли; рыбу ели.

И, раз свалясь, запеть: "Седой,
Я шел и пал без сил. Когда-то
Давился город лебедой,
Купавшейся в слезах солдаток.

В тени безлунных длинных риг,
В огнях баклаг и бакалеен,
Наверное и он - старик
И тоже следом околеет".

Так пел я, пел и умирал.
И умирал и возвращался
К ее рукам, как бумеранг,
И - сколько помнится - прощался.

* * *


Любить иных - тяжелый крест,
А ты прекрасна без извилин,
И прелести твоей секрет
Разгадке жизни равносилен.

Весною слышен шорох снов
И шелест новостей и истин.
Ты из семьи таких основ.
Твой смысл, как воздух, бескорыстен.

Легко проснуться и прозреть,
Словесный сор из сердца вытрясть
И жить, не засоряясь впредь,
Все это - не большая хитрость.

* * *
поэзии

Не волнуйся, не плачь, не труди
Сил иссякших, и сердца не мучай
Ты со мной, ты во мне, ты в груди,
Как опора, как друг и как случай

Верой в будущее не боюсь
Показаться тебе краснобаем.
Мы не жизнь, не душевный союз —
Обоюдный обман обрубаем.

Из тифозной тоски тюфяков
Вон на воздух широт образцовый!
Он мне брат и рука. Он таков,
Что тебе, как письмо, адресован.

Надорви ж его вширь, как письмо,
С горизонтом вступи в переписку,
Победи изнуренья измор,
Заведи разговор по-альпийски.

И над блюдом баварских озер,
С мозгом гор, точно кости мосластых,
Убедишься, что я не фразер
С заготовленной к месту подсласткой.

Добрый путь. Добрый путь. Наша связь,
Наша честь не под кровлею дома.
Как росток на свету распрямясь,
Ты посмотришь на все по-другому.

НЕЖНОСТЬ

Ослепляя блеском,
Вечерело в семь.
С улиц к занавескам
Подступала темь.
Люди - манекены,
Только страсть с тоской
Водит по Вселенной
Шарящей рукой.
Сердце под ладонью
Дрожью выдает
Бегство и погоню,
Трепет и полет.
Чувству на свободе
Вольно налегке,
Точно рвет поводья
Лошадь в мундштуке.

СОН

Мне снилась осень в полусвете стекол,
Друзья и ты в их шутовской гурьбе,
И, как с небес добывший крови сокол,
Спускалось сердце на руку к тебе.

Но время шло, и старилось, и глохло,
И, поволокой рамы серебря,
Заря из сада обдавала стекла
Кровавыми слезами сентября.

Но время шло и старилось. И рыхлый,
Как лед, трещал и таял кресел шелк.
Вдруг, громкая, запнулась ты и стихла,
И сон, как отзвук колокола, смолк.

Я пробудился. Был, как осень, темен
Рассвет, и ветер, удаляясь, нес,
Как за возом бегущий дождь соломин,
Гряду бегущих по небу берез.

* * *


Я понял жизни цель и чту
Ту цель, как цель, и эта цель -
Признать, что мне невмоготу
Мириться с тем, что есть апрель,

Что дни - кузнечные мехи,
И что растекся полосой
От ели к ели, от ольхи
К ольхе, железный и косой,

И жидкий, и в снега дорог,
Как уголь в пальцы кузнеца,
С шипеньем впившийся поток
Зари без края и конца.

Что в берковец церковный зык,
Что взят звонарь в весовщики,
Что от капели, от слезы
И от поста болят виски.



СМЕРТЬ ПОЭТА

Не верили, считали - бредни,
Но узнавали от двоих,
Троих, от всех. Равнялись в строку
Остановившегося срока
Дома чиновниц и купчих,
Дворы, деревья, и на них
Грачи, в чаду от солнцепека
Разгоряченно на грачих
Кричавшие, чтоб дуры впредь не
Совались в грех, да будь он лих.
Лишь бы на лицах влажный сдвиг,
Как в складках порванного бредня.

Был день, безвредный день, безвредней
Десятка прежних дней твоих.
Толпились, выстроясь в передней,
Как выстрел выстроил бы их.

Как, сплющив, выплеснул из стока б
Лещей и щуку минный вспых
Шутих, заложенных в осоку,
Как вздох пластов нехолостых.

Ты спал, постлав постель на сплетне,
Спал и, оттрепетав, был тих,-
Красивый, двадцатидвухлетний.
Как предсказал твой тетраптих.

Ты спал, прижав к подушке щеку,
Спал,- со всех ног, со всех лодыг
Врезаясь вновь и вновь с наскоку
В разряд преданий молодых.
Ты в них врезался тем заметней,
Что их одним прыжком достиг.
Твой выстрел был подобен Этне
В предгорьи трусов и трусих.

__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
  #10  
Старый 02.09.2009, 19:50
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,153
По умолчанию

Уи́льям Шекспи́р
(William Shakespeare)




[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]


Не изменяйся, будь самим собой.
Ты можешь быть собой, пока живешь.
Когда же смерть разрушит образ твой,
Пусть будет кто-то на тебя похож.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

Существуют различные взгляды на личность и биографию Шекспира. Основным научным течением, поддерживаемым большинством исследователей, является сложившаяся на протяжении нескольких столетий биографическая традиция, согласно которой Уильям Шекспир родился в городе Страдфорде-на-Эйвоне в состоятельной, но не благородной семье и был членом актёрской труппы Ричарда Бёрбеджа. Данное направление изучения Шекспира называют «стратфордианством».
Существует также противоположная точка зрения, так называемое «антистратфордианство» или «нестратфордианство», сторонники которой отрицают авторство Шекспира (Шакспера) из Стратфорда и считают, что «Уильям Шекспир» — это псевдоним, под которым скрывалось иное лицо или группа лиц. Сомнения в традиционной точки зрения известны уже начиная с XVIII века. Вместе с тем, среди нестратфордианцев нет единства относительно того, кто именно был настоящим автором шекспировских произведений. Число вероятных кандидатур, предложенных различными исследователями, к настоящему времени насчитывает несколько десятков.

[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]

«Нестратфордианская» линия исследований подвергает сомнению возможность написания Шекспиром из Страдфорда «шекспировского канона» произведений. Сторонники этой теории полагают, что известные о нём факты входят в противоречие с содержанием и стилем исследуемых пьес и стихотворений. Нестратфордианцами выдвинуты многочисленные теории относительно их настоящего авторства. В частности, в качестве кандидатов на авторство пьес Шекспира нестратфордианцы называют Фрэнсиса Бэкона, Кристофера Марло, Роджера Маннерса (графа Рэтленда), королеву Елизавету и других (соответственно «бэконианская», «рэтлендианская» и т. п. гипотезы).
Нестратфордианцы основываются, в том числе, на следующих обстоятельствах:
* Документы свидетельствуют, что родители, жена и дети Шекспира из Стратфорда были неграмотны[2].
* Не сохранилось ни одной принадлежавшей Шекспиру из Стратфорда книги. Достоверные его автографы — только подписи фамилии и имени; его почерк достаточно неаккуратен, что даёт основание нестратфордианцам предполагать, что он был не очень привычен писать или даже малограмотен. Ряд стратфордианцев считает, что один творческий автограф Шекспира всё же известен: возможно, той же рукой, что и подписи, написана часть запрещённой цензурой пьесы «Сэр Томас Мор» (это не просто копия, а черновик с авторской правкой).
* Лексический словарь произведений Уильяма Шекспира составляет 15 тысяч различных слов[3], в то время как современный ему английский перевод Библии короля Якова — только 5 тысяч. Многие эксперты сомневаются, что у малообразованного сына ремесленника (Шекспир никогда не учился в университетах и не ездил за границу; его обучение в «грамматической школе» тоже стоит под вопросом) мог быть такой богатейший словарный запас. С другой стороны, писатели-современники Шекспира — Марло, Джонсон, Джон Донн и другие — были не менее, а то и более скромного происхождения (отец Шекспира из Стратфорда был богат и входил в управление городом), но кое в чём их учёность превосходила шекспировскую.
* Некоторые учёные считают, что имя («Shakspere» или «Shaksper», что можно прочитать как «Шакспер»), записанное в церковной книге при крещении, и «Shakespeare» или «Shake-speare» — Шекспир, имя, которым подписаны произведения, не дают нам никаких оснований полагать, что это одно и то же лицо[4]. Впрочем, орфография имён собственных в то время далеко не была урегулирована, а современники Шекспира Бен Джонсон и Кристофер Марло подписывали свои книги тоже не совсем так, как их фамилии значились в официальных документах (Jonson, а не Johnson, Marlowe, а не Marlow).
* При жизни Шакспера и в течение нескольких лет после его смерти никто ни разу не назвал его поэтом и драматургом.
* Представления по пьесам Шекспира имели место в Оксфорде и в Кембридже, в то время как по правилам ставиться в стенах этих старинных университетов могли только произведения их выпускников.
* Вопреки обычаям шекспировского времени, никто в целой Англии не отозвался ни единым словом на смерть Шакспера.
* Многие учёные утверждают, что Шекспир посещал школу короля Эдуарда VI в Стратфорде-на-Эйвоне, где изучал творчество таких поэтов, как Овидий и Плавт[5], однако школьных журналов не сохранилось[6], и теперь ничего нельзя сказать наверняка.
* Завещание Шекспира — очень объёмный и подробный документ, однако в нём не упоминается ни о каких книгах, бумагах, поэмах, пьесах. Когда Шекспир умер, 18 пьес оставались неопубликованными; тем не менее, о них тоже ничего не сказано в завещании.



Известные сейчас автографы Шекспира из Стратфорда


Исследователи творчества Шекспира (датский литературовед Г. Брандес, издатель русского полного собрания сочинений Шекспира С. А. Венгеров) в конце XIX — начале XX в.в., опираясь на хронологию произведений, представили его духовную эволюцию от «бодрого настроения», веры в торжество справедливости, гуманистические идеалы в начале пути до разочарования и уничтожения всяких иллюзий в конце.
Однако в последние годы появилось мнение, что заключение о личности автора по его произведениям есть ошибка[8].
В 1930 году шекспировед Э. К. Чемберс предложил хронологию творчества Шекспира по жанровым признакам, позднее она была скорректирована Дж. Макмануэем. Выделялись четыре периода: первый (1590—1594 г.г.) — ранние: хроники, ренессансные комедии, «трагедия ужаса» («Тит Андроник»), две поэмы; второй (1594—1600 г.г.) — ренессансные комедии, первая зрелая трагедия («Ромео и Джульетта»), хроники с элементами трагедии, хроники с элементами комедии, античная трагедия («Юлий Цезарь»), сонеты; третий (1601—1608 г.г.) — великие трагедии, античные трагедии, «мрачные комедии»; четвёртый (1609—1613 г.г.) — драмы-сказки с трагическим зачином и счастливым финалом. Некоторые из шекспироведов, в том числе и А. А. Смирнов объединяли первый и второй периоды в один ранний[9].

Первый период (1590—1594)
Первый период приблизительно приходится на 1590—1594 годы.
По литературным приёмам его можно назвать периодом подражательности: Шекспир ещё весь во власти своих предшественников. В трагедии «Тит Андроник» Шекспир в полной мере отдал дань традиции современных ему драматургов удерживать внимание зрителей нагнетанием страстей, жестокостью и натурализмом. Комические ужасы «Тита Андроника» — прямое и непосредственное отражение ужасов пьес Кида и Марло.
Но уже просыпается и собственный талант. В вероятно принадлежащем Шекспиру «Генрихе VI» ненужных ужасов уже меньше, а в «Ричарде III» ужасы уже органическая необходимость, нужная для обрисовки страшной личности главного героя.
По настроению этот период можно назвать периодом идеалистической веры в лучшие стороны жизни. С увлечением наказывает молодой Шекспир порок в своих исторических трагедиях и с восторгом воспевает высокие и поэтические чувства — дружбу, самопожертвование и в особенности любовь.
«Комедия ошибок» — ранняя, «ученическая» комедия, комедия положений. По обычаю того времени, переделка пьесы современного английского автора, источником для которой стала итальянская версия комедии Плавта «Менехмы», описывающая приключения братьев-близнецов. Действие происходит в Эфесе, мало похожем на древнегреческий город: автор переносит приметы современной ему Англии в античную обстановку. Шекспир добавляет сюжетную линию двойников-слуг, тем самым запутывая действие ещё больше. Характерно, что уже в этом произведении присутствует обыкновенное для Шекспира смешение комического и трагического: старику Эгеону, невольно нарушившему эфесский закон грозит казнь и только через цепь невероятных совпадений, нелепых ошибок, в финале к нему приходит спасение.
На грубоватых комических приёмах построена пьеса «Укрощение строптивой», созданная в традициях фарсовой комедии. Это вариация популярного в лондонских театрах в 1590-х годах сюжета об усмирении жены мужем. В увлекательном поединке сходятся две незаурядные личности и женщина терпит поражение. Автор провозглашает незыблемость установленного порядка, где главой семьи является мужчина.
В последующих пьесах Шекспир отходит от внешних комедийных приёмов. «Бесплодные усилия любви» — комедия, созданная под влиянием пьес Лили, которые тот писал для постановки в театре масок при королевском дворе и в аристократических домах. При довольно простой фабуле пьеса представляет собой непрерывный турнир, состязание персонажей в остроумных диалогах, словесной игре. Её язык — вычурный, цветистый, так называемый эвфуизм, — это язык английской аристократической верхушки того времени, ставший популярным после выхода в свет романа Лили «Эвфуэс или Анатомия остроумия».
«Песнь песней» новой европейской литературы — «Ромео и Джульетта», дальше которой не может идти апофеоз любви. Это (даже при том, что главные герои погибают), — песнь торжествующей любви, и страстный юноша, в том возрасте, когда объятия любимой женщины представляются высшим благом жизни, всегда с энтузиазмом скажет, — что для дня такой любви и жизни не жаль. Волшебный ореол, которым Шекспир сумел окружить своих героев, при всей трагичности, делает ужас «печальной повести» сладким, и собственные имена героев трагедии вот уже четыре века продолжают быть нарицательным обозначением высшей поэзии страсти.

Второй период (1594—1601)
Как бы на пороге второго периода творческой деятельности Уильяма Шекспира (приблизительно 1594—1601 годы) стоит одно из знаменитейших его произведений — «Венецианский купец». В нём ещё немало подражательности, но в этой пьесе гений Шекспира уже могуче обнаружил свою самостоятельность и с необыкновенной яркостью проявил одну из наиболее удивительных своих способностей — превращать грубый, неотёсанный камень заимствуемых сюжетов в поражающую совершенством художественную скульптуру. Сюжет «Венецианского купца» взят из ничтожного итальянского рассказа XVI века. Но благодаря художественной разносторонности или объективности Шекспира, имя Шейлока стало нарицательным обозначением исторической связи еврейства с деньгами — и в то же время во всей огромной литературе, посвящённой защите еврейства, нет ничего более убедительного и человечного, чем знаменитый монолог Шейлока: «Да разве у жида нет глаз?..» Остатком настроения первого идеалистического периода в «Венецианском купце», кроме подражания Марло, является вера в дружбу, самоотверженным представителем которой выступает Антонио.
Фальстаф с большим кувшином вина и кубком. Картина Э. фон Грюцнера (1896)
Переход ко второму периоду сказался в отсутствии той поэзии молодости, которая так характерна для первого периода. Герои ещё молоды, но уже порядочно пожили и главное для них в жизни — наслаждение. Порция пикантна, бойка, но уже нежной прелести девушек «Двух веронцев», а тем более Джульетты в ней совсем нет. Беззаботное, весёлое пользование жизнью и добродушное жуирование — вот главная черта второго периода, центральной фигурой которого является третий бессмертный тип Шекспира — сэр Джон Фальстаф. Это настоящий поэт и философ весёлого чревоугодничества, у которого стремление к искрящейся жизни духа, к блеску ума столь же сильно, как и жажда ублаготворения животных потребностей. Фейерверк его добродушно-циничного остроумия столь же для него характерен, как и чревоугодничество. Уличать его — ничего, это его нимало не смущает, потому что личной карьеры он никогда не делает и дальше того, чтобы достать деньги на вечерний херес, его заботы не идут. Лучшим доказательством этого отсутствия личного элемента в цинизме Фальстафа — иначе он был бы обыкновенным мошенником — может служить неудача «Виндзорских насмешниц». Шекспир написал эту пьесу в несколько недель по просьбе королевы Елизаветы, желавшей увидеть Фальстафа на сцене ещё раз. Но великий драматург в первый и последний раз захотел морализировать, захотел «проучить» Фальстафа. Для этого он извратил саму сущность беспечно-беспутной, ни о чём, даже о самой себе не думающей натуры Фальстафа и придал ему хвастливое самомнение. Тип был разрушен, Фальстаф утрачивает всякий интерес, становится смешон и отвратителен.
Гораздо удачнее попытка снова вернуться к фальстафовскому типу в заключительной пьесе второго периода — «Двенадцатой ночи». Здесь мы в лице сэра Тоби и его антуража имеем как бы второе издание сэра Джона, правда, без его искрящегося остроумия, но с тем же заражающим добродушным жуирством. Отлично также вкладывается в рамки «фальстафовского» по преимуществу периода грубоватая насмешка над женщинами в «Укрощении строптивой». С первого взгляда мало вяжется с «Укрощением строптивой» почти одновременно созданная грациознейшая поэтическая феерия «Сон в летнюю ночь», где так ароматно и сочно отразилась молодость, проведённая в лесах и лугах. Но вдумаемся, однако, глубже в центральное место пьесы, в истинно-гениальный эпизод внезапного прилива страсти, с которой Титания осыпает ласками ослиную голову Основы. Как не признать тут добродушную, но бесспорно насмешливую символизацию беспричинных капризов женского чувства?
Органически связан «фальстафовский» период с серией исторических хроник Шекспира: Фальстаф фигурирует в двух главных пьесах этой серии — «Генрихе IV» и «Генрихе V».

Третий период (1600—1609)
Третий период его художественной деятельности, приблизительно охватывающий 1600—1609 годы, — это период глубокого душевного мрака, но вместе с тем период создания величайших литературных произведений. Первый намёк на изменившееся настроение и миропонимание появляется в комедии «Как вам это понравится», в психологии утомлённого жизнью меланхолика Жака. И всё растёт эта меланхолия, сначала только тихо тоскующая, но быстро затем переходящая в порывы самого мрачного отчаяния. Все покрывается для умственного взора великого художника чёрной пеленой, он во всем сомневается, ему кажется, что «распалась связь времён», что весь мир провонял, как тухлая рыба, он не знает, стоит ли вообще жить. Перед нами развёртывается страшная драма противоречий реальной жизни с высшими стремлениями в «Гамлете»; отчаявшийся художник даёт нам картину крушения лучших политических идеалов в «Юлии Цезаре» (хотя трагедия хронологически относится ко второму периоду, но по поставленным в неё вопросам её принято относить к третьему), показывает в «Отелло» ужасы, скрытые под розами любви, даёт потрясающее изображение неблагодарности самых близких людей в «Короле Лире» и неблагодарности толпы в «Кориолане», показывает на хороших по существу людях губительное обаяние земного величия в «Макбете».
Корделия. Картина Вильяма Ф. Йеменса (1888)
Но не в одном земном отчаялся так глубоко задумавшийся над целью бытия художник. Вещь самая страшная для человека XVI века, да ещё англичанина — он усомнился даже в загробной жизни, для него были бессильны утешения религии. И вместе с тем в этом безграничном отчаянии было скрыто самое благотворное зиждущееся начало. Органически нуждаясь в душевном лекарстве — иначе жить было нечем, а тем более творить, — Шекспир гамлетовского периода создаёт ряд самых благородных образов. С одним презрением к людям ничего великого не создашь. Нужен восторг, нужно глубокое убеждение, что как ни скверен мир, но есть в нём и праведники, из-за которых спасается град нашего бытия. Пусть Гамлет страстен, но нерешителен, глубок, но лишён свежести непосредственности. Но в то же время, и это самое главное, он обладает высоким духом. Корделия, Дездемона и Офелия сотканы из какого-то тончайшего эфира поэзии; все погибают, потому что не могут вместить в себе зло жизни и сколько-нибудь приспособиться к ней. Даже злодейская чета Макбетов погибает от избытка совести. А среди второстепенных лиц великих трагедий остаётся целая галерея волшебно-нежных и самоотверженных женщин и благороднейшего духа мужчин. Всё это показывает, что пессимистическое настроение художника было порождено не только созерцанием зла мира. Оно имеет свой источник и в том, что в душе его, под влиянием дум о назначении жизни, создался очень высокий идеал назначения человека. Он был так строг к миру, потому что хотел его видеть совершенным.
Настоящая мизантропия проступает только в «Тимоне Афинском» — и величайшего в мире художника постигла неудача: человеконенавистник Тимон не удался Шекспиру, характер его мало мотивирован. Очевидно, одинокая злоба не заключает в себе творческого начала. Если мы обратим внимание на то, что пьеса относится к самому концу мрачного периода, то мы поймём, что за ним-то наконец наступает светлый период примирённого искания душевного мира и спокойствия. Переходом к этой полосе шекспировского творчества можно считать «Антония и Клеопатру». В «Антонии и Клеопатре» талантливый, но лишённый всяких нравственных устоев хищник из «Юлия Цезаря» окружён истинно-поэтическим ореолом, а полупредательница Клеопатра геройской смертью в значительной степени искупает свои прегрешения.

Четвёртый период (1609—1612)
Четвёртый период, если не считать «Генрих VIII» (большинство исследователей сходятся в том, что почти вся пьеса написана Джоном Флетчером), обнимает всего только три-четыре года и четыре пьесы — так называемые «романтические драмы» или трагикомедии[10]. Из них «Перикл», «Цимбелин» и «Зимняя сказка» принадлежат к пьесам второстепенным, и только в «Буре» гений Шекспира опять сказался во всем блеске своей обобщающей силы, создав одностороннее, но необыкновенно яркое воплощение некультурности черни в лице пьяного дикаря Калибана. В пьесах четвёртого и последнего периода все обстоит благополучно, тяжёлые испытания вводятся только для того, чтобы слаще была радость избавления от бедствий. Клевета уличается, невинность оправдывает себя, верность получает награду, безумие ревности не имеет трагических последствий, любящие соединяются в счастливом браке. В этом оптимизме нет, однако, ничего приторного, потому что чувствуется истинная примирённость. Поэтические девушки, созданные теперь — Марина из «Перикла», Пердита из «Зимней сказки», Миранда из «Бури» — это уже не восторги любовника, как Джульетта, не упоение мужа, как Дездемона, а тихое любование счастливого отца. Чрезвычайно заманчиво желание многих шекспирологов видеть автобиографическую символизацию в заключительной сцене «Бури», этой последней самостоятельной пьесе Шекспира: как Просперо отрекается от своего волшебства и уходит на покой, так и сам писатель уехал из Лондона, чтобы вернуться в родной Стретфорд.



Сонеты




Сонет 23

Как тот актер, который, оробев,
Теряет нить давно знакомой роли,
Как тот безумец, что, впадая в гнев,
В избытке сил теряет силу воли, -

Так я молчу, не зная, что сказать,
Не оттого, что сердце охладело.
Нет, на мои уста кладет печать
Моя любовь, которой нет предела.

Так пусть же книга говорит с тобой.
Пускай она, безмолвный мой ходатай,
Идет к тебе с признаньем и мольбой

И справедливой требует расплаты.
Прочтешь ли ты слова любви немой?
Услышишь ли глазами голос мой?

***

Сонет 37

Признаюсь я, что двое мы с тобой,
Хотя в любви мы существо одно.
Я не хочу, чтоб мой порок любой
На честь твою ложился, как пятно.

Пусть нас в любви одна связует нить,
Но в жизни горечь разная у нас.
Она любовь не может изменить,
Но у любви крадет за часом час.

Как осужденный, права я лишен
Тебя при всех открыто узнавать,
И ты принять не можешь мой поклон,

Чтоб не легла на честь твою печать.
Ну что ж, пускай!.. Я так тебя люблю.
Что весь я твой и честь твою делю!

***

Сонет 39

О, как тебе хвалу я воспою,
Когда с тобой одно мы существо?
Нельзя же славить красоту свою,
Нельзя хвалить себя же самого.

Затем-то мы и существуем врозь,
Чтоб оценил я прелесть красоты
И чтоб тебе услышать довелось
Хвалу, которой стоишь только ты.

Разлука тяжела нам, как недуг,
Но временами одинокий путь
Счастливейшим мечтам дает досуг

И позволяет время обмануть.
Разлука сердце делит пополам,
Чтоб славить друга легче было нам.

***

Сонет 47

У сердца с глазом - тайный договор:
Они друг другу облегчают муки,
Когда тебя напрасно ищет взор
И сердце задыхается в разлуке.

Твоим изображеньем зоркий глаз
Дает и сердцу любоваться вволю.
А сердце глазу в свой урочный час
Мечты любовной уступает долю.

Так в помыслах моих иль во плоти
Ты предо мной в мгновение любое.
Не дальше мысли можешь ты уйти.

Я неразлучен с ней, она - с тобою.
Мой взор тебя рисует и во сне
И будит сердце, спящее во мне.

***

Сонет 56

Проснись, любовь! Твое ли острие
Тупей, чем жало голода и жажды?
Как ни обильны яства и питье,
Нельзя навек насытиться однажды.
Так и любовь. Ее голодный взгляд
Сегодня утолен до утомленья,
А завтра снова ты огнем объят,
Рожденным для горенья, а не тленья.
Чтобы любовь была нам дорога,
Пусть океаном будет час разлуки,
Пусть двое, выходя на берега,
Один к другому простирают руки.

Пусть зимней стужей будет этот час,
Чтобы весна теплей пригрела нас!

***

Сонет 61

Твоя ль вина, что милый образ твой
Не позволяет мне сомкнуть ресницы
И, стоя у меня над головой,
Тяжелым векам не дает закрыться?
Твоя ль душа приходит в тишине
Мои дела и помыслы проверить,
Всю ложь и праздность обличить во мне,
Всю жизнь мою, как свой удел, измерить?
О нет, любовь твоя не так сильна,
Чтоб к моему являться изголовью,
Моя, моя любовь не знает сна.
На страже мы стоим с моей любовью.

Я не могу забыться сном, пока
Ты - от меня вдали - к другим близка.

***

Сонет 90

Уж если ты разлюбишь - так теперь,
Теперь, когда весь мир со мной в раздоре.
Будь самой горькой из моих потерь,
Но только не последней каплей горя!

И если скорбь дано мне превозмочь,
Не наноси удара из засады.
Пусть бурная не разрешится ночь
Дождливым утром - утром без отрады.

Оставь меня, но не в последний миг,
Когда от мелких бед я ослабею.
Оставь сейчас, чтоб сразу я постиг,

Что это горе всех невзгод больнее,
Что нет невзгод, а есть одна беда -
Твоей любви лишиться навсегда.

***

Сонет 92

Ты от меня не можешь ускользнуть.
Моей ты будешь до последних дней.
С любовью связан жизненный мой путь,
И кончиться он должен вместе с ней.

Зачем же мне бояться худших бед,
Когда мне смертью меньшая грозит?
И у меня зависимости нет
От прихотей твоих или обид.

Не опасаюсь я твоих измен.
Твоя измена - беспощадный нож.
О, как печальный жребий мой блажен:
Я был твоим, и ты меня убьешь.

Но счастья нет на свете без пятна.
Кто скажет мне, что ты сейчас верна?

***

Сонет 93

Что ж, буду жить, приемля как условье,
Что ты верна. Хоть стала ты иной,
Но тень любви нам кажется любовью.
Не сердцем - так глазами будь со мной.

Твой взор не говорит о перемене.
Он не таит ни скуки, ни вражды.
Есть лица, на которых преступленья
Чертят неизгладимые следы.

Но, видно, так угодно высшим силам:
Пусть лгут твои прекрасные уста,
Но в этом взоре, ласковом и милом,
По-прежнему сияет чистота.

Прекрасно было яблоко, что с древа
Адаму на беду сорвала Ева.

***

Сонет 102

Люблю, - но реже говорю об этом,
Люблю нежней, - но не для многих глаз.
Торгует чувством тот, что перед светом
Всю душу выставляет напоказ.

Тебя встречал я песней, как приветом,
Когда любовь нова была для нас.
Так соловей гремит в полночный час
Весной, но флейту забывает летом.

Ночь не лишится прелести своей,
Когда его умолкнут излиянья.
Но музыка, звуча со всех ветвей,

Обычной став, теряет обаянье.
И я умолк подобно соловью:
Свое пропел и больше не пою.

***

Сонет 104

Ты не меняешься с теченьем лет.
Такой же ты была, когда впервые
Тебя я встретил. Три зимы седые
Трех пышных лет запорошили след.

Три нежные весны сменили цвет
На сочный плод и листья огневые,
И трижды лес был осенью раздет...
А над тобой не властвуют стихии.

На циферблате, указав нам час,
Покинув цифру, стрелка золотая
Чуть движется невидимо для глаз,

Так на тебе я лет не замечаю.
И если уж закат необходим, -
Он был перед рождением твоим!

***

Сонет 106

Когда читаю в свитке мертвых лет
О пламенных устах, давно безгласных,
О красоте, слагающей куплет
Во славу дам и рыцарей прекрасных,

Столетьями хранимые черты -
Глаза, улыбка, волосы и брови -
Мне говорят, что только в древнем слове
Могла всецело отразиться ты.

В любой строке к своей прекрасной даме
Поэт мечтал тебя предугадать,
Но всю тебя не мог он передать,

Впиваясь в даль влюбленными глазами.
А нам, кому ты наконец близка, -
Где голос взять, чтобы звучал века?

***

Сонет 113

Со дня разлуки - глаз в душе моей,
А тот, которым путь я нахожу,
Не различает видимых вещей,
Хоть я на все по-прежнему гляжу.

Ни сердцу, ни сознанью беглый взгляд
Не может дать о виденном отчет.
Траве, цветам и птицам он не рад,
И в нем ничто подолгу не живет.

Прекрасный и уродливый предмет
В твое подобье превращает взор:
Голубку и ворону, тьму и свет,

Лазурь морскую и вершины гор.
Тобою полон и тебя лишен,
Мой верный взор неверный видит сон.

***

Сонет 116

Мешать соединенью двух сердец
Я не намерен. Может ли измена
Любви безмерной положить конец?
Любовь не знает убыли и тлена.

Любовь - над бурей поднятый маяк,
Не меркнущий во мраке и тумане.
Любовь - звезда, которою моряк
Определяет место в океане.

Любовь - не кукла жалкая в руках
У времени, стирающего розы
На пламенных устах и на щеках,
И не страшны ей времени угрозы.

А если я не прав и лжет мой стих,
То нет любви - и нет стихов моих!

***

Сонет 117

Скажи, что я уплатой пренебрег
За все добро, каким тебе обязан,
Что я забыл заветный твой порог,
С которым всеми узами я связан,

Что я не знал цены твоим часам,
Безжалостно чужим их отдавая,
Что позволял безвестным парусам
Себя нести от милого мне края.

Все преступленья вольности моей
Ты положи с моей любовью рядом,
Представь на строгий суд твоих очей,
Но не казни меня смертельным взглядом.

Я виноват. Но вся моя вина
Покажет, как любовь твоя верна.

***

Сонет 118

Для аппетита пряностью приправы
Мы называем горький вкус во рту.
Мы горечь пьем, чтоб избежать отравы,
Нарочно возбуждая дурноту.

Так, избалованный твоей любовью,
Я в горьких мыслях радость находил
И сам себе придумал нездоровье
Еще в расцвете бодрости и сил.

От этого любовного коварства
И спасенья вымышленных бед
Я заболел не в шутку и лекарства
Горчайшие глотал себе во вред.

Но понял я: лекарства - яд смертельный
Тем, кто любовью болен беспредельной.

***

Сонет 130

Ее глаза на звезды не похожи,
Нельзя уста кораллами назвать,
Не белоснежна плеч открытых кожа,
И черной проволокой вьется прядь.

С дамасской розой, алой или белой,
Нельзя сравнить оттенок этих щек.
А тело пахнет так, как пахнет тело,
Не как фиалки нежный лепесток.

Ты не найдешь в ней совершенных линий,
Особенного света на челе.
Не знаю я, как шествуют богини,

Но милая ступает по земле.
И все ж она уступит тем едва ли,
Кого в сравненьях пышных оболгали.

***

Сонет 147

Томительной, неутолимой жаждой.
Того же яда требует она,
Который отравил ее однажды.

Мой разум-врач любовь мою лечил.
Она отвергла травы и коренья,
И бедный лекарь выбился из сил
И нас покинул, потеряв терпенье.

Отныне мой недуг неизлечим.
Душа ни в чем покоя не находит.
Покинутые разумом моим,

И чувства и слова по воле бродят.
И долго мне, лишенному ума,
Казался раем ад, а светом - тьма!

***
Сонет 150



Откуда столько силы ты берешь,
Чтоб властвовать в бессилье надо мной?
Я собственным глазам внушаю ложь,
Клянусь им, что не светел свет дневной.
Так бесконечно обаянье зла,
Уверенность и власть греховных сил,
Что я, прощая черные дела,
Твой грех, как добродетель, полюбил.
Все, что вражду питало бы в другом,
Питает нежность у меня в груди.
Люблю я то, что все клянут кругом,
Но ты меня со всеми не суди.

Особенной любви достоин тот,
Кто недостойной душу отдает.

* * *
Сонет 152



Прощай! Тебя удерживать не смею.
Я дорого ценю любовь твою.
Мне не по -средствам то, чем я владею,
И я залог покорно отдаю.
Я, как подарком, пользуюсь любовью.
Заслугами не куплена она.
И значит, добровольное условье
По прихоти нарушить ты вольна.
Дарила ты, цены не зная кладу
Или не зная, может быть, меня.
И не по праву взятую награду
Я сохранял до нынешнего дня.

Был королем я только в сновиденье.
Меня лишило трона пробужденье.

* * *
Сонет 154

Божок любви под деревом прилег,
Швырнув на землю факел свой горящий.
Увидев, что уснул коварный бог,
Решились нимфы выбежать из чащи.

Одна из них приблизилась к огню,
Который девам бед наделал много,
И в воду окунула головню,
Обезоружив дремлющего бога.

Вода потока стала горячей.
Она лечила многие недуги.
И я ходил купаться в тот ручей,

Чтоб излечиться от любви к подруге.
Любовь нагрела воду, - но вода
Любви не охлаждала никогда.



[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
"МИР НА ФОРУМЕ"


Ответить с цитированием
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Эл. почта администратора: - Главный сайт Шансон - Портала - Архив - Вверх

Внимание! Администрация Шансон – Портал – форума не несет ответственности за сообщения, размещенные участниками форума и за высказанные мнения в этих сообщениях. Так же администрация форума не несет ответственности за размещенные участниками форума ссылки, на какие либо материалы, расположенные на других Интернет ресурсах. Тем не менее, если Вы являетесь правообладателем материала, на который есть ссылка в каком либо сообщении Шансон – Портал – форума и считаете, что этим нарушены Ваши авторские или смежные права, сообщите пожалуйста администрации форума. Мы в кратчайшие сроки готовы удалить сообщение со ссылкой на Ваш материал, при предъявлении прав на указанный материал. Пожалуйста используйте форму обратной связи.

Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2019, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
© Шансон - Портал - Все права защищены

Подпишитесь на нашу ленту новостей