Поиск по Шансон - Порталу >>> |
|
#1
|
||||
|
||||
![]()
ЖУРАВЛИ
Здесь под небом чужим я как гость нежеланный, Слышу крик журавлей, улетающих вдаль. Сердце бьётся сильней, летят птиц караваны. В дорогие края провожаю их я. Вот всё ближе они и всё громче рыданья. Словно скорбную весть мне они принесли. Из какого же вы из далёкого края Прилетели сюда на ночлег, журавли? Дождик, холод, туман, непогода и слякоть, Вид унылых людей из угрюмой земли. Ах, как больно душе, как мне хочется плакать… Перестаньте рыдать надо мной, журавли! Пронесутся они мимо скорбных распятий, Мимо древних церквей и больших городов. А прибудут они, им откроют объятья Молодая весна и Россия моя… Расшифровка фонограммы Николая Маркова "на ребрах", ок. 1953-54 гг. (из статьи В. Солдатова "Журавли в исполнении Николая Маркова и «Джаза Табачников»", [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]. Песня на основе стихотворения Алексея Жемчужникова "Осенние журавли", написанного в 1871 году (см. ниже). Появилась не позднее середины 1930-х годов (ее запись на пластинку Н. Шевцовым датируется временем не позднее 1935). В начале 1950-х (после смерти Сталина?) получила широкое хождение в СССР "на рёбрах" (кустарных пластинках из использованной рентгеновской фотопленки). Делали их подпольно и продавали на толкучках - это был "народный ответ" на борьбу с формализмом: в те годы романсы, джаз, фокстроты и т. п. были под официальным запретом и на государственных пластинках не выходили. "Рёбра" выдерживали максимум 20-30 воспроизведений. "Журавлей" для ребер исполнил Николай Марков, солист бывшего "Джаза табачников", и пластинка продавалась как фонограмма Петра Лещенко. Всего Марков записал на ребрах 40 песен "из репертуара Лещенко". Причем, настоящий Петр Лещенко (1898-1954) никогда не записывал на пластинку "Журавлей" (его полную дискографию см.: Очи черные: Старинный русский романс. М.: Изд-во Эксмо, 2004, стр. 245-250). В интернете песня встречается с авторством Лещенко, иногда даже с указанием на авторство музыки "короля танго" Оскара Строка (который действительно работал с Лещенко), но эти источники абсолютно ненадежны. В более-менее надежных изданиях "Журавли" даются как произведение неизвестного композитора. В СССР возникли также "лагерные" варианты песни, в том числе "Журавли над Колымой" (см. также близкую песню "Колыма"). Есть и более поздние переделки, например, "Журавли Афгана". Существует и другие популярные песни с заглавием "Журавли": Журавли (Мне кажется порою, что солдаты..., Я. Френкель - Р. Гамзатов, пер. с авар. Н. Гребнев) # Журавли (Высоко летят над облаками..., В. Мурадели - П. Барто) # ВАРИАНТЫ (10) 1.[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] Осень, тучи и дождь, и кругом всё разбито, И пригожей весны все тропы замели. И, с родимым гнездом распростившись тоскливо, Высоко в облака поднялись журавли. Улетели они в край далекого юга. Я смотрел долго вслед. Вот и скрылись вдали. Если встретится вам дорогая подруга, Передайте привет от меня, журавли. Если только бы мне в журавля превратиться, Полетел бы туда, где родные края, Целовал бы тебя, дорогую подругу. Как мне грустно здесь жить без любви, без тебя. А когда по весне я окошко открою И увижу цветы, что опять расцвели, Ты вернешься ко мне, как весенней порою Снова к гнездам родным прилетят журавли. Ты вернешься ко мне, как весенней порою Снова к гнездам родным прилетят журавли. За основу текста взято стихотворение А. Жемчужникова «Осенние журавли», написанное в 1871 году. Мелодия и текст воспроизведены с записи на грампластинке, исполнение Н. Шевцова не позднее 1935 года. Если любишь – найди. Популярные мелодии 1930-60-х годов для голоса и фортепиано. Сост. А. П. Павлинов, Т. П. Орлова. СПб.: «Композитор • Санкт-Петербург», 2004. 2.[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] Здесь, под небом чужим, я как гость нежеланный, Слышу крик журавлей, улетающих вдаль. Сердце бьется сильней, вижу птиц караваны, В дорогие края провожаю их я. Вот всё ближе они, и всё громче рыданья, Словно скорбную весть мне они принесли. Из какого же вы незнакомого края Прилетели сюда на ночлег, журавли? Ветер, дождь и туман, непогода и слякоть, Вид унылых церквей, незнакомой земли. О, как сердце болит, как мне хочется плакать. Перестаньте рыдать надо мной, журавли. Пронесутся они мимо скорбных распятий, Мимо старых церквей и больших городов. А прибудут они - им раскроет объятья Дорогая земля, то Россия моя. А прибудут они - им раскроет объятья Дорогая земля, то Россия моя. Слова – не позднее 1950 года. Если любишь – найди. Популярные мелодии 1930-60-х годов для голоса и фортепиано. Сост. А. П. Павлинов, Т. П. Орлова. СПб.: «Композитор • Санкт-Петербург», 2004. 3.[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] Здесь под небом чужим Я как гость нежеланный. Слышу крик журавлей, улетающих вдаль. О, как больно в груди, О, как хочется плакать! Перестаньте рыдать надо мной, журавли. Вот все ближе они, и все громче рыданья, Словно скорбную весть нам они принесли. Так откуда же вы, из какого вы края Прилетели сюда на ночлег, журавли? Я ту сторону знаю, где луч солнца играет, Белым саваном там вся покрыта земля. Где пурга и метели, ветры дуют уныло, Там родимый мой край, там сторонка моя. Запрещенные песни. Песенник. / Сост. А. И. Железный, Л. П. Шемета, А. Т. Шершунов. 2-е изд. М., «Современная музыка», 2 см. продолжение. |
#2
|
||||
|
||||
![]()
продолжение:
4. Журавли Здесь под небом чужим я как гость нежеланный Слышу крик журавлей, улетающих вдаль. Сердце бьется сильней, вижу птиц караваны, В дорогие края провожаю их я. Вот всё ближе они, и всё громче рыданья, Словно скорбную весть мне они принесли. Из какого же вы из далекого края Прилетели сюда на ночлег, журавли? Пронесутся они мимо скорбных объятий, Мимо древних церквей и чужих городов. А вернутся они, им раскроют объятья Дорогие края и Россия моя. Здесь под небом чужим я как гость нежеланный Слышу крик журавлей, улетающих вдаль. Сердце бьется сильней, вижу птиц караваны, В дорогие края провожаю их я. Две последние строки повторяются С фонограммы ансамбля «Братья Жемчужные» 1970-х гг., кассета «Запрещенные блатные песни в СССР», Выпуск 1, Vincent Company Records, 1995 5. Журавли Над осенней землей мне под небом стемневшим Слышен крик журавлей все ясней и ясней. Сердце просится к ним, издалёка летевшим, Из далекой страны, из далеких степей. Вот всё ближе они, и как будто рыдают, Словно грустную весть они мне принесли. Из какого же вы неприветного края Прилетели сюда на ночлег, журавли? Я ту знаю страну, где луч солнца бессилен, Там, где савана ждет, холодея, земля, По осенним полям бродит ветер унылый – То родимый мой край, то отчизна моя. Холод, голод, тоска, непогода и слякоть, Вид усталых людей, вид усталой земли, Как мне жаль мой народ, как мне хочется плакать! Перестаньте ж рыдать надо мной, журавли. Как мне жаль мой народ, как мне хочется плакать!.. С фонограммы Дмитрия Курилова и Сергея Одинокова, CD «В нашу гавань заходили корабли» № 5, «Восток», 2001. Этот вариант почти не отличается от оригинального текста Жемчужникова. 6. Здесь под небом чужим Здесь под небом чужим я как гость нежеланный Слышу крик журавлей, улетающих вдаль. Сердце бьется сильней, слышу крик каравана И в родные края провожаю их я. Вот все ближе они, и все громче рыданье, Будто скорбную весть мне они принесли. Из какого же вы недалекого края Прилетели сюда на ночлег, журавли? Холод, дождь и туман, непогода и слякоть, Вид угрюмых людей и угрюмой земли, Ах, как больно в груди, как мне хочется плакать! Перестаньте рыдать надо мной, журавли. Пронесутся они мимо скорбных объятий, Мимо древних церквей и больших городов. А вернутся они, им раскроют объятья Дорогая земля и отчизна моя. А вернутся они, им раскроют объятья Дорогая земля и отчизна моя. Расшифровка фонограммы Саши Мандрика, CD «Наша гавань», «Граммофон рекордс», 2000. 7. Вдали от дома Здесь, под небом чужим, я как гость нежеланный, Слышу крик журавлей, улетающих вдаль. Я на нарах лежу, дом родной вспоминаю, Поднимается в сердце моем невольно печаль. И пройдут день за днем, старость к нам подкрадется, Все морщинки лица будут петь о любви. Неужели любить, как другим не придется. Перестаньте рыдать надо мной, журавли. Воля, ласка, покой от меня так далеки, Ожидают меня впереди лагеря. Так скажите, за что осужден так жестоко, На подбитого в небе я похож журавля. Мы построим канал, словно Волга, широкий. По каналу пойдут в край родной корабли, Если встретите вы где-нибудь заключенных, Передайте привет от меня, журавли. Российские вийоны. – М.: ООО «Издательство АСТ», ООО «Гея итэрум», 2001. 8. Журавли над Колымой Здесь на русской земле я чужой и далекий. Здесь на русской земле я лишен очага. Между мною – рабом, и тобой – синеокой, Вечно сопки стоят, мерзлота и снега. Я писать перестал, письма плохо доходят. Не дождусь от тебя я желанных вестей. Утомленным полетом на юг птицы уходят. Я гляжу на счастливых друзей – журавлей. Пролетят они там над полями, лугами, Над садами, лесами, где я рос молодым. И расскажут они голубыми ночами, Что на русской земле стал я сыном чужим. Рассветает сирень у тебя под окошком, Здесь в предсмертном бреду будет только зима… Расскажите вы всем, расскажите немножко, Что на русской земле есть земля Колыма. Расскажите вы там, как в морозы и слякоть, Выбиваясь из сил, мы копали металл. О, как больно в груди, как мне хочется плакать, Только птицам известно в развалинах скал. Я не стал узнавать той страны, где родился. Мне не хочется жить, хватит больше рыдать. В нищете вырастал, я с родными простился. Я устал, журавли. Вас не в силах догнать. Год за годом пройдет, старость к нам подкрадется. И морщины в лице, не мечтать о любви. Неужели пожить по-людски не придется? Жду ответ, журавли, на обратном пути. Пролетите вы вновь мимо скорбных распятий, Мимо древних церквей и больших городов. А прибудете вы, вам откроют объятья Молодая весна и цветенье садов. Пролетайте же вновь над Украиной милой, Караваны гусей, лебедей, журавлей, Над рязанской землей, над Москвою красивой, Возвращайтесь скорей, жду желанных вестей. Расшифровка фонограммы Киры Смирновой, CD "В нашу гавань заходили корабли" №2, 2001 9. Журавли над Колымой Здесь, на русской земле, я чужой и далекий, Здесь, на русской земле, я лишен очага. Между мною, рабом, и тобой, одинокой, Вечно сопки стоят, мерзлота и снега. Я писать перестал: письма плохо доходят. Не дождусь от тебя я желанных вестей. Утомленным полетом на юг птицы уходят. Я гляжу на счастливых друзей – журавлей. Пролетят они там над полями, лугами Над садами, лесами, где я рос молодым. И расскажут они голубыми ночами, Что на русской земле стал я сыном чужим. Рассветает сирень у тебя под окошком. Здесь в предсмертном бреду будет только зима. Расскажите вы всем, расскажите немножко, Что на русской земле есть земля Колыма. Расскажите вы там, как в морозы и слякоть, Выбиваясь из сил, мы копали металл, О, как больно в груди и как хочется плакать, Только птицам известно в развалинах скал. Я не стал узнавать той страны, где родился, Мне не хочется жить. Хватит больше рыдать. В нищете вырастал я, с родными простился. Я устал, журавли. Вас не в силах догнать. Год за годом пройдет. Старость к нам подкрадется, И морщины в лице… Не мечтать о любви. Неужели пожить по-людски не придется? Жду ответ, журавли, на обратном пути. В нашу гавань заходили корабли. Пермь, "Книга", 1996. Перепечатано: В нашу гавань заходили корабли. Вып. 2. М., Стрекоза, 2000. 10. Перестаньте рыдать надо мной, журавли Здесь, под небом чужим Я как гость нежеланный, Слышу крик журавлей, Улетающих вдаль. Сердце к ним понеслось, Слыша крик каравана, В дорогие края Провожаю их я. Вот уж ближе летят И все громче рыдают, Словно скорбную весть Мне они принесли. Из какого же вы Неприветного края Прилетели сюда На ночлег, журавли. Я ту знаю страну, Где уж солнце без силы, И где савана ждет, Холодея, земля, И где в голых ветвях Веет ветер тоскливо То родимый мой край, То Отчизна моя! Холод, вечность, тоска, Непогода и слякоть, Вид угрюмых полей, Вид печальной земли… Ах, как больно душе, О, как хочется плакать! Перестаньте рыдать Надо мной, журавли! Сиреневый туман: Песенник / Сост. А. Денисенко. Новосибирск, "Мангазея", 2001 ОРИГИНАЛЬНОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ Осенние журавли Алексей Жемчужников Сквозь вечерний туман мне, под небом стемневшим, Слышен крик журавлей всё ясней и ясней… Сердце к ним понеслось, издалёка летевшим, Из холодной страны, с обнаженных степей. Вот уж близко летят и, всё громче рыдая, Словно скорбную весть мне они принесли… Из какого же вы неприветного края Прилетели сюда на ночлег, журавли?.. Я ту знаю страну, где уж солнце без силы, Где уж савана ждет, холодея, земля И где в голых лесах воет ветер унылый, - То родимый мой край, то отчизна моя. Сумрак, бедность, тоска, непогода и слякоть, Вид угрюмый людей, вид печальный земли… О, как больно душе, как мне хочется плакать! Перестаньте рыдать надо мной, журавли!.. 28 октября 1871 Югенгейм, близ Рейна Русская поэзия XIX - начала XX в. - М.: Худож. лит., 1987. - (Б-ка учителя). Алексей Михайлович Жемчужников, поэт, из старинной дворянской семьи, родился 10 февраля 1821 г. в местечке Почеп Черниговской губернии. Окончил Петербургское училище правоведения, а затем служил чиновником в Cенате. В 1858 г. вышел в отставку и посвятил себя литературной деятельности. В 50-е-60-е гг. сотрудничал в «Современнике», печатался в «Искре» (1859-1873) и некрасовских «Отечественных записках». Один из создателей образа Козьмы Пруткова. Умер в Тамбове 25 марта 1908 г. Журавли В Исполнении Николая Маркова И «Джаза Табачников» (С сайта Blatata.com - русский шансон [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]) С песней «Журавли» в сердце и памяти я живу уже почти полвека. Впервые услышал её в 1955 году с грампластинки «на рёбрах». Хорошо помню, как сочувственно мы, молодые ребята, воспринимали тогда ностальгию по Родине, аж слеза прошибала… Причём ностальгия была глубинная – по России, которая существовала в нашем мироощущении только как старое название СССР. Мы ведь тоже были оторваны от родительских гнёзд, жили в общежитии техникума, скучали по родственникам и друзьям. На грампластинке от руки было написано «Лещенко». О нём ходили тогда разные слухи – будто бы и на немцев работал (пел для них в ресторане) и тайно подпольщикам Одессы помогал. Внук и его друзья помногу раз подряд слушают теперь запись М.Круга «Кольщик», а для нас таким же фантомом была песня «Журавли». Время было переломное и тревожное. В марте 1953-го умер товарищ Сталин. Когда утром по станичному радио объявили о трёхдневном трауре и что школы работать не будут, я подпрыгнул от радости на кровати и закричал «Ура!». Отец с матерью зашикали на меня, что-то объясняли. Взрослые везде были нахмуренными, а кое-кто, в том числе мои родители, плакали. И так продолжалось много дней. Я понял, что произошло очень серьёзное событие. Уходило прошлое, а будущее вызывало тревогу – тревогу о завтрашнем дне. Как-то оно всё сложится?.. В том же году, идя из школы, я увидел на улице растоптанный фотопортрет мужчины в рамочке с разбитым вдребезги стекольцем. Неподалёку ветер разносил обрывки полусгоревших бумажек с краями портрета. А один портрет, как бумажка из уборной, был смят и испачкан дерьмом. Дома я спросил у отца с матерью, что это за портрет был, кто на нём сфотографирован? Ответили: «Лаврентий Берия». «А что, он плохой был?» - «Страшный. Ты ни с кем об этом не говори…». ……Я не сразу просёк, что пластинка с песней «Журавли» была подпольная. Её и другие такие же, с рёбрами на просвет, после проигрывания прятали. А она звучала и звучит в моей памяти и без патефона (обратите внимание на то, в каких местах «протягивает» исполнитель). Здесь под небом чужиим // я как гость нежеланныый, Слышу крик журавлеей, // улетающих вдааль. Сердце бьётся сильнеей, // летят птиц карава-аныы. В дорогие краяа // провожааю их яаа. ………….Вот всё ближе они // и всё громче рыданьяя. ………….Словно скорбную весть // мне они принеслии. ………….Из какоого же выы // из далёкого кра-аяаа ………….Прилетели сюдаа // на ночлег, журавлии? Дождик, холод, туман, // непогода и слякооть, Вид унылых людей // из угрюмой земли. Ах, как больно душее, // как мне хочется плакаать… Перестаньте рыдаать // надо мноой, журавлии! …………..Пронесутся они // мимо скорбных распятиий, …………..Мимо древних церквей // и больших городоов. …………..А прибудут онии, // им откроют объятьяаа …………..Молодая веснаа // и Росси-ияаа // мо-ояаа… Пытаясь найти эту запись теперь, я обратился к форумчанам сайтов [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] и [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] . Почти через год пришло письмо от некоего Славы: «Довольно странным образом попал на форум и был удивлён, что есть ещё люди, которых интересует то, что и меня, т.е. музыка 50-х, а то и более ранних годов. Год примерно 1953-54. Я САМ, будучи пацаном, покупал у спекулянта в ГУМе, сразу после его открытия, значит, после смерти Сталина. Это и была гибкая пластинка «на рёбрах». Так что, качество соответственное. Потом это было переписано на советский магнитофон, и уже в недавнее время перегнано мною в МР-3». Славой оказался хорошо известный художник-карикатурист Вячеслав СЫСОЕВ, москвич 1937 года рождения, отсидевший в 80-х в Архангельских ИТК два года за участие в «андеграунде» и с 1989 года живущий в Германии. Автор тысяч рисунков, двух книг мемуарно-фантастической прозы, редактор литературно-художественного альманаха «Остров», член Русского ПЕН-центра. С 1 декабря этого года его книга «Ходите тихо, говорите тихо» экспонируется в Москве на книжной ярмарке «Нонфикшн» в Центральном доме художника на Крымском валу. Вплоть до 2001г. я был уверен, что песню «Журавли» записал Пётр Лещенко, как и было написано на рентгенпластинке. Однако из книги Б.А.Савченко. Эстрада ретро. - М.: Искусство, 1996, стр.220 узнал, что это не так. Цитирую: «Оказалось, в послевоенные годы в Москве на волне популярности Петра Лещенко успешно процветала целая подпольная фирма по выпуску и распространению пластинок «под Лещенко». Костяк фирмы составили так называемый «Джаз табачников» (там одно время работал и композитор Борис Фомин) и его солист Николай Марков, голос которого был почти идентичен голосу знаменитого певца. За короткое время было записано сорок произведений из репертуара Лещенко, в том числе и не имевшие к нему отношения «Журавли». Пластинки распространялись в основном на Украине, в Молдавии… Один музыкант из «Джаза табачников» говорил по этому поводу так: «Туда везём чемодан пластинок, обратно – чемодан денег»… Возникала полная неразбериха: официально пластинки Петра Константиновича Лещенко в магазинах не продавались, потому что и не выпускались, а голос певца звучал почти в каждом доме. Подлинник или подделка – поди догадайся». В результате завязавшейся переписки В. Сысоев выслал мне запись песни «Журавли» в формате МР-3. Своё письмо он закончил вопросом: «Лещенко, действительно, если верить отечественным коллекционерам, никогда не пел "Журавли". И Вертинский не пел. Тогда просто непонятно, откуда в сталинские годы у этого танго была такая популярность? Неужели только от двух записей на "ребрах"? Вопрос резонный. Я думаю, что запись Н. Марковым песни «Журавли» в числе сорока других из репертуара П. Лещенко, свидетельствует о том, что музыканты «Джаза табачников», как и неизвестные советские офицеры, освобождавшие Восточную Европу, имели либо ту грампластинку 40-х годов с его записями, либо ту ресторанно-концертную запись «У Максима 37», о которых рассказал А.Г. Яцковский в интервью «Местная шпана меня избегала…». По сравнению с текстом, который приводит Яцковский, песня элегантно правлена с учётом того, что её будут воспринимать здесь, а не там, и спета без повтора строк, по-видимому, для сокращения времени звучания. Вспоминаю, что в «Ночном такси» Алла Баянова говорила А.Фрумину, что она, когда пела «Журавлей», бережно передавала интонации короля русского танго. И вот, наконец, долгожданная встреча с песней послевоенной юности, переписанной моим сыном на CD-RW. Слушаю несколько раз. Да, это та самая запись - текст совпадает с тем, который у меня в памяти, с характерными «протягиваниями» безударных гласных. Но голос вовсе не семплер Петра Лещенко, он напоминает интонациями то В. Козина, то А. Вертинского. Мягкие переходы в piano – от Козина, а декламационная манера пропевания первых слов куплетов с лёгким грассированием похожа на манеру Вертинского. Но голос и мастерство исполнения самостоятельны и незаурядны. Скажем, запись «Журавлей» в исполнении ансамбля «Братья Жемчужные» из их первого альбома сравнения не выдерживает. А это значит, что имеют смысл поиск, реставрация и переиздание на современных звуконосителях записей Николая Маркова – самобытного московского певца послевоенных лет, причастного к русскому шансону. СОЛДАТОВ В.М. [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] послушать здесь: [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] |
#3
|
||||
|
||||
![]()
Здравствуйте!
Спасибо, что заглянули к нам. Классная песня Маркова и интересное дополнение. Приглашаю к общению!
__________________
[Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации] |
#4
|
||||
|
||||
![]()
Ув.MINDEL.Через 50 лет, от Вас узнал,что эту песню пел Марков.У нас
была в доме эта пластинка и всегда считали,что ее поет Лещенко. Спасибо за информацию.Только знающий человек смог нам обьяснить и рассказать правду.Спасибо. PS.Я очень интересуюсь историей песни "Доля воровская"Может Вы обладаете како либо информацией? |
#5
|
||||
|
||||
![]() Цитата:
рассказать о себе?Я понимаю,что бы собрать ТАКУЮ коллекцию нужна вся жизнь. Кроме пластинок и записей есть наверно и подробная биография самого Лещенко? |
#6
|
||||
|
||||
![]()
Ув.MINDEL.Если Марков был известным певцом,почему о нем так мало информации?Может Вы можете поделиться своими знаниями?
Мне,и думаю другим,было бы интересно узнать о нем более подробно. Об "Оркестре Табачников".Не знаю правильно ли я написал название? По крайней мере ,так написано в статье о Журавлях.О том времени, когда были записаны песни Маркова. Заранее благодарны. |
#7
|
|||
|
|||
![]()
Здравствуйте. Пожалуйста, дайте ссылку где скачать песню Журавли в исполнении Николая Маркова и «Джаза Табачников». Указанная ссылка не работает. Очень нужно, если у кого-то есть, пришлите, будьте добры, или ссылочку дайте. Заранее спасибо.
|
#8
|
||||
|
||||
![]() Цитата:
<<Блатной граммофон.>> 1. Каренина Гелена - Стаканчики граненые (2:30) 2. Каторжная (2:25) 3. Качиня М. - Новые бублички (2:53) 4. Лещенко Пётр - Алёша (2:50) 5. НИКОЛАЙ МАРКОВ и «ДЖАЗ ТАБАЧНИКОВ" - Журавли (2:45) 6. Маркин Николай и "Джаз табачников" - Журавли (2:59) 7. Д.Медофф - Одесса-мама (3:25) 8. Морфесси Юрий - Кирпичики (2:45) 9. Морфесси Юрий - Помню я, как меня мать (2:28) 10. О, море в Гаграх! - (2:51) 11. Синематографическик картинки (3:28) 12. Сокольский Константин - Гоп со смыком (2:54) 13. Сокольский Константин - Здорово, ребята (3:20) 14. Сокольский Константин - Мурка (3:13) 15. Сокольский Константин - По диким степям (3:15) 16. Солнце всходит и заходит (2:48) 17. Позабыт позаброшен (1:02) 18. Чмыхова Ирина - Мама (3:13) 19. Шулаковский Леонид - Колокольчики-бубенчики (2:08) [Только зарегистрированные пользователи могут видеть ссылки. Нажмите Здесь для Регистрации]
__________________
|
#9
|
|||
|
|||
![]()
haim1961, спасибо большое за ссылку! Очень Вам благодарна.
|
#10
|
||||
|
||||
![]() Юрий Кувалдин "ЖУРАВЛИ" ЕВГЕНИЯ ДОЛМАТОВСКОГО эссе На вечере поэтессы Нины Красновой я запел песню "Журавли", автором слов которой я считал всегда Евгения Долматовского, на музыку Марка Фрадкина. Здесь под небом чужим я, как гость нежеланный Слышу крик журавлей, улетающих в даль. Сердцу больно в груди видеть птиц караваны, В дорогие края провожаю их я... Сидящий со мной рядом за столом президиума Валерий Золотухин подтянул своим звонким голосом: Пронесутся они мимо скорбных распятий, Мимо старых церквей и больших городов. А вернутся они - им раскроют объятья Дорогие края и отчизна моя... Кирилл Ковальджи сказал мне тут же на вечере, что он тоже, как и Нина Краснова, учился у Евгения Долматовского, но, разумеется, значительно раньше. Любопытно отметить, что Кирилл Ковальджи родился 14 марта, а Нина Краснова - 15 марта, но Ковальджи в 1930 году в Бессарабии, а Нина Краснова в 1950 году в Рязани. На другой день мне в редакцию "Нашей улицы" звонит Кирилл Владимирович и довольно в категорической форме заявляет, что автором этих "Журавлей" является Петр Лещенко. На что я тут же возразил, что Петр Лещенко текстов не писал. Тогда Кирилл Владимирович поправился, уточнил, что песня эта написана на стихи Алексея Жемчужникова, одного из создателей Козьмы Пруткова... Еще в отводе от авторства "Журавлей" Евгения Долматовского я услышал некую нелюбовь Ковальджи к своему учителю. Конечно, я понимаю, чем это вызвано - брезгливостью к открытому конформизму Евгения Долматовского, в излишнем его стремлении угодить ЦК КПСС, в неприкрытой сервильности... В то время часто повторялась строчка поэта Николая Глазкова о нем со товарищи: "Долмато-Матусовская Ошань!" Поэтому я группирую всевозможные сведения о песне "Журавли" и предлагаю познакомиться с ними читателям. Евгений Аронович Долматовский родился 22 апреля 1915 в Москве. Сын адвоката; учился в педагогическом техникуме, с 1929 - детский корреспондент пионерской периодики ("Дружные ребята", "Пионер", "Пионерская правда", где в 1930 состоялась его первая публикация). В 1932-1934 по комсомольскому призыву работал на строительстве 1-й очереди московского метрополитена. В 1933-1937 учился в Литературном институте им. М. Горького. Начал с маленькой книги стихов Лирика (1934), затем, постоянно расширяя объем и проблематику, выпустил сборник Дальневосточные стихи (1939), отразившие впечатления Долматовского о командировке в 1938 на Дальний Восток (в 1939 награжден редким в те времена орденом "Знак Почета"), Московские рассветы (1941), Степная тетрадь (1943), Вера в победу (1944), Стихи издалека (1945), Слово о завтрашнем дне (1949; Гос. премия СССР, 1950), Сталинградские стихи (1952), О мужестве, о дружбе, о любви (1954), Годы и песни (1963), Стихи о нас (1964), И песня и стих (1975), Надежды, тревоги... (1977), Я вам должен сказать (1984). Поэзия Долматовского, с 1939 в качестве военного корреспондента участвовавшего в походе Красной Армии в Западную Белоруссию и в войне с Финляндией, а с 1941 - в боях с гитлеровцами, во многом питалась фронтовыми впечатлениями, как и его прозаические произведения - повесть Зеленая брама. Документальная легенда об одном из первых сражений Великой Отечественной войны (1979-1989), в которой - одной из первых в отечественной литературе - рассказана основанная на личном опыте автора, попавшего в 1941 в окружение и бежавшего из плена снова на фронт, правда о первых страшных месяцах войны и жестокой несправедливости сталинского государства, обвинявшего в предательстве всех советских "окруженцев" и пленников; воспоминания Было (кн. 1-2, 1973-1979; окончат. вариант - Записки поэта), рассказы и очерки. Настоящую известность Долматовскому принесли песни на его стихи, задушевные и лиричные, отмеченные близостью к традиционному русскому городскому романсу и в то же время оживленные свежей образностью, всегда чутко улавливающие боли и радости, ход мыслей и чувств современника - будь то старик-патриот, вступающий в неравную схватку с диверсантами (Дальняя сторожка, 1939), влюбленный, переполненный весенней радостью бытия ("Все стало вокруг голубым и зеленым...", 1941), Песня о Днепре, Журавли (за которых проработали, поэтому песня ушла в подполье, в зону, 1941), солдат, уходящий на фронт (Моя любимая - Я уходил тогда в поход... 1941), офицер, очарованный кусочком мирной жизни в горниле войны (Офицерский вальс, др. назв. - Случайный вальс, 1943), первый парень на деревне, едущий в город на учебу ("Провожают гармониста в институт..." 1948), или рабочий паренек, ждущий любимую на свидание (Сормовская лирическая, 1949). Многие песни на стихи Долматовского вошли в популярные кинофильмы (Любимый город - фильм Истребители; "Эх, как бы дожить бы до свадьбы-женитьбы" - фильм Пархоменко; Тоска по родине и Песня мира - фильм Встреча на Эльбе; "Я Земля! Я своих провожаю питомцев..." и "И на Марсе будут яблони цвести" - фильм Мечте навстречу, и др.); многие воспринимаются как неотторжимый знак времени и даже как народные (Песня о Днепре - "У прибрежных лоз, у высоких круч...", Журавли "Здесь под небом чужим я, как гость нежеланный..."), Ленинские горы, "За фабричной заставой...", "Мы жили по соседству", Школьные годы). Даже там, где импульсом для создания текста служила явная или неявная идеологическая установка, сила и искренность поэтического языка, сюжетная изобретательность, версификационная гибкость сообщают текстам поэта художественную выразительность, подкрепляемую нежной или мощной красотой мелодии многих видных отечественных композиторов (в т.ч. Н. В. Богословского, В. П. Соловьева-Седого), работавших с Долматовским ("Родина слышит, родина знает...", Воспоминание об эскадрилье "Нормандия-Неман" - "Я волнуюсь, заслышав французскую речь...", "Если бы парни всей Земли...", Венок Дуная. Неподдельным пафосом проникнуты и публицистические, и лирические, и "жизнеописательные" поэмы Долматовского (Феликс Дзержинский, 1938; Последний поцелуй, 1967; Руки Гевары, 1972, о латино-американском революционере Э. Че Геваре; Чили в сердце, 1973, о свергнутом военным переворотом демократическом президенте Чили С. Альенде; Побег, 1974; Хождение в Рязань, связанная с есенинскими реминисценциями, 1975; Письма сына, 1977; У деревни "Богатырь", 1981) - как и во многом автобиографический стихотворный роман Добровольцы (1956, о первых строителях метро), и поэтическая трилогия Одна судьба (1947). Долматовский занимался также литературной критикой (книги Из жизни поэзии, 1965; Молодым поэтам, 1981), переводами, редакторской и составительской работой. Умер Долматовский в Москве 10 сентября 1994. ПЕСНЯ О ДНЕПРЕ Автор слов - Долматовский Е., композитор - Фрадкин М. У прибрежных лоз, у высоких круч И любили мы и росли. Ой, Днепро, Днепро, ты широк, могуч, Над тобой летят журавли. Ты увидел бой, Днепр-отец река, Мы в атаку шли под горой. Кто погиб за Днепр, будет жить века, Коль сражался он как герой. Враг напал на нас, мы с Днепра ушли. Смертный бой гремел, как гроза. Ой, Днепро, Днепро, ты течешь вдали, И волна твоя как слеза. Из твоих стремнин ворог воду пьет, Захлебнется он той водой. Славный день настал, мы идем вперед И увидимся вновь с тобой. Кровь фашистских псов пусть рекой течет, Враг советский край не возьмет. Как весенний Днепр, всех врагов сметет Наша армия, наш народ. 1941 ЖУРАВЛИ Автор слов - Долматовский Е., композитор - Фрадкин М. Здесь под небом чужим я, как гость нежеланный Слышу крик журавлей, улетающих в даль. Сердцу больно в груди видеть птиц караваны, В дорогие края провожаю их я. Сердцу больно в груди видеть птиц караваны, В дорогие края провожаю их я. Пронесутся они мимо скорбных распятий, Мимо старых церквей и больших городов. А вернутся они - им раскроют объятья Дорогие края и отчизна моя. А вернутся они - им раскроют объятья Дорогие края и отчизна моя. Дождь и осень, туман, непогода и слякоть, Вид усталых людей мне они принесли. Ах, как сердце болит, сердцу хочется плакать, Перестаньте рыдать надо мной, журавли. Ах, как сердце болит, сердцу хочется плакать, Перестаньте рыдать надо мной, журавли. Вот все ближе они, я все громче рыдаю, Словно скорбную весть они мне принесли. Так откуда же вы, из какого же края Возвратились сюда на ночлег, журавли. Так откуда же вы, из какого же края Возвратились сюда на ночлег, журавли. Но не быть чудесам - журавлем я не буду, Здесь под небом чужим остаюсь навсегда. Так летите ж быстрей на мою Украину, Передайте привет, журавли, от меня. Журавли, мой привет передайте прощальный Украине-земле и родной стороне. 1941 Караоке музыка и тексты песен на KARAOKE.Ru ОРИГИНАЛЬНОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ ОСЕННИЕ ЖУРАВЛИ А. М. Жемчужников Сквозь вечерний туман мне, под небом стемневшим, Слышен крик журавлей все ясней и ясней... Сердце к ним понеслось, издалека летевшим, Из холодной страны, с обнаженных степей. Вот уж близко летят и, все громче рыдая, Словно скорбную весть мне они принесли... Из какого же вы неприветного края Прилетели сюда на ночлег, журавли?.. Я ту знаю страну, где уж солнце без силы, Где уж савана ждет, холодея, земля И где в голых лесах воет ветер унылый, - То родимый мой край, то отчизна моя. Сумрак, бедность, тоска, непогода и слякоть, Вид угрюмый людей, вид печальный земли... О, как больно душе, как мне хочется плакать! Перестаньте рыдать надо мной, журавли!.. 28 октября 1871 Югенгейм, близ Рейна Русская поэзия XIX - начала XX в. - М.: Худож. лит., 1987. - (Б-ка учителя). Алексей Михайлович Жемчужников, поэт, из старинной дворянской семьи, родился 10 февраля 1821 г. в местечке Почеп Черниговской губернии. Окончил Петербургское училище правоведения, а затем служил чиновником в Cенате. В 1858 г. вышел в отставку и посвятил себя литературной деятельности. В 50-е-60-е гг. сотрудничал в "Современнике", печатался в "Искре" (1859-1873) и некрасовских "Отечественных записках". Один из создателей образа Козьмы Пруткова. Умер в Тамбове 25 марта 1908 г. А теперь обращусь к советскому фольклору. ЖУРАВЛИ НАД КОЛЫМОЙ Здесь на русской земле я чужой и далекий. Здесь на русской земле я лишен очага. Между мною - рабом, и тобой - синеокой, Вечно сопки стоят, мерзлота и снега. Я писать перестал, письма плохо доходят. Не дождусь от тебя я желанных вестей. Утомленным полетом на юг птицы уходят. Я гляжу на счастливых друзей - журавлей. Пролетят они там над полями, лугами, Над садами, лесами, где я рос молодым. И расскажут они голубыми ночами, Что на русской земле стал я сыном чужим. Рассветает сирень у тебя под окошком, Здесь в предсмертном бреду будет только зима... Расскажите вы всем, расскажите немножко, Что на русской земле есть земля Колыма. Расскажите вы там, как в морозы и слякоть, Выбиваясь из сил, мы копали металл. О, как больно в груди, как мне хочется плакать, Только птицам известно в развалинах скал. Я не стал узнавать той страны, где родился. Мне не хочется жить, хватит больше рыдать. В нищете вырастал, я с родными простился. Я устал, журавли. Вас не в силах догнать. Год за годом пройдет, старость к нам подкрадется. И морщины в лице, не мечтать о любви. Неужели пожить по-людски не придется? Жду ответ, журавли, на обратном пути. Пролетите вы вновь мимо скорбных распятий, Мимо древних церквей и больших городов. А прибудете вы, вам откроют объятья Молодая весна и цветенье садов. Пролетайте же вновь над Украиной милой, Караваны гусей, лебедей, журавлей, Над рязанской землей, над Москвою красивой, Возвращайтесь скорей, жду желанных вестей. Расшифровка фонограммы Киры Смирновой, CD "В нашу гавань заходили корабли" №2, 2001 Эта известная лагерная песня, несомненно, восходит к тексту Евгения Долматовского, который, благодаря своей филологической культуре, знал стихотворение Алексея Жемчужникова "Осенние журавли", 1871, и которое послужило для создания знаменитой песни. В ранних вариантах Колыма не упоминается, и песня называется просто "Журавли". А затем пошли целые косяки лагерных переделок. ВАРИАНТЫ (6) 1. Журавли над Колымой Здесь, на русской земле, я чужой и далекий, Здесь, на русской земле, я лишен очага. Между мною, рабом, и тобой, одинокой, Вечно сопки стоят, мерзлота и снега. Я писать перестал: письма плохо доходят. Не дождусь от тебя я желанных вестей. Утомленным полетом на юг птицы уходят. Я гляжу на счастливых друзей - журавлей. Пролетят они там над полями, лугами Над садами, лесами, где я рос молодым. И расскажут они голубыми ночами, Что на русской земле стал я сыном чужим. Рассветает сирень у тебя под окошком. Здесь в предсмертном бреду будет только зима. Расскажите вы всем, расскажите немножко, Что на русской земле есть земля Колыма. Расскажите вы там, как в морозы и слякоть, Выбиваясь из сил, мы копали металл, О, как больно в груди и как хочется плакать, Только птицам известно в развалинах скал. Я не стал узнавать той страны, где родился, Мне не хочется жить. Хватит больше рыдать. В нищете вырастал я, с родными простился. Я устал, журавли. Вас не в силах догнать. Год за годом пройдет. Старость к нам подкрадется, И морщины в лице... Не мечтать о любви. Неужели пожить по-людски не придется? Жду ответ, журавли, на обратном пути. В нашу гавань заходили корабли. Вып. 2. М., Стрекоза, 2000. 2. Вдали от дома Здесь, под небом чужим, я как гость нежеланный, Слышу крик журавлей, улетающих вдаль. Я на нарах лежу, дом родной вспоминаю, Поднимается в сердце моем невольно печаль. И пройдут день за днем, старость к нам подкрадется, Все морщинки лица будут петь о любви. Неужели любить, как другим не придется. Перестаньте рыдать надо мной, журавли. Воля, ласка, покой от меня так далеки, Ожидают меня впереди лагеря. Так скажите, за что осужден так жестоко, На подбитого в небе я похож журавля. Мы построим канал, словно Волга, широкий. По каналу пойдут в край родной корабли, Если встретите вы где-нибудь заключенных, Передайте привет от меня, журавли. Российские вийоны. - М.: ООО "Издательство АСТ", ООО "Гея итэрум", 2001. смотри продолжение.
__________________
|