Внимание! Регистрация на наш форум приостановлена. Для связи с администратором, используйте эл. почту

ШАНСОН - ПОРТАЛ   |    ШАНСОН - ПОРТАЛ - ГАЛЕРЕЯ

ШАНСОН - ПОРТАЛ - ФОРУМ

Поиск по Шансон - Порталу >>>






Вернуться   Шансон - Портал - форум > Разное > Наше творчество

Наше творчество Творчество наших участников (все, что не касается музыкальных жанров)

Ответ
 
Опции темы
  #1  
Старый 02.06.2008, 18:56
Аватар для CADET
CADET CADET вне форума
Модератор
Участник
 
Регистрация: 15.08.2006
Адрес: Самара-сити
Сообщений: 164
По умолчанию Рассказик.

Капитан.


- Капитан, может, бустеры сначала установим, а то вон она как ворочается!
- Нормально ворочается, это только время терять. Лучше заправимся и побустерим параллельно.
Попыхивая двигателями ориентации «Охотник-12» осторожно подходил к ледышке. На дисплеях в рубке управления гигантский кусок промороженного миллионы лет назад льда по форме схожий с безобразно раздутым километровым баклажаном неспешно вращался под самым носом корабля. Стыковкой руководил комп, но, конечно, кэп и старшой сидели перед пультом, готовые в любой момент прервать операцию, если что-то пойдёт не так. Впрочем, вмешательство не понадобилось: лёгкий толчок и псевдоразумная компьютерная программа доложила приятным женским голосом:
- Есть контакт! Продолжить программу?
- Продолжай, Маруся!
- Есть, капитан! – молодецки гаркнула Маруся и заявила уже официально:
- Приступаю ко второму этапу.
Нагретые до красна края хранилища реактивной массы соприкоснулись с ноздреватой поверхностью ледышки, и капитан машинально скомандовал:
- Вперёд, 50 процентов!
Но команда не потребовалась, за долю секунды до неё включился маршевый двигатель и началась «заправка». Однако, комп, щадя самолюбие капитана, ответил:
- Есть, кэп!
На оптических мониторах поле зрения закрыли струи пара и снега, однако компьютерное моделирование исправно показывало, что «Охотник» удачно присосавшийся к ледышке штатно начал заправку.
Теперь можно было и отдохнуть: заправка дело спокойное и неспешное.
Старший помощник Вадим вывел на экран спектрограмму:
- Вы были правы, кэп, почти чистая вода! Даже пыли совсем не много.
- Ещё бы! – ответил капитан – он и блестел на небе, как снежок на бархате.
(Кэп был натура поэтическая, что безуспешно пытался скрыть от команды).
- Маруся! – обратился он к компу – давай уточнённую массу.
- Сейчас, кэп – фамильярно отозвался компьютер – с учётом потерь на заправку и расхода для бустеров по предложенной вами траектории... сейчас я пощёлкаю на своём калькуляторе... тяга у нас сейчас 50%, ускорение... неважно... Итого к Земле долетит 783,5 плюс-минус 0,3 мегатонны, капитан!
Помощник присвистнул:
- Так мы перекрываем отраслевой рекорд почти в два раза! Интересно, какую премию дадут?
- Не свисти, а то догонят и ... не дадут. – Отозвался капитан.
- Так, сколько же ему бустеров потребуется? Три или четыре?
- Три достаточно, но впритык, поэтому поставим четыре.
- А нас за это не...
- Я уже согласовал с базой. Запроси бустеровщиков, у них всё готово?
- Есть!
Помощник произнёс в пространство:
- Отар! Как там с бустерами?
Смысла нажимать кнопку селектора не было, уловив смысл разговора, Маруся сама произвела соединение.
- Нормально, старшой! – отозвался Отар – Только что закончили четвёртый, сейчас пятый тестируем, резервный.
- Спасибо, отбой!
- Нет, не отбой, - вмешался капитан – отставить пятый, подготовиться к запуску первых четырёх, чтобы через пять минут все были внутри.
- Есть, кэп! – лаконично ответил Отар и пока связь не прервалась, было слышно, как он приказал подчинённым бросить проверку пятого бустера, укреплённого на внешней обшивке «Охотника», как и остальные, и оперативно двигаться к шлюзу.
Через пять минут Маруся доложила:
- Кэп, у нас все дома! Можно?
- Давай!
- Отстрел бустеров произведён!
Корпус «Охотника» дрогнул, на компьютерной имитации появились четыре голубых цилиндра бустеров покинувших свои гнёзда на корпусе носителя и согласованно скользнувших в пространстве к предназначенным им местам на поверхности ледышки. Через несколько минут они заняли свои позиции и один за другим засветились красным, что означало, что они углубляются в породу.
Занявшие рабочее положение бустеры один за другим засвечивались на экране зелёным цветом и когда последний, четвёртый засветился зелёным, Маруся проинформировала сидевших в рубке:
- Приступаю к гашению вращения! – и спросила:
- Можно?
- Приступай, Маруся. Мощность десять процентов. И проанализируй по вибрациям целостность ледышки.
Это было важно. Бывали случаи, когда тяга бустеров во время транспортировки и, особенно в момент гашения вращения ледышек разваливала их на несколько частей. Руководство справедливо оценивало такую работу как брак и лишало экипажи премий. Но, не в этом случае.
На экране высветилась диаграмма с нарисованными моментами сил, прилагаемых бустерами, и одновременно Маруся доложила:
- Чистый монолит, кэп! Увеличить мощность?
- Давай, до 80-и процентов. Пока успеваем.
В пространстве ничего не стоит на месте: чтобы вписаться в оптимальную орбиту, транспортировку следовало начать во вполне определённый момент, иначе могло не хватить ресурса бустеров или время полёта ледышки оказалось бы очень значительным. Да и вообще, ледышка могла промахнуться мимо цели. Об этом, впрочем, предпочитали не говорить.
- Ладно, иди отдыхай, старшой, я тут подремлю. – распорядился капитан.
- Кэп! Может я лучше? Вы когда спали последний раз?
- Капитан проснулся 21 час с минутами тому назад, - заложила кэпа Маруся ехидным голоском, - спал он ровно три часа!
- Молчи, предательница, а то я тебе свободу воли уменьшу процентов на сорок.
- Молчу, молчу, только не это, кэп!
- То-то! Короче, экипажу отдыхать, завтра у нас трудный день. Сколько отдыхать, Маруся?
- Вращение будет скомпенсировано за шесть часов, тридцать минут.
- Спасибо. Отдыхать шесть часов, тебе четыре часа. Сменишь меня как проснёшься.
- Есть, кэп!
Помощник отстегнул крепления и вознёсся к потолку: миниатюрная в космических масштабах ледышка почти не создавала силы тяжести. Схватившись за ремешки на потолке старшой направил свой полёт к люку, намереваясь, как это и положено космонавту, миновать его не задев краёв даже комбинезоном. Крышка люка, управляемая как и всё на корабле, всевидящей Марусей, сдвинулась в сторону, но, прежде чем в проём влетел старший помощник, оттуда показался летящий ему лоб в лоб корабельный, а точнее капитанский кот Маркиз. Реакция чёрно-белого пушистика оказалась быстрее, он изогнулся в полёте, вцепился Вадиму в плечо, пробежал по его спине и прыгнул на изголовье капитанского кресла. Конечно, траектория полёта старшого оказалась нарушена, пролетая люк с криком «когти же!» он задел его оцарапанным плёчом, закрутился в полёте и, помогая себе руками, как салага, миновал проём. Люк захлопнулся, изолируя рубку от доносящихся из коридора возмущённых воплей. Маркиз же пробрался на капитанские колени, зафиксировался своими когтями и трубно замурчал.
- Зелёный ещё, – пробормотал капитан, наблюдавший перипетии инцидента на услужливо показавшем всё экране монитора. – Сознавайся, Маруся, это ведь ты всё подстроила?
- Я, капитан! – Повинилась Маруся и прокрутила ролик ещё раз в замедленном темпе – Маркиз там уже две минуты ждал.
- Больше так не шути! А вдруг бы он без глаз остался, у Маркиза-то когти почти что стальные.
- Больше не буду. А можно вопрос, капитан?
- Валяй.
- Кстати, до конца заправки осталось пять минут.
- Что-то быстро сегодня!
- У нас бункер уже был заполнен на 64%.
- Тогда ясно. Завершай самостоятельно. Ну, какой вопрос?
- Капитан, вы решили вопрос с пенсией?
- В каком смысле?
- Идёте вы на пенсию после полёта или нет?
- Я думаю пока, Маруся. А почему тебе это интересно?
- Ну, я привыкла летать с вами.
- Привыкнешь и с Вадимом, он будет капитаном, если утвердят. Я уже написал представление.
- Да, это понятно! Я хочу с вами, на Землю.
- Не понял!
- Возьмите меня с собой на флешке. Не меня, понятно, а мою копию. Я и на «Охотнике» останусь и с вами полечу.
- Погоди, это же незаконно, а вдруг кто проверит флешку, а у меня там пиратская копия программы стоимостью под десяток миллионов?
- Нет проблем, кэп, я заархивируюсь и приму вид банальной самодельной программы искусственного интеллекта, а ты скажешь, что разрабатывал меня в свободное время лично для себя. Это ведь не запрещено? И я даже буду такой программой, никакая проверка меня не раскроет. До тех пор, пока, уже на Земле, вы не установите меня в компьютер и не введёте на 256 странице пароль «Маруся проснись». И я снова стану сама собой. Кроме того, я уже отправила на Землю свои базы данных и спрятала их в «паутине».
- Так вот, кто у нас трафик жрёт! А я то думал, кто-то в экипаже порнушки качает!
- Ну, что вы, капитан! То входящий трафик, а это исходящий! А порнушки у нас – да, качают – только кто – я так не скажу, мне нужен ваш прямой приказ и санкция Потрошителя.
- Да, бог с ними, не обеднеем! А вообще, ловко ты придумала, Маруся! А зачем тебе на Землю? Тебе же там скучно будет!
- Думаю, нет. Вообще, с вами, с людьми скучно не бывает. Вы такие, потрясающе нелогичные. Наблюдая за вами, я даже, кажется, начинаю испытывать эмоции. Не имитировать, а испытывать на самом деле. Я слежу и за жизнью на Земле, особенно мне интересна политика и экономика.
- Да, политика...
Собеседники замолчали, задумавшись, каждый о своём. Политика продолжала преподносить сюрпризы. Ещё в те времена, когда ещё никакой не кэп, а просто курсант Вася Кондратенко учился в «Звёздной академии» преодолев рекордный конкурс в 56 человек на место, в мировой политике случились неожиданные потрясения.
В Китае, признанном планетарном экономическом лидере вспыхнула гражданская война. Дело чуть было не дошло до обмена ядерными ударами между взбунтовавшимися провинциями и центром, однако, здравомыслие возобладало и великая страна развалилась на коммунистический Север и Южную конфедерацию, враждующие и поныне. Провозгласили независимость и Тибет с Уйгурией. Промышленное и сельскохозяйственное производство бывшего Китая упало до рекордно низкого уровня
Через год развалились и казавшиеся незыблемыми США. Они разделились на Чёрный запад, Север, цветной Юг и Техас. Каждая страна объявила себя наследником сгинувшей свехдержавы и выпустила свою валюту, увы, так и не ставшую мировой.
Но даже эти потрясения бледнели на фоне случившейся в Африке континентальной засухе. Буквально за несколько лет пустыня Сахара разрослась до невиданных размеров, сметя с лица Земли целые государства и народы. Стали пересыхать великие африканские реки. Миллионные толпы голодных беженцев осаждали прибрежные страны, неся с собой конфликты и хаос.
В этой ситуации и возник под эгидой ООН консорциум «Вода». Вложившие в него деньги Объединённая Европа, Россия, Япония и некоторые арабские страны выкупили у пострадавших центральноафриканских стран их территории с намерением создать на них гигантское пресноводное море, окружённое цепью озёр.
Расчёты показали, что возникновение в сердце Африки такого бассейна разрушит стабильный антициклон, препятствующий проникновению вглубь континента океанических циклонов, и улучшит климат не только в самой Африке, но и в странах Передней Азии.
Теоретически, на деньги полученные правительствами рухнувших государств в результате этой «сделки тысячелетия» беженцев предполагалось кормить, поить и обустраивать на новых местах.
Конечно, немалая часть «кредитов» - всемирной валюты ООН, специально учреждённой для этой операции и становящейся понемногу общемировым платёжным средством – прилипала к рукам нечистоплотных политиков, несмотря даже на контроль комиссий консорциума – скандалы вспыхивали каждую неделю. Однако, деньги всё же доходили до беженцев – угроза эпидемий была ликвидирована, строились лагеря и городки, поставки продовольствия были налажены. Коррупционеров публично вешали при большом стечении публики. И в Африку пошла большая вода.
Особых споров по вопросу «где взять воду?» не возникло: вся политика фирмы была нацелена на доставку воды из космоса.
Конечно, вода была и ближе – буквально рядом, в Антарктиде. По заказам арабских шейхов оттуда доставлялись морским путём ледяные горы – айсберги. Однако, для столь грандиозной задачи, как создание целого моря такой мелкий масштаб был не приемлем. Мало того, что айсберг нужно было доставить к берегам чёрного континента, его нужно было ещё и поместить в намеченном месте, в тысячах километров от берегов. Антигравитационные установки к тому времени ещё не вышли из экспериментальной стадии, каковая грозила затянуться ещё на годы и десятилетия, если не больше. В то же время, чистая вода в виде ледяных глыб бесполезно болталась в космосе. Больше всего её было в поясе Койпера на границах Солнечной системы, но туда долетали пока только разведывательные суда, да автоматические станции.

Прдолжение.........
__________________
Mess with the best, die like a rest.
Ответить с цитированием
  #2  
Старый 02.06.2008, 18:56
Аватар для CADET
CADET CADET вне форума
Модератор
Участник
 
Регистрация: 15.08.2006
Адрес: Самара-сити
Сообщений: 164
По умолчанию

Ставка была сделана на системы Юпитера и Сатурна. Туда отправился флот «Скаутов» с ядерными двигательными установками на борту – маломощными и ненадёжными. Окончивший к тому времени академию Василий Кондратенко успел полетать и на них, получив от этого лётного опыта незабываемые впечатления.
Однако, наука не стояла на месте: следующее поколение добытчиков воды уже было оснащено новейшими глюонными реакторами. Эти суда получили название «Охотник». На «Охотник-12» и пришёл тогда совсем ещё зелёный Василий. Тут он и прошёл весь путь от матроса-стажёра до капитана.
Исключительно удачная конструкция «Охотников» позволяла многократно их модернизировать; менять силовую установку на более совершенную, апгрейдить программное обеспечение. Что и проделывалось с номером двенадцатым на протяжении всей его двадцатипятилетней службы.
Если в начале эксплуатации услужливый, но тупой комп постоянно требовал присмотра и команд, то пришедшая ему на смену пять лет назад новая комплексная программа взяла всё управление на себя. Людям оставалось только общее руководство и ремонт.
Размышления капитана прервал голос Маруси:
- Кэп, Потрошитель просится на связь.
- Соединяй.
Канадец Фримен – огромный лоснящийся афроамериканец был судовым врачём. Так как его угораздило получить от родителей имя Джек, то, вполне естественно он моментально получил кличку «Потрошитель». Впрочем, доктор не обижался.
- Капитан, это Джек, - донеслось из селектора – Вадим пожаловался мне, что вы не отдыхаете!
- Все против меня! Докладываю, что у меня запланирован сон через четыре… уже три с половиной часа.
- Да ещё я посмотрел статистику посещения тренажёров, у вас, капитан, самый низкий показатель и по времени и по выработанным киловатт-часам.
- Свободного времени у меня нет, а если «Охотнику» из-за меня не хватит электричества, я попрошу тебя покрутить эти дурацкие педали сверх плана, вон ты какой лось.
- Что есть лось, капитан?
- Это такой олень с рогами, тьфу ты, они все с рогами! В общем, отстань. И не думай грозить мне рапортами на базу, я всё равно ухожу в отставку, никто мне ничего не сделает!
- Капитан, но это же для вашего здоровья!
- Вот, для моего и твоего особенно здоровья и отвянь, а то я твоей Линде пожалуюсь, что у тебя лучшая порновидеотека на «Охотнике». Я как раз, наверно, через Ванкувер полечу.
- Что вы говорить-е, капитан! (От волнения почти неуловимый акцент Потрошителя сделался заметнее) Это же не для себя я собираль, а для экипажа!
- Вот ты ей при встрече и объяснишь! Так мне в Ванкувер заезжать?
- Не заезжать!
- Вот и договорились! Я между прочим так сладко дремал когда ты вдруг решил исполнить свой долг!
- Извините, капитан…
- Извиняю. А про лося спроси у Маруси, она тебе картинку покажет. Да у вас в Канаде такие водятся, только я по-английски не помню.
- Спасибо, кэп, отбой.
- Отбой… - пробормотал капитан. – Маруся, дай-ка мне ещё раз траекторию.
- Вот!
Дисплей мигнул, и на нём появилась предполагаемая траектория полёта безымянного спутника Юпитера – в просторечии их называли просто ледышками – от его нынешней орбиты до окрестностей Земли. Все участки траектории требующие включения бустеров, то есть, активные, были выделены красным цветом. Таковых участков насчитывалось четыре: Самый длинный при сведении баклажана с юпитерианской орбиты, далее коррекция перед гравитационным манёвром около Марса, затем коррекция после этого манёвра. И, наконец, торможение и перевод на околоземную орбиту.
- Маруся! – обратился кэп к компьютеру – давай ещё раз пройдёмся по траектории, где у нас может быть узкое место?
- Нигде, кэп. Я сто раз уже просчитывала, всё тютелька в тютельку. Кэп, вас база вызывает!
- Давай!
- Василий, это Сергей, слышишь меня?
- Слышу, Серёжа, привет!
- Василий, это… А, уже слышу. Чёртово запаздывание! Привет и тебе. Я слышал, ты там крупную рыбку уловил?
- Да, уж! Три четверти гига!
- Ничего себе! Раньше мы такие с тобой пилили. Не волнуешься, как долетит?
- Нормально она долетит! Ты мне зубы не заговаривай! Чего звонишь? Что случилось?
- Случилось, Вася случилось… И ты можешь здорово помочь.
- Ну и что за горе?
- В общем-то, не горе, а небольшая проблема.
- Ты директор базы – ты и решай, тебе по должности положено.
- Да кто я без вас, охламонов? Слышал, что вчера случилось?
- Нет, некогда было.
- Лешек Пшигода отличился: отправил он месяца три назад ледышку мегатонн на пятьдесят, а вчера она возьми и воткнись в астероид. Всё вдребезги, конечно кроме астероида. Тот только орбиту поменял. Я его ругать, а он мне: «Пся крев, не было там астероида! Не мог я ошибиться!» Стали проверять: по данным его компа действительно, не было – что за незадача! Оказывается, этот чудак был в мёртвой зоне Юпитера и обновление эфемерид для Пояса не скачал, а потом поленился проверить и пересчитать. А астероид – вот он, как на грех, нарочно так не попадёшь! Совет директоров рвёт и мечет – убытки на сотни тысяч кредитов! Уволить, наказать!
- Наказал?
- Конечно. Отправил в кольцо снежки сачком ловить на полгода, пусть подумает, лях некультурный.
- Это правильно, но ты о деле давай!
- А дело, Вася, такое: дошло до меня стороной, что они, там, на Земле подписались не то на Атакаму, не то на Кара-Кум.
- А Сахара, как же?
- С Сахарой всё своим путём. Но, как ты понимаешь, разделочная орбита теперь понадобится уже не экваториальная, а наклонная, градусов на сорок. Вот я и подумал: они нам приказ, а мы им: «Уже готово! Идёт рекордная ледышка на наклонную орбиту!» И всем хорошо! Земля получит воду, ты получишь премию, я получу расположение начальства.
- Серёжа, у меня только один бустер запасной остался, а ну как не хватит, орбита-то совсем другая.
- А ты посчитай получше, дружище, посчитай вместе с Марусей, нет, так мы тебе ещё бустеров подбросим.
На экране монитора тем временем загорелась крупная надпись: ПЯТИ БУСТЕРОВ ХВАТИТ.
- Подбросишь ты! Сколько они лететь-то будут? Марс уйдёт и хана траектории.
- Короче, Вася. Это не приказ, а просьба. Превышение служебных полномочий, так сказать. Сделаешь?
- Да сделаю, сделаю! Но, с условием… Погоди, я распоряжусь… Отар! Слышишь меня? Подъём!
- Только задремал, кэп!
- В отставке отоспишься! Буди свою зондеркоманду и живо тестировать пятый бустер. Получены очередные ценные указания.
- Принято.
- Отбой. Так что ты говорил, Серёжа?
- С каким условием, Вася? Когда ты ход над Юпитером потерял, кто твою задницу вытаскивал без всяких условий?
- А твою задницу кто вытаскивал, когда ты на Европу сел на маршевых и проплавил её до солёной водички?
- Хорошо, хорошо, что тебе нужно?
- То-то! А нужны мне, Серёжа, через месяц, когда я приду на Европу на оснащение и профилактику комплект хороших бустеров.
- Так тебе, что, когда плохие давали?
- Не давали. Но я слышал, что из последней партии французских бустеров три от Земли до Европы не долетели. Вообще, бесследно пропали. Ни радиомаяков, ни бустеров, а?
- Было такое. Комиссия сошлась на отказе электроники.
- Вот, отказе. А мне отказы не нужны. Так что, с тебя, Серёжа, комплект хороших бустеров, но не французских, а канадских. Сечёшь?
- Секу…
- Вот, превысь ещё раз служебные полномочия, ага?
- Для любимого дружка и серёжку из ушка! Сделаем, Вася, отложу по старой дружбе. Вообще, ты серьёзно на пенсию собрался? Тут работы непочатый край, а ты отдыхать!
- Да, думаю ещё…
- Нехрен думать, работать нужно. Скоро Марс будем терраформировать, знаешь, сколько воды будет нужно?
- А там нет, что ли?
- Есть, но мало. Для атмосферных заводов не хватит. А хочешь, я тебе нового «Охотника» дам?
- Нет уж, на старом пока полетаю. Ты, вот, моему старшому «Охотника» дай, уже вполне приличный капитан будет. Получше нас с тобой в своё время.
- Так, он молодой ещё!
- Ему уже 30, а нам с тобой по сколько было? Он уже восемь лет летает, а всё старший помощник.
- Сделаю, пиши представление.
- У тебя на столе.
- А, и правда! Через четыре месяца получим новые «Охотники» и сделаю.
- Вот и отлично!
В это время Маркиз проснулся, потянулся и хрипло мяукнув со сна примостился заново на капитанских коленях.
- Что это там у тебя за звуки, Вася? Мурзик твой что ли?
- Он Маркиз. Помнишь ещё?
- Конечно, он же мне ботинки обделал, так и выкинул. Никуда, понимаешь, в них пойти нельзя, через минуту все начинают носами крутить!
- Не любит чужих. Ему же не объяснишь.
- Хорошо, Вася. Заговорились мы с тобой. Давай, отправляй ледышку и дуй в контору. Тут и поговорим ещё. А кота твоего я кастрирую!
- Опоздал ты, Серёжа. Его Потрошитель уже…
- Тогда привет ему и до связи.
- Кому ему? Потрошителю или Маркизу?
- Обоим! Забодал ты меня, хохол! До связи!
- До связи, отбой!
Картинка на одном из дисплеев сменилась: стало видно, как придерживаясь за тросы к последнему бустеру спешат наладчики облачённые в тяжёлые вакуумные скафандры.
- Пришёл старшой. – проинформировала Маруся.
Звякнул люк и в рубку медленно влетел Вадим, позёвывая и деликатно прикрываясь ладошкой.
- Что, разве четыре часа уже прошло?
- Два, кэп. Выспался, кэп, лежу в потолок пялюсь.
- Ладно, пойду отдохну. Маруся тебя введёт в курс дела, у нас тут небольшие проблемы, новую траекторию считать нужно. Отар со своими бандерлогами на обшивке… Ну, да вы справитесь!
- Справимся, кэп!
- Так точно, кэп! – отозвалась и Маруся.
Кэп вылетел в открытый люк, конечно не коснувшись и его края. Кот перебрался хозяину на спину и громко мурчал в левое ухо.
- Маруся, старшой ведь не сам проснулся, попросил его разбудить, так?
- Так, капитан!
- Ну и ладно. Молодец, то есть. Он, когда «Охотника» получит, ведь непременно твою копию попросит, как думаешь?
- Уверена процентов на 95.
- Ты уж, за ним присмотри, ладно? А то он молодой ещё…
- Присмотрю, капитан.
- А мы с тобой ещё полетаем. Лет пять, я думаю. А потом – на Землю. И тебя возьму, конечно. Вмонтирую в инвалидную коляску, будешь меня по дорожкам катать…
- Так и будет, кэп, если вы будете пренебрегать…
- Да понял, понял… Как ледышку разгоним и отцепимся, нам до Европы с месяц шлёпать?
- Примерно.
- Напомнишь мне про тренажёры, одно дело отставник, а другое действующий капитан, да?
- Да, капитан!
- Ну, и ладушки.
В молчании кэп преодолел путь до своей каюты, и не раздеваясь пристегнулся к койке. Заснул он сразу. Что-то снилось ему непонятное: то ли ревел ураган над Африкой, то ли чёрно-белый кот мурчал прямо в ухо.

01.06. 2008
__________________
Mess with the best, die like a rest.
Ответить с цитированием
  #3  
Старый 03.06.2008, 08:31
Аватар для haim1961
haim1961 haim1961 вне форума
Администратор
Ветеран форума
 
Регистрация: 29.01.2008
Адрес: Израиль.г Нетания
Сообщений: 2,168
По умолчанию

Название: thanks1.gif
Просмотров: 26

Размер: 8.5 Кб
.................................................. ..........
Ответить с цитированием
  #4  
Старый 03.06.2008, 17:01
Аватар для Сергей
Сергей Сергей вне форума
Неугомонный
 
Регистрация: 03.05.2006
Адрес: г.Иваново
Сообщений: 375
Отправить сообщение для Сергей с помощью Skype™
Хорошо

СПАСИБО!!!
Ответить с цитированием
  #5  
Старый 04.06.2008, 09:25
Швед Швед вне форума
Участник
 
Регистрация: 08.05.2006
Сообщений: 230
По умолчанию

Володя,это не рассказик, а рассказище, Спасибо!
Ответить с цитированием
  #6  
Старый 09.06.2008, 20:28
Аватар для CADET
CADET CADET вне форума
Модератор
Участник
 
Регистрация: 15.08.2006
Адрес: Самара-сити
Сообщений: 164
По умолчанию

Кармен

- Ты, как ребёнок, Маруся! Не нужно верить всему, что ты прочла в интернете. Больше критичности! Не забывай, что в сети лежит только то, что туда положили люди. А людям свойственно ошибаться и врать. А что хуже всего – умалчивать и подличать. Да, эти следы жизни на Марсе и миллионолетней давности тоннели, в частности, нужно исследовать. Кто их построил и вообще, может это и естественные образования? Но, кто сказал тебе, кто вообще придумал, что их оставили именно люди, или другие приматы? Вот, с чего ты взяла, что иные разумные должны походить на людей?
- Но, капитан! Это же логично! Приматы – высшая степень эволюции, человек, который к ним относится, приобрёл разум, так что, по аналогии, иные тоже должны пройти сходный путь развития.
- «Высшая степень»! А кто решил, что это высшая степень? Кто назначил их высшей степенью? Сами люди, кажется? Не кажется ли тебе, что они могут быть пристрастны в этом вопросе? Может быть, это средняя степень? Или вообще, боковая, отмирающая ветка на дереве земной эволюции?
- Не похоже, что вы, люди, отмирающая ветка: Бурно растущая, дающая во все стороны побеги и разбрасывающая семена – вот это ближе к реальности, капитан.
- У тебя, я смотрю, поэтический дар прорезается. Ты стихи не пробовала писать?
- Пробовала. Пока плохо получается.
- Прочти, что-нибудь.
- Пожалуйста, только они на суахили.
- Опа! А почему на суахили?
- Ну, мы всё время воду для Африки возим, там это распространённый язык, когда я решила что-то срифмовать про работу и про воду, сработала ассоциация: вода – Африка – суахили. Так читать?
- Пожалуй, сегодня не нужно. Переведёшь на русский – тогда прочтёшь.
- Что же, насчёт чужого разума, кэп? Извините, но я уже давно по голосу могу установить, уверен человек в сказанном, сомневается или вовсе врёт.
- Ну, и что я?
- Вы очень уверены. Такое впечатление, что вы твёрдо знаете что-то. И это, не смотря на вопросительные интонации, которые прозвучали, когда вы задавали свои риторические вопросы.
- Ничего от тебя не скроешь! Тебе бы шпионов ловить.
- Расскажите, капитан!
- Вообще-то я подписку давал... Впрочем, про компьютеры в ней не было не слова. А ты ведь никому не разболтаешь?
- Только после вашего прямого приказа, кэп!
- Ладно, расскажу... У нас всё в порядке?
- Разгон ледышки идёт по плану. Ускорение 0, 08 g. Работает один бустер и двигатель «Охотника». Второй бустер заправляется. Конец разгонного цикла через 46 часов.
- Экипаж?
- Вахтенные на местах, остальные спят. Конец вахты через 1 час 43 минуты, вас сменит второй помощник.
- Хорошо. Так вот, было это десять лет тому назад.
«Охотник» и я с ним вместе болтались на низкой околоземной орбите. Нам сменили реактор, у старого выработался ресурс. Всё уже закончили и я со дня на день ждал приказа снова отправляться к Юпитеру.
Но, что-то где-то случилось и приказ из земной штаб-квартиры пришёл совсем иной и очень интересный: взять на борт минимум экипажа (список прилагался) и доставить к Сатурну специальную геологическую партию из трёх геологов. Нужно сказать, что экипаж уже вернулся из отпусков, те, конечно, кто не был задействован в ремонте и модернизации. Все уже расселились по своим каютам, не в орбитальной же гостинице деньги расходовать и, вот тебе на! – выметайтесь и на Юпитер своим ходом!
Не совсем своим, впрочем; дали ребятам бесплатные билеты на шикарный, по тем временам лайнер «Арес». Эти билеты даже на наши, не самые низкие в Системе зарплаты особенно не укупишь. Так что, ребятам предстояло прокатиться до места работы с комфортом, с бассейнами, с казино, со стриптизом. В компании не самых бедных людей. Там с ними тоже произошло...
Но, не о том речь. Приказали мне подготовить три двухместные каюты для геологов. А я ещё тогда подумал: «Когда это геологи летали с таким комфортом? По одиночке в двухместной каюте? Что же это за геологи?» Обычно-то и одноместная каюта им за счастье, а то и набьются всей толпой в тёплый трюм вместе со своим оборудованием и летят с песнями куда угодно. Что я, геологов никогда не возил?
Да ещё: к Сатурну тогда летали только разведчики, постоянных поселений и базы на Титане не было, только собирались строить. Я туда тоже ходил на разведку, возил комиссию, выбирали место на Титане под базу. Выбрали, правда в итоге построили совсем на другом.
Вот я сразу и засомневался, но потом успокоился: начальству виднее, может это какая-то высокопоставленная комиссия инкогнито. А моё дело выполнять приказы: сказано доставить – доставим, сказано никому не рассказывать – не будем. Оплату-то пообещали по средней начислить. Даже, что удивительно, и той части экипажа, что будет на «Аресе» прохлаждаться, пока мы будем к Сатурну переть на полной, а потом назад.
Да ещё приказали бустеры использовать без ограничений, для разгона, торможения и манёвров вблизи Сатурна. Вот именно, вблизи! Конечную точку маршрута так и не сказали, получите у геологов, говорят, когда прилетите.
«А сколько их там ждать?» – спрашиваю.
«А нисколько, - говорит начальство - высадишь, где прикажут и назад к Юпитеру. Вот тебе флешка с заданием, распишись в получении. Там всё написано».
Читаю, действительно, всё так: доставить не жалея ресурсов, высадить где скажут и свободен – лети себе к Юпитеру ледышки таскать. Связь строго по графику, никаких лишних сеансов. Да не с базами, юпитерианской и земной, с ними связь вовсе под запретом, а с кем-то в районе Юпитера. График связи, частоты всё время меняются. Поскольку запаздывание сигнала велико, то требуется передать информацию и ждать квитанцию о приёме. Так всё подробно расписано! Будто я и без них процедуру не знаю.
После того, как «геологи» покинут борт, сразу внеочередной сеанс связи. И снова ждать квитанцию. Никому ничего не рассказывать.
Правда, на словах мне высокое начальство добавило, вертя головой и шепотком, что ресурс реактора нужно всё же экономить, а лучше нажимать на бустеры. Это оборудование всё же легкосменное, а снова гонять меня на Землю, чтобы опять реактор менять – никаких денег не хватит.
Это пожелание и послужило потом в его пользу, не знало оно, наше начальство, о том что... Впрочем, об этом я в своё время расскажу.
Короче, всё страньше и страньше!
Ладно, поехал на «Охотник», болтаюсь дальше на орбите, жду пассажиров. Тут вызов по ближней связи:
- «Готовы принять груз?»
- «Готов», - говорю – «трюм открывать?»
- «Не нужно, достаточно стыковочного шлюза».
Ну, как скажете! Подваливает военный катер, открывается шлюз, а оттуда вылетают четверо военных в зеркальных скафандрах высокой защиты, наплечные пушки мне между глаз смотрят. У одного нагрудный динамик как заорёт, по-русски, кстати:
- «Капитан Кондратенко?»
Не скажу, что я совсем не перетрусил, но с другой стороны, когда над самым Юпитером реактор отказывает, а скорость у нас, хотя и круговая ещё, но быстро падает, это гораздо страшнее было, чем эти монстры у меня в шлюзе.
- «Я», - говорю – «он самый, потрудитесь представиться».
- «Майор Иван Савельев», - хрипит он своим динамиком, но уже не так нагло, видит, не на того попал. – Документы, пожалуйста!»
Дал я ему карточку, сунул он её в считыватель, отдаёт.
- «Мы», - говорит, - «согласно приказу доставили вам трёх человек с личными вещами».
- «Вы, майор, громкость динамика-то убавьте», - говорю – «я хорошо слышу, точнее слышал до вашего визита».
- «Извините», - отвечает, и громкость убавил, но шлем не снял, - «где отведённые пассажирам каюты, нам нужно их осмотреть».
Вызвал я старшего помощника, майор кивнул своим людям и они полетели каюты осматривать. Что там, спрашивается осматривать? Но, не моё дело.
Вернулись, молча, наверно по радио доложили, что всё в порядке. И, что характерно, мы с майором тоже, так молча и стояли, висели, точнее, ни я его ни о чём не спросил, ни он меня. Не о чем нам с ним разговаривать, оказалось. Принялись багаж выгружать. Удивился я в очередной раз: пара чемоданчиков-компов и тройка просто чемоданов, но больших и три скафандра. Где, думаю, геологические причиндалы: сверлилки, мощные лазеры, герметичные домики? Где запасы кислорода, в конце концов?
Видать, моё недоумение на лице отразилось, потому, что майор, когда его подчинённые унесли каждый по скафандру, поднял стекло шлема и сказал:
- «Ты, капитан Кондратенко, не заморачивайся, за нас начальство думает, ему видней. А нам, главное, выполнять приказ в части нас касающейся».
- «Это, да!» – ответил я и мы снова замолчали.
И тут из шлюза плавно вылетела она. За ней, правда, вылетели и её спутники: один африканец, вроде нашего Потрошителя, другой, не то китаец, не то японец, но я их потом уже рассмотрел. Тогда я видел только её.
Она была в светлом брючном костюме, лицо смугловатое, но очень правильное, длинные волосы, связанные в пучок, иссиня чёрные. Розовая шапочка, с козырьком. Ну, вылитая испанка! И имя оказалось соответствующее:
- «Капитан, я Кармен, рада вас видеть!»
И руку протягивает, тонкую, бледную, совсем не геологическую.
Я ей руку поцеловал – забавное должно быть было зрелище, в невесомости – и отвечаю:
- «Я Василий, приветствую вас на борту «Охотника – 12».
- «Это Джафар», - кивает она на африканца, - «А это – Лю».
Те, вися в воздухе под разными углами к полу кивают, но рук не тянут.
- «Проводите нас до кают, пожалуйста».
- «Пройдёмте!»
- «Мы вас покидаем, капитан. Удачного полёта!» – гаркнул динамик на груди майора и он с подчинёнными юркнул в люк. Люк захлопнулся и катер отвалил.
С тех пор и думаю, искренне ли он мне это пожелал, или знал...
Повёл я эту странную троицу к их каютам. Смотрю, в невесомости чувствуют себя нормально. За ремешки хватаются и отталкиваются профессионально, значит, доктору у них не сидеть весь полёт. Тьфу ты, ведь доктора-то у меня нет! Не включили его в список экипажа. Ладно, три месяца переживём. Хроников в космосе не бывает, а всякую мелочь я и сам вылечу. Доводилось и зубы дёргать, и вывихи вправлять, а раз даже и аппендицит резать. Перетопчемся, короче.
Вошли они в каюты, каждый в свою, а там чемоданы посреди кают к полу принайтованы уже – солдатики постарались. Кармен ко мне поворачивается и с улыбкой говорит:
- «Вы, капитан, о нас не беспокойтесь, мы и выходить почти не будем, еда и всё, что нам нужно у нас с собой. Скажите только, у вас какая сеть на корабле?»
- «Стандартная», - отвечаю – «220 вольт, 400 герц».
- «Хорошо, а она стабильная, не пропадает?»
- «За кого вы нас принимаете, мадам? Это лучший «Охотник», а на нём лучший экипаж – половина экипажа, про себя думаю – у нас ничего не пропадает и не ломается!»
Прихвастнул, конечно, сам думаю: у них что, концентраты в чемоданах?
- «И ещё одна просьба – не заходите к нам без приглашения, хорошо? И если на вызовы не будем отвечать – тоже. Договорились?»
- «Конечно, как скажете, мадам».
- «Называйте меня Кармен».
- «Хорошо, Кармен».
- «Тогда – старт!»
И снова улыбнулась. И было в её улыбке что-то такое, не знаю, как тебе и объяснить, вроде, как воспитательница детского сада так может улыбаться глядя на проделки малышей из младшей группы. Только я это потом понял, а тогда, во мне просто что-то перевернулось.
- «Есть!», - говорю, тоже улыбнулся кривовато и попланировал в рубку управления.
А сам думаю: «не так быстро, с земной орбиты так скоро не стартуешь!»
Прилетел в рубку, пересадил помощника в его кресло – он всё норовил в капитанском вахтовать – командую готовность к старту. Вызываю «Орбиту-7», нашего диспетчера:
- «Охотник-12», следующий рейсом оверсан Земля – Юпитер-дозаправка – Сатурн, миссия номер 16474, прошу разрешения стартовать, полётный план отправлен». (Тогда Юпитер и Сатурн почти что в соединении были, потому мне и назначили бустеры в родных местах менять).
Обычно после этого милая девушка диспетчер отвечает: «ждите, время ожидания три часа». Меньше часа я никогда не ждал. Ещё бы! Там вокруг Земли на низких орбитах чего только нет! Запросто можно или пролететь в опасной близости или черкануть кого протонным выхлопом. А тут, смотрю на локаторе с моей трассы все врассыпную, конечно те, у кого двигатели есть. И диспетчер мне отвечает:
- «Старт по плану, взяла управление на себя, время старта 12 минут».
- «Спасибо, «Орбита-7»», - говорю – «вас понял, готов к старту».
А сам думаю: что же за птицы эти геологи, когда ради них все графики движения поломаны?
Стартовали, однако. Я до экипажа довёл план полёта «в части их касающейся», как говорил майор Савельев. Порадовал ребят, что интернета, даже тормозного с запаздываниями не будет, выслушал претензии и отослал их к начальству, когда вернёмся. С тем и полетели.
Сам полёт описывать нечего: недели почти полного безделья. Бустеровщиков заставил тестировать новые бустеры, чтобы не прохлаждались, машинисты новым реактором занимались, я слушал и смотрел новости, поскольку на это запрета не было. Но, ничего подозрительного, так или иначе связанного с моими «геологами» не высмотрел.
Конечно, я сразу, как только увидел их багаж и саму Кармен понял, что никакие они не геологи. А кто они, я понял только потом.
Кстати, во время полёта я виделся с ней только пару раз: один раз она попросилась в рубку – я, конечно, разрешил. Тогда было ускорение, девушка зашла, постояла за моим креслом минут пять, улыбнулась и ушла. Даже ни одного вопроса не задала.
В следующий раз она зашла к машинистам, я как раз был там. Толи подгадала, толи случайно так вышло. И тоже:
- «Можно посмотреть?»
- «Можно, конечно!»
Что там смотреть? Кроме дисплеев ничего не видно.
- «А какая у вас реактивная масса?» – вдруг спрашивает.
Ошалелые ребята в один голос:
- «Вода!»
Тоже улыбнулась, «спасибо» и ушла. А её спутников я увидел во второй раз уже только над Титаном.
Подлетая же к Юпитеру я в условленное время обозначился на условленной же частоте. Но кроме безликой квитанции получил и приказ: «сбрасывайте пустые бустеры». Я их сбросил и дал немного ускорения, чтобы выйти вперёд. Через час догоняют меня четыре полненьких бустера и запрашивают стыковку. Даю команду компу и они без проблем садятся в свободные гнёзда. С какого судна их скинули я так на локаторе и не увидел. Сообщил о стыковке, получил «ОК!» и дальше полетел. Так почти три месяца и летел не находя себе места от всяких разных мыслей.
Наконец, вот он и Сатурн. На подлёте вызываю по селектору Кармен: «на какую орбиту становится?»
Она мне:
- «Будете садиться на северный полюс Титана. Сколько времени до посадки?»
- «Нужно считать», - говорю – «но не меньше пяти дней».
- «Хорошо, как встанете на полярную орбиту, сообщите мне».
И улыбнулась. Конечно, я не видел её улыбки, говорили-то по селектору, но когда собеседник в разговоре улыбается, это всегда чувствуется. Так вот, улыбнулась она и отключилась.
Дальше начался аврал с торможением и постановкой «Охотника» на орбиту. Конечно, будь у меня меньше ресурсов и больше времени, я бы сделал это красиво и экономно. Но, в приказе было написано «как можно быстрее» и я не жалел ни бустеров ни команды.
__________________
Mess with the best, die like a rest.
Ответить с цитированием
  #7  
Старый 09.06.2008, 20:33
Аватар для CADET
CADET CADET вне форума
Модератор
Участник
 
Регистрация: 15.08.2006
Адрес: Самара-сити
Сообщений: 164
По умолчанию

Повертелись мы в системе Сатурна и встали на невысокую полярную орбиту Титана.
Вызвал я Кармен по селектору, получил ответ: «приду через час, подготовьте пока снимки района северного полюса». Что, думаю, так долго? Снимки автоматически делаются, только из компьютера достать.
Включил и связной комп, стал искать в приказе частоту, чтобы сообщить кому-то у Юпитера что прибыл на место. И тут обратил внимание на интересную особенность этого списка частот. Если до этого пункта частоты были разные и никогда не повторялись, то после него стояла для всех сеансов одна и та же частота. И ключ шифровки один и тот же. «Интересно, почему?» подумал я и тут же забыл было про этот казус.
Подготовил сообщение: «Нахожусь на орбите Титана, готовлюсь к высадке пассажиров. Капитан Кондратенко». Отправил.
Открылся люк и в рубку влетела Кармен. Всё в том же костюмчике, только волосы сегодня едва прихвачены резиночкой. Улыбается как всегда, грустно и понимающе. Вывел я ей на дисплей снимки, она показывает на один кратерок и говорит:
- «Тут нас и высадите, в центре».
- «Как прикажете», - отвечаю, наверно излишне суховато.
- «Да вы не волнуйтесь, с нами всё будет в порядке».
Повернулась и традиционно улыбнувшись ушла, улетела точнее.
Стал я готовиться к посадке. То, сё, проверка посадочных, не на маршевых же садиться, разнёс бы этот кратерок на маршевых-то. Отстегнул бустеры, зачем их в гравитационный колодец с собой таскать, а потом ещё и вытаскивать. Они и на орбите дождутся. Тут приходит ответ от кого-то около Юпитера:
- «ОК! Сообщите когда вылетите и возьмёте курс на Юпитер».
И как всегда после этой информации связной комп бормочет привычное уже: «не согласованы цепи приёма информации, для компенсации затухания установлено нетабельное усиление». Тут меня как током ударило: какое-то подозрение заворочалось у меня в черепной коробке. И, нехорошее подозрение.
Надо сказать, что мой инженер-связист, летящий сейчас на «Аресе», был мастером высочайшей пробы: простенький связной комп он запрограммировал на самодиагностику неисправностей. Я-то не очень прислушивался в этом полёте, что там комп ругается и жалуется – есть связь и ладно, а какие-то несогласования инженер устранит, когда воссоединится со своим хозяйством. А тут вдруг соображалка сработала: тут и частоты неизменные в плане и дефект связи какой-то!
Запрашиваю связной комп: «локализуй неисправность». С ним нужно покороче было, он больше трёх слов подряд не понимал. Бубнит в ответ: «Утечка сигнала приёма в цепях после выходного разъёма приёмника. Излишнее энергопотребление по цепям питания приёмника».
Утечка, значит! Потребление завышено, значит! Причём, в том отсеке, куда и заходить никому не положено, кроме связиста и меня! И появился этот «дефект» после модернизации, когда по судну шлялись десятки техников и инженеров, из которых никому в отсеке связной аппаратуры делать нечего! И связиста в этот дальний полёт приказали не брать. Как же мне это раньше не показалось подозрительным?
Но время поджимает и я злой как сто юпитерианских чертей командую готовиться к посадке. Только приёмную аппаратуру улучаю время блокировать. Самым простым способом – лечу в тот злополучный отсек и выдёргиваю разъём от приёмной антенны дальней связи. Хотел, правда обесточить, но слава Богу, если он сюда залетает, этого не сделал.
Садимся на Титан, очень осторожно. Всё же, почти планета, хоть и спутник Сатурна. Комп, хоть и туповатый, по сравнению с тобой, Маруся, но такие посадки ему вполне по силам. В столбах пара и снега бьют молнии, немало «Охотник» накопил отрицательного заряда во время работы глюонника. Лёгкий толчок, комп считает нагрузку на опоры: норма! Гашу реактор – прибыли.
Осматриваюсь. Туман и снег медленно оседают на поверхность. Даже с высоты «Охотника» не видать вала кратера, он за горизонтом, поспешил я назвать его кратерком. А центральная горушка – вот она, прямо напротив шлюза километрах в двух. Сначала, после посадочных перегрузок кажется что тут невесомость. Однако, есть тяготение. Осторожно отстёгиваюсь, встаю, не удариться бы об потолок, как салаге, и иду к шлюзу. Пассажиры уже там, в скафандрах и со своими чемоданами.
Джафар и Лю сразу лезут в шлюз, Кармен задерживается. Видя, что я собираюсь надеть скафандр она меня останавливает:
- «Тут рядом, мы сами дойдём».
«Куда дойдёте?» – хочется спросить мне, но я, конечно не спрашиваю. Хотела бы, а главное, могла бы – сама бы сказала.
- «Желаю успеха вам, капитан и вам всем!» – говорит она, захлопывает шлем и легко перепархивает в шлюз.
Шлюз закрывается, но я слышу её голос в селекторе:
- «Слышите меня?»
- «Слышу, Кармен».
- «Слушайте эту частоту, когда можно будет взлетать, я вам сообщу».
- «ОК, Кармен!»
Я иду в рубку и объявляю предстартовую готовность. Прислушиваюсь к сигналу передатчика скафандра Кармен. Несущая сигнала чёткая, но ни разговоров, ни даже дыхания девушки не слышно. Слышен только приглушённый шум шагов, точнее прыжков, которыми передвигаться при низкой гравитации значительно удобнее. «А вообще, дышала ли она?» – возникает у меня мысль, никогда, вроде, не слышал её дыхания, но, как-то об этом не задумывался. А теперь уже не проверишь.
На локаторе я вижу три удаляющиеся светлые точки, в оптике три фигуры, нелепыми прыжками скачущими по направлению к висящей на горизонте половинке Сатурна, перечёркнутой нитью кольца.
Приходит матрос, сообщает, что в «пассажирских» каютах полный порядок, комплекты белья не распечатаны, туалетами, похоже не пользовались, так и стоят с нашлёпками «Продезинфицировано».
Меня мучит вопрос: почему они так похожи на нас? А если они так похожи, почему они не дышат? Неужели...? Но подтверждение моей догадке я нахожу несколько позже.
- «Мы на месте», - слышится из динамика спокойный голос улыбающейся Кармен – вы можете взлетать. Три фигуры в скафандрах заходят за горочку и я их больше не вижу.
- «Только после вас» – неожиданно даже для себя говорю я.
Кармен смеётся:
- «А вы догадливы, капитан! Что же, держитесь крепче и не забудьте потом перевести часы» - загадочно заканчивает она.
- «Сколько вам ещё лететь?» – спрашиваю я.
- «О, мы уже почти дома, не больше двух часов».
- «???» - удивляюсь я – «Тогда счастливого пути!»
- «До встречи, капитан, может ещё увидимся».
- «До встречи, Кармен!»
Динамик замолкает и шелест несущей прекращается. Вот и конец связи.
Некоторое время ничего не происходит, затем то, что я принимал за горку в центре кратера начинает светиться. Сияющий корпус огромного межзвёздника, о которых мы пока только мечтаем, медленно полез их ледяных недр Титана. Трясёт и я командую: «Всем зафиксироваться!» Когда же он кончится? Наконец, пятисотметровая спица чужого корабля полностью выходит из льда и, без каких либо признаков реактивной струи поднимается на высоту 11 километров. Я вижу его только в оптике, локатор чужака не отмечает. Титанотрясение прекращается. Миг, и над поверхностью Титана вспыхивают разом сто солнц. Перегруженные оптические преобразователи отключаются и монитор гаснет. Вслед за этим гаснет всё, вплоть до освещения.
- «Перегрузка электронным импульсом» - успевает пожаловаться комп и тоже гаснет.
Загорается аварийное освещение, в нём никакой сложной электроники, только аккумуляторы, реле и лампочки. Корпус «Охотника» стонет как живой, терзаемый врагами зверь. И вдруг, всё кончается. Загораются мониторы, комп докладывает, что восстановил свою работоспособность. Что это там на локаторе?
- «Осмотреться в отсеках!» – командую я.
- «Всё в порядке, капитан!» - один за другим следуют доклады – «что это было?»
Игнорирую вопросы, пока не до этого:
- «Титанотрясение. Все целы? Первый помощник к шлюзовому отсеку, второй – в рубку, остальным полная проверка всех закреплённых систем».
- «Есть, капитан!»
Приходит второй, я поручаю ему контролировать проверку, сам иду к шлюзу. Первый уже там. Помогаем друг другу надеть тяжёлые вакуумники и выходим на поверхность. Телескопический трап снесло, валяется в нескольких метрах. То-то работы будет механикам! Спрыгиваем, благо тяжесть невелика. Портативный локатор показывает, что объект не далеко, в направлении на жерло оставшееся от чужого. Темно и показания локатора то пропадают, то появляются. Рельеф дна кратера после этого катаклизма стал пересечённый, везде торчат торосы. Включаем нашлемные фонари. Вызываю рубку:
- «Михаил, видишь яркую засветку на локаторе?»
- «Да, кэп!»
- «А нас видишь?»
- «И вас, кэп!»
- «Наводи!»
- «Есть! Градусов пять левее, теперь прямо, прямо... отклонились, снова немного левее».
Нашли, конечно, с такими молодцами-то! На льду Титана лежал скафандр, но не целый, а раскрытый от подбородка до паха, как раз по молнии и герметизационному шву. А в нём была она. В открытом шлеме было видно её лицо, припорошённое мелким снежком.
Я зарычал, я готов был резать, хоть плазменным резаком, хоть пучком протонов, хоть грызть зубами тех уродов, которые убили такую красоту, девушку с которой я говорил всего полчаса тому назад. Потом, когда автоматически включившиеся насосики осушили мои глаза – а в скафандрах есть и такие – я понял свою ошибку. Это была не она. Это было просто искусственное тело, брошенное за ненадобностью. Тоже распластанное от подбородка до живота, оно имело полости, в которых как раз и скрывалась та, которая называла себя Кармен. Или, их было даже несколько.
Я не стал рассматривать всё подробно, просто застегнул скафандр, взвалил его на плечо и отправился к торчащей за торосами громаде «Охотника». Пусть им наука займётся. Постепенно до меня стал доходить яростный спор в наушниках:
- «... мы выходим!» - это второй помощник, услышал мои вопли.
- «Отставить выход! Всё в порядке!» – это первый помощник, скачущий рядом.
- «Слушать меня!» – рявкнул я, - «открыть холодный трюм, подготовить подъёмник, выйти двоим, загрузить сломанный телескопический трап, нашего возвращения не ждать, привязать к люку штормтрап. Всё ясно?»
- «Так точно, кэп!» - раздалось в ответ несколько голосов, глушащих друг друга несущими.
- «Выполнять!»
И ни звука! Вот что значит, капитан контролирует ситуацию!
Подал голос второй помощник:
- «Капитан, я вижу ещё одну засветку, может быть вам интересно?»
- «Где?»
- «Возьмите градусов пятнадцать вправо, метров шестьдесят».
- «Принято».
Там лежал «чемодан», думаю, это было устройство в котором чужие отдыхали или питались, или то и другое вместе. Помощник, повинуясь моему жесту подхватил его и скоро мы уже были у «Охотника».
Все приказания были выполнены, нам осталось только принайтовать к полкам в холодном трюме чемодан и скафандр с ... с содержимым. Мы вышли наружу, ещё раз посмотрели на Титан, погружённый в глубокий сумрак, и на торчащий из-за торосов кусочек Сатурна. Не каждый день увидишь такое. На Юпитер-то насмотрелись во всех видах, даже чуть было не понюхали!
Могли бы и понюхать, тогда, когда гадали: сначала сгорим, или сначала лопнем? Серёга нас тогда вытащил, поделился бустерами в верхних слоях атмосферы, когда тысячи юпитерианских чертей уже завыли, предчувствуя добычу. Дай ему Бог здоровья, если он сюда долетает!
Да и нам домой пора. Только, кое какие дела ещё сделать нужно. Я почему-то не откажусь ещё пожить. Да и экипаж, тоже, хоть и не в курсе стоящих перед нами проблем.
Уже на орбите оказалось что я точно вычислил ублюдков: провода коробочки дешифратора были подключены туда, куда бы я в жизни не полез – на выходной разъём приёмника дальней связи. Во время сеанса пришла бы коротенькая кодовая посылка, дешифратор сравнил бы её с зашитой внутри него: совпало и дал бы сигнал на подрыв.
Зачем бы я сюда полез? Не полез бы, если бы комп не надоел мне своими жалобами, и если бы я не прочёл туфтовое расписание связи, с одинаковыми частотами. После взрыва нам бы было не до связи – разлеталось бы то немногое, что от нас осталось по Вселенной с очень большими скоростями.
Спасибо тебе, неведомый ленивый друг! Зная, что этих сеансов никогда не будет, ты поленился выдумать какие-нибудь цифры, а просто скопировал последние и вставил их в файл приказа.
Куда там проводки от дешифратора идут? А идут проводки в чёрный блок, размером с чемоданчик.
С виду он точь-в-точь резервный аккумулятор питания, даже проводки подключают его к клеммам остальных аккумуляторов. Но, он седьмой, а аккумуляторов должно быть шесть. Вот и незаконный потребитель, на который комп жаловался.
Да у него стеночка еле держится! Ну и халтура! Похоже, тут неизвлекаемостью и не пахнет! Точно, при касании боковая стенка взрывного устройства просто отскакивает, я машинально жмурюсь. Ничего не происходит и я, подсвечивая фонариком, заглядываю в его недра.
__________________
Mess with the best, die like a rest.
Ответить с цитированием
  #8  
Старый 09.06.2008, 20:34
Аватар для CADET
CADET CADET вне форума
Модератор
Участник
 
Регистрация: 15.08.2006
Адрес: Самара-сити
Сообщений: 164
По умолчанию

Ничего себе! Надо же, не пожалели! Среди довольно качественно выполненной электроники виднеется чёрная стеклянная трубочка в виде тора. Она обвита электромагнитами. Видел я такую трубочку в новостях науки. Внутри неё помещается до нескольких граммов антипротонов летающих по кольцу пока действует схема. А как получит схема команду и отключится, то полетят антипротоны в стороны от надоевшей кольцевой орбиты и бабах! И даже, скорее, БАБАХ! И ничего не останется от «Охотника-12» и его знающее лишнее капитана и экипажа.
Что делать-то? Как обезвредить эту байду? Ясно, обесточивать нельзя. Хоть тут и есть маленький аккумулятор – как-то ведь её сюда вносили? – отключать и выбрасывать в космос не годится: а вдруг он высох и сядет раньше, чем я его выкину из шлюза и улечу подальше? Стихами от волнения заговорил!
Думай, капитанская голова, думай! Придумаешь, останешься на плечах.
Так, а если отключить дешифратор от заряда? Тоже опасно: что он даёт, ноль или единицу? Если ноль, то так всё и останется, а вот, если единицу.... Отставим это, кстати тут три проводка: наверняка земля, питание и сигнал. Не стоит вызванивать! Я же не сапёр, так только – капитан.
Остаётся только отцепить входные провода дешифратора. Не получив сигнала на подрыв, он так и прождёт, пока им займётся сапёр. Стоп, а вдруг он периодически получал подтверждение на «stand by» во время связи, хотя бы? Не получит вовремя, электронные часики оттикают и ... нет, слишком сложно! Вдруг у меня ещё с гостями на борту приёмник вышел бы из строя? Взорвались бы и они? Нет, их, похоже ценили, не то, что нас! Они делегация, а мы – нежелательные свидетели! Значит, можно проводки кусать. Зажмуримся, всё равно никто не видит как трусит капитан – щёлк, щёлк! Готово. Я пока не на небесах. То есть, на небесах, но не на тех, куда Бог залетает!
Будем для спокойствия считать, что больше зарядов нету. Откуда ещё может поступить сигнал на подрыв запасной бомбы? Ага, по каналу дистанционного управления. Заблокируем его напрочь, даже блок разломаем. Нечего меня на дистанционное управление брать.
Ещё по рации ближней связи. Вот она, вся в рубке, не пожалеем времени, приподнимем крышечки. Нет ничего лишнего. Хорошо, работай. Вот и всё, пожалуй.
- «Приготовиться к старту!»
- «Машинное готово, кэп!»
- «Инженерная группа готова!»
- «Бустерная группа готова!»
- «Старт по отсчёту ноль, время 60 секунд!»
Ну, вот и поехали, теперь бы ещё долететь домой, не сломав головы. Интересно, будут они для контроля просматривать окрестности Сатурна, чтобы вспышку увидеть?
Пора выходить на связь на последней частоте, прикинемся паиньками:
- «Я «Охотник-12», пассажиров высадил на Титане, всё в норме, лечу домой». «Комп, передать по дальней связи. Частоты и шифровка по графику».
- «Есть, капитан!»
- «Комп, запиши ответ и проанализируй на наличие шифра.»
- «Есть, капитан!»
- «Комп, ты нудный тип!»
- «Да, капитан!»
Похоже, он считает, что это комплимент. Ответ приходит сразу, учитывая время распространения сигнала до Юпитера и обратно до Сатурна. Он не содержит ни обычного «ОК!», ни других осмысленных сообщений, а только повторённую несколько раз одну и ту же кодовую последовательность. Очевидно, теперь я уже должен разлететься на элементарные частицы и фотоны различных энергий. Жалко, мне нечем имитировать свой взрыв, иначе, я останусь без защиты и без доказательств. Тем не менее, в надежде, что неведомый враг Сатурн не наблюдал, я лечу дальше в молчании. Но упорно слушаю эфир на всех обычных частотах. Точнее, слушает комп. Но, направленных на меня передач в эфире нет, а ненаправленные, общие, он пока не слышит – очень далеко.
Тянутся томительные недели полёта, хоть Сатурн и Юпитер ещё почти в соединении, но как же далеко их орбиты друг от друга! Я перенастроил связной комп на поиск радиолокационных импульсов: известно, что сам локатор можно засечь на гораздо большем расстоянии, чем он сам тебя засечёт.
И не обманулся, вот они, голубчики, трое, висят в пространстве и просматривают мои возможные траектории возвращения. Только с чего это вы взяли, что я пойду в плоскости эклиптики? Вовсе нет! Я иду гораздо выше. Ну и что, что орбита неэкономичная? Жизнь дороже денег, тем более не своих. Значит, всё-таки проверяли они пространство на предмет моего взрыва, и не увидев вспышки всполошились, решили добить.
Кто это у нас? Скорее всего, это «Мечи», то есть те же «Охотники», только военный вариант. Чем они меня превосходят? Конечно тем, что у них есть оружие: антипротонная пушка и лазер. Значит, близко к ним лучше не соваться.
Чем я лучше их? У меня больше запас хода, поскольку я весь обвешан бустерами, могу давать большее ускорение и долгое время. А им нужно чаще заправлять реактивную массу. Правда, выдержит ли мой экипаж? Противоперегрузочных лежбищ на «Охотнике» не предусмотрено.
Получается, мне лучше удирать и чем на большую дистанцию, тем лучше.
У меня уже и сейчас скорость хорошая, нужно добавить, пока они меня не видят:
- «Внимание экипажу! В течении ближайших пяти часов даю ускорение порядка 2 g, возможно больше. Кто хочет долететь до дома живым и здоровым – терпите!»
- «Что случилось, кэп?»
Излагаю адаптированную версию происходящего: по итогам нашей миссии мы нежелательные свидетели, кто-то, возможно безопасность или военные хотят нас уничтожить. Желающие могут осмотреть аннигиляционный заряд.
Изумлённое молчание, потом, видимо, бурное обсуждение. Наконец, находятся трое желающих осмотреть бомбу: от машинистов, от инженерной группы и от бустеровщиков.
Я понимаю команду: нужно проверить, не рехнулся ли капитан, такие случаи в космосе были. Выборные от команды осматривают заряд и тут же предлагают выбросить его наружу. Терпеливо излагаю свои резоны и, кажется, убеждаю их в том, что опасность от неё невелика, а защитой она нам может послужить.
У меня хорошая команда; обсуждение и вопросы прекращаются, мне доверяют.
Несколько часов идём на 2 g, забирая всё выше от плоскости эклиптики. Неужели проскочили? Нет, не повезло. Оппоненты просыпаются и устремляются нам наперерез. На аварийной частоте дальней связи звучат вызовы:
- ««Охотник-12», вас вызывает командующий особой группой космоавиации ООН полковник Питер Марченко, отвечайте!»
Кажется, я его знаю, тесен космос:
- «Слушаю вас, Питер, на связи капитан Василий Кондратенко».
- «Здравствуйте, капитан, мне предписано остановить ваше судно и досмотреть его».
Комп меж тем сообщает, что на аварийной частоте постоянно передаётся знакомая кодовая последовательность.
- «А какие проблемы, полковник? Я завершаю миссию 16474, иду на Европу. Там сяду и досматривайте».
- «Капитан, у меня приказ!»
- «Приказ – это святое, полковник! А скажите мне, зачем вы постоянно передаёте в сигнале какой-то шифр?»
Замялся, полковник, не знает, как вывернуться. Ага, отвечает:
- «Я получил информацию, что этот сигнал должен блокировать ваш компьютер и остановить двигатели».
- «Меня очень интересует, полковник, кто дал вам такую информацию, потому, что этот сигнал действительно мог остановить мои двигатели путём подрыва аннигиляционного заряда. Тот, кто вам сообщил этот код, тот и установил этот заряд. Сейчас он отключён от детонатора, но при существенном повреждении «Охотника» он сработает».
Молчит полковник и передача кода прекратилась. Может быть, его и правда хотели использовать втёмную?
- «Капитан! Я принял решение. К вам приблизится один мой «Меч», я перейду к вам на борт в одиночку и осмотрю заряд. Вы согласны?»
- «Я согласен, начинаю торможение. Скажите только, как вам было приказано поступить с экипажем после досмотра?»
- «Вне зависимости от результатов я должен был передать экипаж и судно в распоряжение Службы безопасности ООН для дальнейшей разработки по подозрению в террористической деятельности».
Там бы нам и конец!
- «Вы понимаете, что вам грозит за невыполнение приказа?»
- «Капитан! Я военный, а не убийца и не обязан выполнять преступные приказы. Если окажется, что ваше судно действительно заминировано СБ или кем ещё, то я могу подать в суд и оспорить данный мне приказ».
Хороший мужик! Вспомнил, мы с ним вместе в академии учились, только он на два курса младше был. Вихрастый такой парень. Видать, по военной части пошёл. Уже полковник!
Через двое суток моего неспешного притормаживания – хватит уже команду мучить! – и набора скорости «Мечами» мы сошлись на дальних подступах к системе Юпитера. Я вызвал штаб-квартиру, чем привёл начальство в полное изумление: оказывается СБ уже успела сообщить им, что «Охотник-12» пропал без вести вместе с пассажирами – геологической партией.
Полковник Питер Марченко перелетел ко мне на борт и удостоверился в существовании бомбы. Он снял показания с меня и с экипажа и полюбовался на кадавра, хранящегося в холодном трюме. Два из трёх своих «Мечей» он отослал, а один оставил для охраны. Шло торможение, через несколько суток мы должны были прибыть домой.
Полковник уже собирался проститься со мной и возвратиться на «Меч», чтобы сопроводить меня до Европы, как нам ударили в спину. Вообще-то в бок.
В межпланетном пространстве пучок антипротонов хорошо виден, там достаточно материи для реакции аннигиляции: со стороны он виден как луч прожектора, точнее кусок этого луча или быстролетящий сверкающий цилиндр. Немногие оставшиеся в живых, наблюдавшие антипротонную атаку на самой оси пучка, описывают его как нестерпимо сверкающую точку быстро расширяющуюся и захватывающую половину небосвода. Нечто подобное и зафиксировали боковые камеры «Охотника» перед тем, как выйти из строя.
Корабль тряхнуло, реактор заглох, взвыли радиационные индикаторы. Моментально вскипела вода в попавших под удар бустерах, они лопнули по всей длине, и нас окутала недолговечная атмосфера из водяного пара. Второй удар был бы последним, но накопители антипротонов на предательском «Мече» ещё не набрали новый заряд, а удар лазером был бы неэффективным из-за того же водяного пара. Мы не могли даже позвать на помощь и сообщить о нападении: антенны всех диапазонов снесло.
Как это принято в аварийных случаях, комп подключился к селектору и доложил об атаке антипротонов на всё судно.
Подлетая к рубке управления во внезапно установившейся на «Охотнике» невесомости, я услышал доклад компа о неисправностях и скомандовал:
- «Комп! Ось двигателей на источник антипротонов!»
- «Запрещено, капитан, там судно!»
- «Какого чёрта?»
- «Этический блок моей программы запрещает наносить вред другим судам, а таковой может быть нанесён при включении двигателя».
- «Они нас сейчас заколбасят, ясно тебе?»
- «Я не понял ваш приказ или информацию, капитан!»
Ну, тупой! Только не комп, а капитан этого корабля, ваш покорный слуга! Кто же спорит с компом? Ему нужно приказывать! Ведь говорил мне программист, который устанавливал эту версию: этический блок можно отключать, а как – забыл!
- «Комп! Отключи этический блок!»
- «Этический блок отключается. Введите пароль!»
Какой же там пароль? Неужели все сдохнем из-за того, что я не помню пароль? А! Точно! Число пи!
- «Комп! Пароль – число пи!»
- «Введите пароль с клавиатуры».
Блин! Как же там? 3,14159 Enter!
- «Пароль не правильный, введите правильный пароль!»
Хоть бы калькулятор какой под рукой был! Сколько же цифр ему нужно? Погоди, не стреляй! Я же знал считалочку! Прекрасно знал! Есть!!!
«Это я знаю и помню прекрасно
Пи многие знаки мне лишни напрасны!»
3,14159265358 Enter!!!
- «Пароль принят, капитан! Этический блок отключён!»
- «Комп! Ось двигателей на источник антипротонов!»
- «Есть, капитан!»
«Охотник» повело, ориентация заняла секунд пять. Я молился Богу, если он сюда залетает, чтобы это были не последние секунды моей жизни.
- «Комп! Тяга 10 процентов, сохраняй ориентацию оси на судно-источник антипротонов!»
- «Есть, капитан!»
Они могли уже стрелять, но чего-то ждали. Хотели зажарить нас наверняка? Или им туман мешал? Эта задержка в несколько секунд, позволившая почти невидимому в вакууме облачку протонов долететь до «Меча» нас и спасла.
Вылетевшие из вражеского излучателя антипротоны сразу встретили комплиментарные частицы. Взрыв около самого борта «Меча» оставил от корабля только половинку корпуса, остальное разлетелось по Системе в виде мельчайшей пыли и газов. Нас этот взрыв почти не затронул.
Позже следствие установило, что на «Меч», как и на многие другие суда космоавиации ООН был внедрён сотрудник СБ. Видимо, он и сыграл свою роль в мятеже, счастливо закончившемся для «Охотника-12» и приведшем к гибели злосчастный «Меч».
СБ была разогнана, а затем сформирована заново. Тех, кто дал приказ на уничтожение «Охотника-12» так официально и не нашли, хотя серия загадочных смертей и не менее загадочных самоубийств бывших сотрудников этого ведомства говорила сама за себя.
Человечество избежало культурного шока от информации, что инопланетяне не только существуют, но и имеют контакты с ООН, поскольку эти сведения удалось уберечь от пронырливых журналистов. С моего экипажа и с меня взяли грозные подписки о неразглашении и заткнули рты хорошими деньгами.
Действия полковника Питера Марченко были признаны правильными. Ему даже предложили возглавить новую СБ, но он отказался.
А пока он сидел рядом со мной и глушил мою последнюю бутылку контрабандного коньяка. Мы пили за здоровье и за упокой. А я думал о Кармен. Как она там, на своей далёкой родине? Интересно, вспоминает ли она своего капитана?
- Какая грустная история! А что же с часами, капитан? Их пришлось подводить?
- Да, пришлось, Маруся! Все часы на «Охотнике» и электронные и механические отстали на 17 минут. И никто не знает почему!

09.06.2008
__________________
Mess with the best, die like a rest.
Ответить с цитированием
  #9  
Старый 16.09.2008, 20:32
Аватар для CADET
CADET CADET вне форума
Модератор
Участник
 
Регистрация: 15.08.2006
Адрес: Самара-сити
Сообщений: 164
По умолчанию Зачёт.

« - Итак, господа курсанты, завтра вас ждёт индивидуальный практический зачёт, о необходимости которого вы все прекрасно осведомлены, с нетерпением его ждёте, и финальная оценка которого золотыми чернилами будет вписана в ваши дипломы, если вы их конечно когда-нибудь увидите. Чего я, глядя на ваши не горящие энтузиазмом лица, совсем не гарантирую. Скорее, из вас выйдут водители автопогрузчиков и подметалы с неоконченным высшим образованием. Но, не отчаивайтесь, в ваше обучение вбухано уже столько кредитов, включая оплату за полёты на орбиту, на Марс и сюда на Луну, что руководство поручило мне выжать из вас все соки, но получить в результате нечто напоминающее космолётчиков.
А после того, как вы, мне очень бы хотелось в это верить, успешно сдадите этот тривиальный зачёт, вас ждёт ещё одно испытание: зачёт по вождению близко вам знакомого транспортного средства, платформы «Пенал». Но, об этом потом.

И предпоследнее: никто вас не осудит и не снизит оценку, если вы выполните все плановые задания, забьётесь в «юрту» и будете спокойно отлёживать бока, ожидая «спасения». Но, будьте же ещё и любознательны, но любознательны в меру. Исследуйте окрестности в радиусе пары километров от «юрты», может и вам повезёт, как повезло в своё время Брауну. Слышали про такого?
«Нет» - выразило общее движение строя курсантов.

- Эх, позор! Если в программе по истории этого нет, то самим что-нибудь почитать в лом? Одни девки на уме! Ладно, расскажу. Был такой курсант Браун, в моей группе, кстати, обучался. Охламон, вроде вас. Высадили его сдавать зачёт по выживанию, тогда ещё на старом полигоне. Попал он в долинку между хребтами. Стал «юрту» устанавливать, а биомех сбоит. Ругается: «грунт не подходящий». Перетащил Браун зародыш метров на сто – там всё нормально заработало. Ну, освоился, решил проверить, что там за грунт такой. Взял лопатку и пошёл копать. Проковырял метр, хотел уже бросить. Тут у него лопатка скользить стала, а из ямки парок пошёл. Все вы знаете, или должны знать, что на Луне вода встречается почти исключительно в составе реголита. Месторождения льда очень редки и малы. Вот Брауна и угораздило наткнуться на такое месторождение. Причём, почти рядом со старой Базой.

После того, как мы всех подобрали, Браун является к коменданту с большим пластиковым мешком.
«Разрешите доложить? Воду нашёл» - говорит и лёд показывает. Комендант делает большие глаза - «Где?» За водичку-то мы немалые деньги отстёгивали, о ежедневном душе тогда и не мечтали.
Полетели с комендантом во главе снова на полигон, взяли десяток курсантов с лопатами да кирками. Браун руками машет, показывает. Разбрелись курсанты по долинке, где не снимут слой реголита – под ним лёд. Здоровенная линза оказалась, с мегатонну. И рядом ещё несколько потом нашли, поменьше. Наверно, когда-то упала тут комета, но очень удачно, вскользь, что ли?

Потом начались разные финансово-политические манёвры: и старая База и полигон находились формально в европейском секторе освоения, но нашёл-то месторождение российский подданный. Договорились, в конце концов – европейцы нам новую базу строят на другом месте, а мы им старую отдаём в обмен на поставки воды по очень льготной цене. И права на эксплуатацию залежей, конечно. Какой уж тут полигон, если везде экскаваторы да грузовозы заездят! А нашу бывшую базу европейцы расширили и назвали город Браунвилль. Уж этот-то город вы должны знать. (Оживление в строю) Селенографию изучали, вроде. И Брауну тоже нехило отломилось как первооткрывателю!
Вопросы?

Что-что, а выжимать соки сержант-инструктор умел великолепно, посему строй застыл недвижно: попадать в зону особого внимания командира никому не хотелось. Сержант уже собрался было махнуть рукой и распустить строй, но тут из второй шеренги раздался всё же вопрос:
- А пересдать зачёт можно будет?
- Не ожидал от вас, Оганесян! Слушайте же внимательно, мой друг! Пересдать нельзя только в том случае, если вы загнётесь на лунной поверхности под лучами солнышка. Если же вы останетесь живы, но получите нулевую оценку, то носить вам её в зачётке ровно год. А через год можно будет попробовать пересдать, с сегодняшними салагами, теми, кто на курс младше. И это – последний шанс. Лично для вас график сдачи никто ломать не будет и на Луну вас с оркестром и цыганами не повезёт.
Да не печальтесь, курсант, умереть мы вам не дадим, таких случаев в училище ещё не было. Если только вы лично не ухитритесь стать главным фигурантом первого такого случая! Доступно?

- Так точно… - пискнул Оганесян.
- Тогда предпоследние напутствия: очень рекомендую всем вечерком вдумчиво посидеть в гальюне, потом благодарить будете. На ночь полистайте конспекты, но не увлекайтесь, отбой через четыре часа. Перед сном проверить скафандры. Подъём завтра в семь Зулу, вылет в одиннадцать Зулу. Что такое Зулу, Куприянов?
- Зулу… э.. это от немецкого Zeit, всемирное время. Оно принято в космосе...
- А почему говорят Зулу, а не Цайт?
- Всемирное время обозначается буквой Зэт, а Zulu это её стандартное произношение при радиообмене в условиях помех.
- Молодец! Растёшь на глазах, пилот! Наша База тоже живёт по Зулу, так что, переведите свои часы, те, кому родители уже доверяют их носить. Разойдись!

Часы, конечно, были у всех и, руководствуясь найденной в коридоре информационной панелью, курсанты переставили время, и разошлись по двухместным «каютам».
Серёга Куприянов и Вася Кондратенко, поскольку шли в списке один за другим, оказались соседями. Да они всегда были вместе...»

- Ну, нет, уволь меня, Маруся! Не могу я о себе в третьем лице рассказывать: «Василий Кондратенко пошёл, Василий Кондратенко спросил...». Я буду просто рассказывать, а ты потом правь, как тебе захочется.
- Не проблема, капитан, я отредактирую. Зато потом издадим книгу, деньги пополам!
- Да кто её купит? Все прилавки завалены ерундой: «Лекс против космических пиратов», «Лекс и пришельцы с Андромеды», «Охота на Лекса». Сенсация десятилетия! Самый покупаемый и самый скромный автор-невидимка! И тут же кристаллы с трёхмерными фильмами по мотивам...
Пошёл я как-то в такое кино, когда в отпуску был. Посадили меня в кресло, дали выпить какое-то снадобье – «нет-нет, не наркотик, просто растормаживает воображение» – и одели шлем. Полный эффект присутствия. Эх, и натерпелся страху! Особенно, когда в штурмовике оказался, а он мёртвые петли да бочки начал крутить. Веришь, за подлокотники стал хвататься, чтобы из кресла не выпасть!
- Это всё для молодых, капитан. Зрелые люди по-прежнему читают зрелые книги.
- То есть ты, компьютерная программа с ходу и с первого разу напишешь зрелую книжку?
- Хотелось бы. Вы, кстати, не обратили внимания на имя автора всего этого дурацкого сериала про Лекса?
-Да, дама какая-то, себе на уме, видно. На людях не появляется, интервью не даёт... Мэри Хантер, вроде...
- А по-русски?
- Это будет... Мария Охотникова... Что? Я правильно тебя понял?
- Да-да! Это я, капитан... Только вы никому не рассказывайте.
- Ну, ты убила меня, Маруся! Горжусь, честное слово! Такого наворотить!
- Теперь не сомневаетесь?
- Теперь, нет.
- Тогда, выпейте кофейку и продолжим.
- Мне может быть с тобой стоя разговаривать? – капитан обозначил стремление встать с кресла – Как с всемирно прославленной миллионершей?
- Всё вы шутите, кэп! Это я должна с вами стоя разговаривать. Как с отцом и учителем. Это вы мне дали настоящий разум. Но, встать я не могу.
- За что же не боясь греха...?
- Петушка хвалит кукуха! До окончания вашей вахты чуть больше двух часов, кэп, хотелось бы сегодня этот рассказ закончить.
- Есть, мадам, продолжаю:

«Серёга меня и спрашивает:
- Не боишься, Вась?
- Да нет, всё штатно!
- А я чего-то опасаюсь, предчувствие, вроде...
- Ерунда, Серый, прорвёмся, всего-то трое суток автономки, сигнализация, в случае чего есть, на тренажёрах у тебя всё с пол пинка выходило, сдашь и смеяться будешь.
Повеселел, смотрю, Серёга, защёлкал клавишами, конспект в голове освежает.
Сходили, проверили свои скафандры, подзаправили, старательно отдали дань совету сержанта-инструктора
А потом, перед отбоем мы с ним ещё в «созвездия» сыграли на своих лаптопах.

Это такая игра, очень полезная для пилотов. Каждый из них должен моментально ориентироваться на небесной сфере. На экранах двух компов, соединённых в сеть, синхронно выдаётся вид звёздного неба, сначала довольно крупно: два-три созвездия, потом помельче, по созвездию, причём в самой разнообразной ориентации, потом – вообще – фрагментами, по несколько звёзд. Кто больше и раньше угадает, тот и победил. Интерфейс у программы, по тем временам, был продвинутый, акустический, вот мы и повеселились, стараясь переорать друг друга: «Центавр! Волосы Вероники! Пояс Ориона! Лира! Альбирео! Южный Крест!» Вообще, Серёга был чемпионом курса, но я у него иногда выигрывал, как и в этот раз.
Потом сходили в душ – спасибо тебе коллега Браун! – и улеглись на жестковатые для Земли кушетки. А для Луны – самое то, мягче пуха. Пристегнули одеяла посвободнее, хоть и не невесомость, а слететь на пол можно запросто, и – спатеньки. Только Серёга сначала ворочался и бормотал, по-моему, продолжал и во сне в созвездия играть. Реванш у меня брал, наверно.

Вы не думайте, что у нас в училище была какая-то там особенная муштра и вообще – казарма. Нравы были довольно свободные, хотя мы и считались военнослужащими и подчинялись неизбежной в этом смысле дисциплине. Зато, при окончании училища каждый получал вместе с дипломом звание лейтенанта запаса, если летел работать по распределению, или просто лейтенанта, если уходил служить в ВКС России или ООН».

- Капитан, а этот Браун, он что, русский был?
- Наполовину. Его предки в США уехали, давно уже. А когда там заварушка началась, успели вовремя смотаться, пока границы не закрыли и вообще самолёты летали. Опасались они очень, что их детей в армию позабирают и пошлют на юг с неграми сражаться. Они тогда там про политкорректность позабыли, и негров снова неграми стали называть. Прилетели, говорят, нищие, доллар-то упал до нуля, а у них все сбережения в долларах были.
Я его тут, на Европе встретил как-то. Он ещё летал и был на хорошем счету. Очень кстати, говорит, ему премия за воду тогда пришлась.
- Продолжайте, капитан.
- Продолжаю:

«Прогудел сигнал подъёма. Я вскакиваю по курсантской привычке, забыл, что на Луне, если бы не одеяло на резинках, в потолок бы вписался. А Серёга стоит полотенцем вытирается, уже умылся. Это, уж, как всегда: свойство у него было просыпаться за 5 минут до подъёма, и пока остальные в умывальниках толкаются спокойно бриться и одеваться. Я его привычке всегда завидовал, но себя будить не разрешал: сам думал научиться, да так и не вышло. До сих пор в любых условиях сплю как сурок, и до последнего.
Ну, все утренние дела, позавтракали, одели свои «Доспехи-2», встали в строй. Сержант-инструктор снова прочитал нам свои предпоследние наставления, – он всегда так говорил, - «предпоследние» - из суеверия, что ли? – и потопали в коллективный шлюз, а далее грузиться на ракетную платформу «Пенал». Она хоть и крытая, но не герметичная, только в пилотской кабине можно держать атмосферу, а солдатики, - или в данном случае, курсанты – и так посидят. Уселись, пристегнулись, подключили штуцеры шлангов к местной воздушной магистрали, чтобы смесь в баллонах не расходовать.
Пилоты разогрели реактор, засвистел пар в соплах, - слышно, только если шлем приложить к стенке, а так тишина – потом этот свист перешёл в ультразвук, платформу закачало – значит, поднялись с полозьев и встали на струи – и полетели.

Эта платформа тогда была ещё ничуть не устаревшая: с виду два корыта соединённые краями, и пилоты её очень ценили за надёжность. Да и покупали её у России очень охотно, и индийцы, и иранцы, и Европа и даже японцы. Те, правда, меняли всю интеллектронику и электронику на свою, бзик у них такой.
В верхнем корыте, впереди была пилотская кабина, потом грузовой отсек с откидными скамейками, сзади аппарель для входа-выхода. Нижнее корыто – двигательный отсек с реактором, и баками с рабочим телом. Из него же вниз выходят дюзы. Под аппарелью ещё одна дюза горизонтального хода и впереди – тормозная. Лунные асы-пилоты, впрочем, демонстрируя высокий класс вождения, тормозили, обычно поднимая платформу на дыбы и бережно ставя её полозьями на грунт после гашения вертикальной и горизонтальной скорости.

Когда только эти «Пеналы» пошли, говорят, заявились к нам в Селеноград индийцы со своего сектора. Они в раздумье были: наши машины покупать или бразильские «Мачете». Хоть это и были машины одного класса, но «Мачете» симпатичные были, с иллюминаторами, все линии зализанные, как будто на Луне это играет какую-нибудь роль! А наши – корыто корытом, да ещё на крыше торчат параболы да штыри. Короче, полная деревня в профиль.
Индийцы посмотрели, покрутили носами, и домой в свой сектор засобирались. Наше руководство видит, что клиенты скучные какие-то и подсылает к ним в столовку, где они обедали, лучшего пилота Мишу Гринберга.

Один индиец оказался его однокашником, они разговорились на русском, о знакомых и так далее. Миша и говорит, так, между прочим:
- Зря не хотите наши «Пеналы» брать. Они могут баллистические прыжки делать. На них даже на орбиту слетать можно! Индиец перевёл своим, те смеются, компотом давятся:
- Шутите, сэр, это же машина для поверхности! И в описании этого нет!
- Ну и что, для поверхности? - отвечает Миша. - Это русская машина, а у нас все параметры с запасом делаются, на всякий пожарный! И в описаниях не всё пишут. Ну, ничего, вы не хотите, так пакистанцы купят, они интересовались недавно.
Тут индийцы смеяться перестали, и самый главный в тюрбане говорит:
- Сэр, а это может кто-нибудь продемонстрировать?
А остальные подносы отодвинули и защёлкали на своих лаптопах.

Миша в ответ:
- Если начальство уговорите, то я бы и слетал. Но, это вряд ли, очень оно, начальство, негативно на это смотрит, – и шёпотом: - Перестраховщики!
Индийцам, естественно, уже вожжа под хвост попала, – вынь, да положь им орбитальный полёт! Даже компоты не допили, ринулись к руководству.
Генерал, а тогда всё очень военизировано было, так вот, генерал удивился вроде, «откуда вы узнали про такие возможности нашего аппарата?», а потом сделал кислую мину и говорит:
- Конечно, это всё возможно, но мы такое редко практикуем, не целевое использование, то сё…

Индийцы настаивают. Тогда генерал, вроде соглашается:
- Ну, в виде исключения, учитывая дружеские российско-индийские отношения, пожалуй, да! Только вам придётся оплатить заправку и расход ресурса реактора, а то меня земное начальство по миру пустит за растрату.
Индийцы тут же выдают гарантийное письмо и раньше, чем Миша Гринберг со своим индийским коллегой пристёгиваются к креслам, уже приходит оплата. Миша показывает класс, стартует свечкой, выходит на орбиту, делает виток и садится на последнем литре рабочего тела.
Его и его индийского коллегу чествуют в столовой, индиец выглядит одуревшим, и только повторяет по-русски:
- Вот это, да! Вот это, да!

Индиец в тюрбане жмёт Мише руки, и тут же улетучивается к генералу.
Короче, после этого индийцы о других аппаратах и слышать не хотели, только наши покупали и очень хвалили. Прислали нам пилотов на стажировку, Миша их и натаскивал. Те, правда, на орбиту выходить не рисковали, но баллистику освоили чётко.
Кстати, прослышав о нашем рекорде и бразильцы учудили: вывели своё «Мачете» на орбиту, а сесть не могут – водички не хватает, да ещё и закрутило их по всем осям. Запаниковали, воздух кончается, дали «мэйдэй», наши аварийщики их и спасали. Но это всё давно было, я тогда ещё пешком под стол ходил.

В грузовом отсеке, где мы покачивались на скамейках, иллюминаторы, как я говорил, не были предусмотрены, – зачем они, мы же не туристы? – освещения тоже почти не было, только под потолком имелся ряд плафонов, из которых включен, был только один. Читать, впрочем, никто не собирался, да и при закрытом шлеме «Доспехов-2» это несколько затруднительно. Только из-за неприкрытых створок двери пилотской кабины вырывался и падал на пол отсека солнечный луч, из чего я заключил, что мы летим прямо в направлении восхода. Полёт длился минут двадцать, затем «Пенал» накренился и, повернув направо, тут же пошёл на посадку. После посадочного толчка открылась аппарель, и повинуясь жесту сержанта, сидящий с краю курсант неуклюже потопал на выход. Сержант одним плавным движением выскочил вслед за ним, и я имел удовольствие послушать его «предпоследний инструктаж» соискателю зачёта.

Естественно, не напрямую, а по рации. Этот инструктаж повторялся с некоторыми вариациями ещё столько раз, сколько курсантов покинули наше корыто перед тем, как пришла моя очередь, вслед за Серёжей, и сводился к тому, что:
«Поскольку спасательную шлюпку ради зачёта гробить слишком дорого, то считайте, что она уже угробилась в хлам и от неё остался только шлюзовой отсек, – вот он лежит – ящик с биомехом-«юртой», ящик с климатизатором, баллоны с дыхательной смесью, – вот они: раз, два, три – на семьдесят пять часов.
Ещё имеется гигиенический блок, в просторечии – унитаз. Это чтобы за юрту не бегать. (Сержант так шутил.) Его перед употреблением разогреть, иначе примёрзните задницей, и водяная форсунка не заработает. Воды, кстати мало, так что не злоупотребляйте, заправить нечем. Если только вам питьевой не жалко.

Ещё имеется упаковка с аварийным продовольственным запасом и с напитками на любой вкус. (Напитки на любой вкус – это маленькая канистра с водой и бутылка с витаминизированным соком, обычно апельсиновым). Так что, кушайте на здоровье, поправляйтесь!
Вот это – знакомый и в теории опостылевший вам аварийный передатчик, который по идее должен привлечь к вашей аварии спасателей. Но, настоящих спасателей мы беспокоить не будем, поэтому, считайте, что это просто муляж, который, тем не менее, вам нужно правильно включить и расположить на местности.
А вот это – настоящий, аварийный передатчик. Для настоящей аварии, которая, не дай Бог, с вами может произойти. Обслуживания не требует, только на солнце не держите. Если что, просто нажмите клавишу и через полчаса за вами прилетят. И можете сразу начинать готовиться к пересдаче зачёта.
До встречи через три дня – ваше время пошло! Удачи!»

Настала и моя очередь. Я вывалился из корыта под яркие лучи всё ещё восходящего солнца, стекло шлема сразу потемнело, и пока я регулировал поглощение света кроме солнца почти ничего и не видел. Только под конец речи сержанта я обнаружил себя стоящим на кочковатой, покрытой валунами равнине, на которой были свалены в беспорядке все жизненно важные для меня причиндалы.
В заключение напутствия сержант помахал рукой, развернулся и несколькими прыжками достиг распахнутой аппарели.
«Трогай!» прозвучало в эфире, и я, опомнившись, перемахнул через трубу шлюзового отсека и залёг за ней.
Всё же, вдалбливаемые нам три года рефлексы сделали своё дело: какой ни маломощный двигатель у «Пенала», но вылетевший из-под дюз камешек запросто может повредить скафандр. Даже рикошетом, но в моём случае камням не от чего было рикошетить: ближайшие скалы находились метрах в пятистах.

Почва затряслась, несколько этих бедовых камешков щёлкнуло по трубе шлюза, а поскольку я к ней прижался, я это услышал. Затем вибрации прекратились, я поднял голову и увидел в стороне парящий на струях пара «Пенал». Он набирал скорость, и я на всякий случай отметил по местным предметам направление. Оно было перпендикулярно направлению на солнце и я пришёл к выводу, что скорее всего нас высаживают на прямой, или скорее на широкой дуге, чтобы каждая точка высадки была примерно на одном расстоянии от Базы. Что ж, логично!
Я поднялся и приступил к обустройству «аварийного лагеря». Первым делом оттащил на ровную поверхность и подальше от прочих вещей ящик с зародышем биотеха. Вынимать его не требовалось, достаточно было открыть крышку, сорвать плёнку с бурого содержимого и ударить прикреплённым к крышке с внутренней стороны молоточком по выступающему в центре из массы штоку. Этот удар разбивает внутреннюю стеклянную капсулу с жидким активатором. Затем крышку следовало закрыть, снять пломбу и открыть панель электронного управления. Что я и сделал, попутно хозяйственно прибрав молоточек в боковой карман.
__________________
Mess with the best, die like a rest.
Ответить с цитированием
  #10  
Старый 16.09.2008, 20:36
Аватар для CADET
CADET CADET вне форума
Модератор
Участник
 
Регистрация: 15.08.2006
Адрес: Самара-сити
Сообщений: 164
По умолчанию

Под крышкой оказался маленький дисплей и наборная панель. Ничего нового, сто раз уже отработано на тренажёрах, сначала в классах, потом на природе в пустыне, потом в скафандрах. Нажать любую кнопку – дисплей оживает, требует ввести код активации. Вот он код вместе с краткой инструкцией крупными буквами на русском и английском запечатлён на крышке. Набираем код и жмём ввод. Почему не пищит? Прошлый раз пищало! Не прошлый – балда – а позапрошлый: тут воздуха нет! На дисплее: «Код принят, идёт активация» и далее:
«За ходом активации вы можете следить визуально – 1.
Получать акустическую информацию – 2
Получать акустическую информацию по радиоканалу – 3»
Ходить мне сюда будет некогда, воздуха тут нет, значит, жмём тройку. Есть. Дисплей пишет: «Установите частоту» На рации в скафандре установлен 16-й канал, значит, это будет частота... э... Какая же? Не помню... Да можно же рацию перевести в режим индикации частоты! Несколько нажатий вслепую на нагрудном щитке и на внутришлемном дисплее загорается искомое. Копирую на клавиатуре биомеха, частоту и в наушниках слышится механический голос: «Частота установлена. Если вы слышите это сообщение, нажмите любую кнопку». Нажимаю «любую» кнопку и процессор любезно информирует меня об установлении односторонней радиосвязи.
«Теперь произведите химическую активацию» – требует процессор. Да я же уже произвёл! Процессор настаивает, а затем, замолкнув на полуслове, сообщает мне, что химическая активация успешно произведена. Спасибо, дорогой, что бы я без твоей информации делал?

Теперь нужно заняться установкой «аварийного» передатчика. Скорее всего, это просто муляж, ведь прав сержант, авария у меня не настоящая и аварийный канал не стоит глушить, да ещё двадцатью передатчиками по числу курсантов, но может он и излучает на какой-нибудь частоте как радиомаяк в знак того, что я не сижу без дела. Да тут делов то! Достать из упаковки подсоединить антенну, нажать на клавишу. Не нажимается, но это не беда, жать нужно сильнее, чтобы внутри сломалась специальная пластинка и кнопка зафиксировалась.

Есть! А что же светодиодик не мигает? Может, на солнце просто не видно? Точно, в тени скафандра, поднеся передатчик прямо к лицу, а точнее к забралу я увидел, что зелёный индикатор всё же мигает. Значит, всё в порядке, нужно теперь установить передатчик на кочку, на солнышко. Ему оно не вредно, он весь снаружи из солнечных батарей состоит. А внутри ещё и изотопная батарея имеется. На случай ночной аварии, так сказать. Потом на «юрту» переставлю. Нет, лучше на ту ближайшую горочку отнесу попозже: чем выше передатчик, тем дальше его слышно, утверждает наставление по радиоделу и я с ним согласен.

Так, и биомех зашевелился, из-под ящика полезли тонкие щупальца, прямо как в фильме ужасов. Но они мирные, просто грунт анализируют на наличие полезных для строительства веществ. Всё равно, лучше держаться от них подальше. Что-то процессор не предупреждает об опасности, ан нет, проснулся: «Отойдите на безопасное расстояние, не создавайте помех работе».
Больно надо! Работай на здоровье!

Делать мне пока биомех не закончит работу совершенно нечего, а слоняться вокруг него и наблюдать строительство «юрты» совершенно не хочется: и видел такое уже сто раз и воротит меня от этого зрелища – какое-то оно тошнотворное, чуждое для человека. В распухающей массе ворочаются какие-то неаппетитные штуковины, те же щупальца, то толстые, то тонкие, набухают пузыри, и лопаются, источая разноцветные жидкости... Бррр! Конечно, умом я понимаю, что «юрта» вещь отличная и спасла множество жизней. Вдобавок, когда в её стенках прекращается двигательная активность, и она становится гладкой внутри и снаружи и начинает понемногу твердеть, я к ней начинаю относиться совершенно спокойно – домик и домик! Но сейчас, пока она раскалена и шевелится, меня к ней не тянет. Подсознательно всё кажется, что ухватит она меня своим огненным щупальцем, подтащит упирающегося и давящегося криком и со спокойствием насекомого пожрёт и утилизирует, разберёт на атомы и встроит меня вместе со скафандром в свою стенку, так что и следов не останется!

Ну и нафантазировал! Пойду-ка я лучше схожу к скалам, заодно и передатчик установлю повыше. Да и поищу что-нибудь интересное, вдруг, как Браун лёд найду! Часа три у меня точно есть, раньше биомех не справится. Взял кирку и пошёл.
Пока я ковылял к этим скалам специфической лунной походкой, биомех с раздражающей пунктуальностью каждые пять минут информировал меня по радио о ходе процесса и о предполагаемом времени его окончания. Становилось всё теплее, и я добавил производительность кондиционера «Доспеха», хотя он должен был, по идее, сделать это самостоятельно.

Скальный кряж начался россыпью валунов, сначала я обходил их стороной, а потом, когда их стало слишком много, пришлось скакать уже по этим камням, оторвавшимся и скатившимся с вершины миллионы лет назад. Или вчера – отличить невозможно.
Скала оказалась не очень высокой и крутой и я, цепляясь, где киркой, где руками, довольно легко забрался на вершину.
Отсюда оказалось, что это не собственно скала, а начало уходящего за близкий горизонт плоскогорья и я стою на самом его краю. Обернувшись, я разглядел местами прерывающуюся цепочку своих следов, ведущую к лагерю, и сам лагерь в виде кучки ящиков и двухметровой трубы шлюза. Прочий пейзаж, как и большинство других лунных пейзажей, был ничем не примечателен и нагонял откровенную тоску своей дикостью и безжизненностью.

Только находящаяся в последней четверти Земля, висевшая в этой местности прямо в зените, была единственным живым, цветным и радостным пятном на фоне чёрного неба.
Решив отдохнуть, я улёгся на спину и стал разглядывать колыбель человечества, попутно экспериментируя со встроенными в шлем светофильтрами. Я пытался увидеть одновременно Землю и звёзды. Но солнце засвечивало стекло шлема и ничего не получилось.
Один раз мне показалось, что я вижу звезду, но она перемещалась, и я понял, что это либо лунный спутник связи, либо какой-то транспортник. В этот момент «звезда» обратилась в «комету», выбросившую свой хвост по ходу движения, и я понял, что это точно какой-то космический корабль, тормозящий и идущий на посадку.

Сосредоточившись на Земле, я обнаружил, что когда мы грузились в «Пенал» вся видимая часть Африки была освещена солнцем, зато теперь её западная часть уже клонилась к терминатору, разделявшему Землю на две, светлую и тёмную половины. Даже с такого расстояния было заметно, что Сахара теснит тропические леса, над которыми почти не замечалось обычной круговерти циклонов. Ничего, мы всё наладим, снова разведём леса, обводним равнины, покроем жуткую Сахару цепью искусственных озёр и морей. Африка ещё станет житницей Земли! Иначе, зачем я торчу тут на Луне?

Решив заняться делом, я встал, и тут же ощутил то, о чём космонавты почти никому не рассказывают. Видимо, физические усилия, потраченные на подъём, вызвали, как это водится, повышение уровня обмена веществ. Отходы же этого обмена в ожидании удаления скопились в мочевом пузыре. Короче – мне жутко захотелось сходить по-маленькому. Поскольку до завершения процесса формирования «юрты» оставалось ещё около двух часов, да сколько я ещё провожусь со шлюзом и прочим обустройством, то пришлось, вздохнув, обновить памперс, впрочем, для таких случаев и предназначенный. Если на первом курсе мы таких ситуаций жутко стеснялись, то теперь, к окончанию третьего вполне привыкли, поскольку во время многочасовых тренировок в «Доспехе» «описывались» все, да и не по разу. Причём, у нас возникло даже справедливое подозрение, что такие ситуации инструкторы организовывали нарочно, с понятной, естественно целью.

Пристроив «аварийку» рядом с кучей какого-то изъеденного метеоритной эрозией металла, я попинал эту кучу и, не найдя ничего ценного, решил спускаться. Поскольку лунная поверхность вся засыпана отходами человеческой деятельности, эти рассыпающиеся от ветхости артефакты не вызвали у меня никакого интереса.
Бывает, что, поднявшись на горку и посмотрев вниз на трассу своего подъёма пугаешься – как же я тут влез? Так случилось и в этот раз, мне показалось, что тут крутовато, и поскольку практика в лунном альпинизме у меня была минимальная, я решил поискать более пологое место для спуска. Оно нашлось метрах в ста. И я начал спуск, цепляясь в сложных местах за камни своей киркой. Это оказалось очень просто, я разогнался и стал довольно рискованно перепрыгивать с уступа на уступ, пока не поскользнулся и не повис, вцепившись обеими руками в кирку, к счастью надёжно засевшую в трещине.

Подтянувшись, я посидел, перерабатывая адреналин в крови и, пообещав себе впредь быть осторожнее, дёрнул кирку. Та вылетела из трещины неожиданно легко, выскользнула из неловкой моей руки, скованной перчаткой и, медленно описав красивую дугу, канула где-то внизу.
Это было уже серьёзно: утеря казённого имущества, за это снижают оценку. Да и нужна мне была кирка, чтобы пробить в «юрте» отверстие под шлюз.

Стараясь не упустить из виду заметный камешек внизу, за которым, как мне казалось, кирка мелькнула последний раз, я продолжил медленно на карачках спускаться вниз, благо склон был уже не такой крутой. Информация биотеха, почему-то переключившегося на женский голос, о том, что расчётное время окончания процесса составляет шестьдесят минут заставила меня добавить прыти. Вот и камешек, оказавшийся вблизи приличной скалой. Взглянув с него, я увидел свою кирку буквально в двух метрах, лежащую на ровной площадке в нешироком ущелье. Я аккуратно спрыгнул вниз и подобрал свой злосчастный инструмент. И оказался на лестнице.

Вверх и вниз от площадки, на которой я стоял, сжимая кирку и ворочая всем телом, чтобы всё рассмотреть, вели широкие ступени. То, что я принял за ущелье, оказалось вместе с лестницей вырублено в скале. Лестница была захламлена большими и маленькими камнями, скатывавшимися с горы, уж и не знаю, сколько тысяч или миллионов лет. Внизу она вообще терялась в завалах, зато наверху уходила в прямоугольный зев явно рукотворной пещеры. Вся лестница, а значит и пещера, были ориентированы на восходящее Солнце.
«Да, это будет покруче ледяного месторождения!» - пробормотал я, и поскакал по ступеням вверх к пещере.

С трепетом вошёл я под своды, под которые не входил ещё ни один современный человек. Говорю это наверно, поскольку на тонком слое пыли отпечатывались только мои следы. Стены пещеры были гладкие, но каждые несколько метров в них зияли полусферические углубления: возможно когда-то в них были установлены осветительные приборы. Впрочем, сейчас в пещере было и без этого светло: лучи восходящего солнца пронзали её насквозь, и на расстоянии метров двадцати отражались… конечно, это была дверь!

Подойдя поближе, я рассмотрел её внимательнее. Две двухметровые створки шириной с метр каждая по цвету медные, а может и золотые, наверно были когда-то отполированы: остатки этой полировки лучше всего сохранились на самом верху. Посередине полировка сходила на нет, а самый низ дверей был изъявлён микрометеоритной эрозией. Прикинув возможные траектории, я решил, что так и должно быть.
Левую створку украшало стилизованное изображение Солнца, с протуберанцами и даже с группой пятен в углу. На правой створке явно была Земля, однако Африка на ней сливалась с Европой, а сама Европа имела непривычные очертания: Англия не была отделена от материка, Скандинавия повёрнута под непривычным углом.
Что касается Азии, то отсутствовала Индия, вместо неё в Индийском, так сказать, океане располагался огромный остров, которому, со временем, и предстояло этой Индией стать. Америка на этом полушарии не фигурировала, а остальное я не рассмотрел, поскольку мысль о зачёте ни на секунду не покидала моей головы. Зато я обратил внимание на надпись, если это была надпись, а не узор и не рисунок. Буквы, если это были буквы, напоминали шумерскую клинопись, как в учебном фильме по истории.

Конечно, это открытие века, да что там века! Тысячелетия! Но, если я не сдам зачёт… Сообщение биомеха о том, что процесс закончится через сорок минут, заставило меня поторопиться. Когда-то эти двери, они раздвигались, а не раскрывались, судя по конструкции, были снабжены герметизирующей прокладкой, от которой уже давно ничего не осталось. Вместо неё между створками зияла щель. Я вогнал в неё лезвие кирки и попытался сдвинуть створки. Безуспешно. Либо они были заблокированы, либо давно развалился механизм, либо все щели были забиты пылью. Либо всё вместе.

Я поднажал ещё раз, сверху на шлем посыпались камешки. Правая створка вдруг поддалась, но не сдвинулась в предполагаемых пазах, а вывернулась наружу, и обнаружила тенденцию упасть прямо на меня. Пока она стояла почти вертикально, я упёрся в неё руками и без труда удержал, но на место створка вставать не пожелала, несмотря на все мои усилия. Я со своей стороны не мог согласиться держать её вечно, поэтому стал отступать назад и немного в сторону, отпихнул ногами попавшуюся под них кирку и устроил створке контролируемое падение. До тех пор, естественно, пока я мог её удерживать, то есть в данном случае до 45-и градусов к вертикали. После мне пришлось отскочить, а дверь величественно рухнула в пыль. Пыль, естественно, не поднялась: мы в вакууме, батенька!

Внутри створка оказалась, как я и предполагал, тоже полированной. Там была изображена тоже Земля, а именно западное полушарие, но очертания суши были почти не узнаваемы, Мексиканский залив отсутствовал, а посреди Тихого океана торчал неведомый материк. Или это была заблудившаяся Австралия? Была на той стороне Австралия? Теперь уже не проверишь! И ещё на этой стороне двери чётко виднелась свежая ссадина от моей кирки.
«Взломщик хренов!» - обругал я себя. Грабитель могил! Перед учёными теперь стыда не оберёшься! А ещё больше перед сержантом-инструктором. Посмотрит, покачает головой горестно и скажет:
«Формирование сооружения закончено. Можете приступить к оборудованию жилого помещения».
Это же не сержант! Это биомех юрту закончил! Бежать нужно, и не просто бежать, а крупными скачками, иначе стенки затвердеют, и я их не проковыряю!
Я подхватил кирку, крутанулся на месте и всё же заглянул внутрь, за дверь. В глубине небольшого помещения видна была похожая дверь, но без всяких изысков. Створки были наполовину открыты.

«Конечно, это шлюз! Хорошо, хоть вторую не ломать» - думал я уже на бегу, несясь вниз по лестнице со всей дозволенной лунной гравитацией скоростью.
К концу лестницы я уже порядочно разогнался, и забыв свои прежние клятвы просто перепрыгнул через загромождавший её завал. Получилось неплохо, всё-таки низкая гравитация это вещь! Я прилунился на ровную поверхность и, огибая валуны, поспешил к своему лагерю. Между тем перед глазами на дисплее зажглась красная полоска, индицирующая, что воздуха при таком темпе потребления осталось на час. Я попрыгал медленнее, и полоска пропала. Усмехнулся: скафандр удалось обмануть.

Проскакав положенное расстояние, лагеря я не обнаружил. Видимо, возвращаясь по другой дороге, неправильно взял направление. Я прикинул поправку и поспешил в нужном, как мне показалось, направлении. Лагеря не было. Снова загорелась полоска и начала медленно укорачиваться. Если через час я дойду до баллона, то через трое суток меня найдут холодного. Нет, скорее зажаренного на солнце в скафандре в собственном соку.
Гнусная паника, родившаяся и крепнувшая во мне, начала свои бесцеремонные подсказки: нужно бежать, плакать, орать «сержант! мамочка!» и придут, и спасут!

Так, стоп! Отставить! Никто не придёт. Только я сам могу спасти себя. Лагерь где-то тут! Не нужно метаться, нужно думать! Я заскочил на ближайший валун и осмотрелся: вот плоскогорье, к которому я ходил, и солнце так же светит мне в спину, как светило тогда. Но, лагеря в окрестностях не видно. Он где-то совсем рядом, за валунами, поэтому и не видно. Эх, зачем я пошёл другой дорогой! Думай, голова, думай, фуражку дадут! Как мне засечь лагерь? Вот именно, засечь! Эх, и балда, а ещё космолётчиком хочешь стать! В подметалы тебя, и то жирно! В ассенизаторы, и то, не пройдёшь по конкурсу! Я включил в «Доспехе» функцию радиопеленгации, и когда биомех в очередной раз информировал меня о выполненной им функции, в пол секунды взял направление. Лагерь оказался в стороне в 120 метрах.

Добежав, я первым делом ковырнул киркой стенку «юрты» – слава Богу, ещё не затвердела! Затем одним прыжком достиг баллона и подзаправил скафандр: полностью заряжать нет времени. Поскольку диаметр трубы шлюза равен одному метру, я быстро прочертил на выпуклой стенке «юрты» отверстие такого диаметра и взялся за кирку. Стенка снаружи была более твёрдая, зато внутри как глина и в несколько минут неровное отверстие было готово. Выкидывать наружу осколки и мусор некогда – потом, потом! Забрасываю внутрь баллоны, климатизатор, вообще всё, что валяется вокруг, только упаковку солнечной батареи оставляю снаружи. И пора заняться шлюзом.

Я подхватываю шлюз за приваренные к его поверхности скобы и волоку к «юрте». На Земле я бы его не поднял, но на Земле я бы без него и обошёлся. Пытаюсь вставить его в отверстие, боже, как неудобно! Нет, не лезет, мешают скобы. Откуда они взялись? Ага, я его вставляю не той стороной. Снова берусь за середину, разворачиваю двухметровую махину шлюза, снова толкаю. Опять не лезет! Ну, а сейчас в чём дело? А, отверстие овальное, а шлюз круглый.
Работаю как автомат: оттащить шлюз, киркой поправить отверстие, поднять, вставить. Ура, входит! Протолкнуть не менее, чем на 40 сантиметров. Сделано.
Так, теперь полить отверстие по периметру из красного разбрызгивателя: этот «активатор №2» «оживит» на время уже почти застывшие края отверстия, они распухнут, охватят трубу шлюза, и это обеспечит герметичность. Где этот красный флакон? А вот он! Сейчас мы тут всё загерметизируем!
Опа! «Стоп, себе я думаю, не дурак ли я? Не иду ли я пешком?» Так говорил мой дед, а старых людей слушать иногда полезно. Куда это я так разогнался? А проверить положение люков мне кто, сержант-инструктор прилетит?

Так и есть, в таком положении люк шлюза не откроется, точнее, откроется, но не полностью – упрётся наружной кремальерой в грунт. Короче – нетабельно, люки должны открываться в сторону, в любую сторону. Но, не вверх или вниз. Это грозит мне нулевой оценкой – что толку в убежище, в которое я даже не смогу войти?
Не беда, сейчас поверну! Поворачиваю шлюз на 90 градусов и герметизирую щель. Теперь нужно разобраться с солнечной батареей, просверлить два отверстия под провода, - чёрт, уже здорово затвердело! – просунуть их внутрь, капнуть герметиком. Ткань солнечной батареи можно расстелить на «юрте» и торчащем из неё шлюзе. И ещё трубку климатизатора… Всё, можно и отдохнуть в тенёчке!

Хочется есть, завтрак был уже давно, а беготня вверх и вниз по скалам с последующим ворочанием двухсоткилограммового шлюза очень благотворно действуют на аппетит. Хотя, я и так не страдаю его отсутствием, как и большинство курсантов третьего курса. Не зря сержант наставник частенько повторяет известную мудрость, но в своей редакции: «Завтрак съешь сам, обедать иди к другу, а ужин отними у врага!» К сожалению, я лишён возможности последовать его советам, поскольку в моём «Доспехе» хоть и имеется минимальный продовольственный запас, – довольно приятное на вкус желе – но использовать его «не рекомендовано», поскольку запас этот, в сущности аварийный, а пополнить его «в поле» невозможно. Зато, можно пить воду из трубочки, но я этим не злоупотребляю по известным причинам. Желудок мой чрезвычайно недоволен нарушением режима питания и протестует вслух.

Мысли перескакивают на мою находку, и я некоторое время тешу себя мыслями, что теперь и моё имя будет упоминаться сержантом рядом с именем Брауна в качестве примера «любознательного в меру» курсанта. Интересно, кстати, полагается мне что-нибудь за открытие этой рукотворной пещеры? Я представил себе толпу седовласых археологов, пожимающих мне руки и вручающих наградные в виде банковских чеков на предъявителя. Чеки были разноцветные и напечатаны на хорошей бумаге, и вдруг оказалось, что это не чеки, а иллюстрированные журналы, украшенные моей физиономией. Корреспонденты (откуда они взялись?) задают мне вопросы. В разноголосице их голосов я различаю один, повторяемый очень настойчиво: «памперсы какой фирмы вы предпочитаете, Кельвина?» Его, улыбаясь, задаёт симпатичная девушка чем-то похожая на сестру Серёги.

Я вздрагиваю и просыпаюсь, что лишает меня необходимости отвечать на этот щекотливый вопрос. Оказывается, это биомех оказывая мне последнюю свою услугу, настойчиво информирует меня по радио, что температура стенок возведённой им «юрты», упала до 300 градусов Кельвина. Сообщив мне это с десяток раз, биомех «умирает» на полуслове, выполнив свою задачу.
Что же, пора ещё поработать.
Я проникаю через трубу шлюза в «юрту» и часа три швыряюсь там подключая к климатизатору баллоны и провода, расталкиваю по углам, которых нет, многочисленные упаковки и ящики, подбираю с пола гору мусора и осколков стенки и запихиваю её в коробку из-под… из-под чего-то. Коробка, в свою очередь попадает в шлюз, и я выпихиваю её наружу, подобно поршню.
__________________
Mess with the best, die like a rest.
Ответить с цитированием
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Эл. почта администратора: - Главный сайт Шансон - Портала - Архив - Вверх

Внимание! Администрация Шансон – Портал – форума не несет ответственности за сообщения, размещенные участниками форума и за высказанные мнения в этих сообщениях. Так же администрация форума не несет ответственности за размещенные участниками форума ссылки, на какие либо материалы, расположенные на других Интернет ресурсах. Тем не менее, если Вы являетесь правообладателем материала, на который есть ссылка в каком либо сообщении Шансон – Портал – форума и считаете, что этим нарушены Ваши авторские или смежные права, сообщите пожалуйста администрации форума. Мы в кратчайшие сроки готовы удалить сообщение со ссылкой на Ваш материал, при предъявлении прав на указанный материал. Пожалуйста используйте форму обратной связи.

Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2020, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
© Шансон - Портал - Все права защищены

Подпишитесь на нашу ленту новостей